Семь ступеней в полной темноте

Кузнец аккуратно отцепил котенка и положил его Сольвейг на колени, конечно, постелив плед на ее голое тело. Немного повозившись, котенок свернулся клубочком и заурчал.

Сольвейг застыла, сконфуженно растопырив руки.

— И что? Он теперь спать тут будет?!

— Вероятно, да. Он доверился тебе. И это… хороший знак. Теперь ты за него отвечаешь.

— Ты это серьезно?

— Вполне. Ну, не навсегда, конечно. Потом я оставлю его себе. Жить одному грустно, а он скрасит мои будни.

— А я….? — Вдруг спросила Сольвейг — Разве я не скрашиваю твои… дни?!

Кузнец вздохнул удрученно. Взглянул в газа крылатой девы, а потом на небо за окном. И от взгляда этого у нее в душе что-то не слабо дрогнуло.

— Мы оба, ты и я, не знаем, что будет дальше. Как знать… Чувствую, близится час расставания… Заживут твои крылья… и след твой простыл. Если раньше мой дом не спалят селяне…

— Да… — она опустила глаза — это возможно. Уж так я устроена, знаешь ли. Но такой как прежде мне не стать… А могу я остаться? Если вдруг передумаю? Ты… разрешишь мне вернутся сюда? Пусть не сейчас, но когда-нибудь?

— Да, — сказал кузнец, — наверное. Я буду рад тебе, но, ждать тебя я не буду. Возможно, и самого меня тут не будет скоро. Люди уже не те. Грустные мысли в моей голове — частые гости. Здесь, кроме могилы отца, меня ничто не держит. Нужно двигаться дальше. А то жизнь так и пройдет на одном месте.

— И…. куда ты пойдешь? Я найду тебя там, позже!

— Вряд ли. Есть место, куда я давно стремлюсь переселиться. Можно сказать, там святилище моих предков. Ты знаешь, я не из этих мест. Я был там с отцом, однажды. Но после его смерти, я там не появлялся.

— Туда ты поедешь?

— Да — ответил он — Но не сразу. Это опасно. Нужно подготовиться. Дорога лежит через горы. К скалистой бездне.

— Туда!? Ты умом тронулся? Даже я там никогда не летаю!

Кузнец улыбнулся устало.

— Думаю, ты никому не скажешь…. Я знаю иную дорогу. Она ведет на самое дно бездны… Она так глубока, что если днем из нее посмотреть на небо, то видно звезды.

— Но зачем тебе туда!? Разве тут плохо, со мной… пока я не улетела.

— Это связано и с тобой тоже. Мне нужно кое-что сделать. Я не могу работать тут. Это очень опасно. Но там есть место, которого нет нигде.

— И что там… в этом месте, чего нет здесь? — взволновалась Сольвейг.

— Я не могу сказать тебе. Ты не поймешь просто… посчитаешь меня ненормальным.

— Я и так считаю, — оживилась она, — но меня это не смущает! Что там? Наверняка магия! Магия твоих предков, или их духи? Я чувствую это!

Кузнец снова усмехнулся.

— Это огромная тайна!

— Я умею хранить тайны! Хочешь, скрепим договор кровью!

Она вскочила, уронив котенка на пол. Но кузнец вовремя поймал животное и посадил к себе на колено. Облизав поцарапанный палец, он жестом приказал Сольвейг сесть. Но она не повиновалась.

— Хорошо, хорошо — сдался он — Ладно! Считай, что так…. Предки оставили мне волшебный молот и…. адское горнило. Но они… на столько мощные и опасные, что пользоваться ими могу только я…. на дне бездны. Любой, кто прикоснется к ним тут же умрет. Там, на дне, живут безмолвные стражи. Меня они знают и помнят, ведь я сын своего отца. Но любого другого они испепелят в мгновение ока.

— Жаль — вздохнула она грустно. — Но, раз так надо…

— Надо, — улыбнулся он грустно, — я не задержусь долго. Главное не обижай зверя. Корми вовремя.

— А кто же накормит меня?

— Об этом я уже позаботился. Для кота — бутыль кипяченого молока в погребе. Больше он ничего есть не станет. Ну а все остальное для тебя. Главное, не показывайся никому на глаза…

— Да, да… не шуметь в окна не выглядывать, двери никому не открывать.

— Вот именно.

— Когда ты уйдешь?

— Завтра, на рассвете. Путь предстоит не близкий. В деревне я уже предупредил кого нужно. А твой старый друг обещался приглядеть за домом издали, если что.

Она осторожно приподняла котенка и положила поближе к себе.

— Я…. позабочусь о нем для тебя. Хоть это и не привычно, но… я постараюсь.


— Хорошо. Сделаешь мне одолжение. И…. еще одно.

Кузнец достал из кармана небольшой предмет причудливой формы. Толи браслет, толи ремешок из прозрачного тонкого материала. В любом случае, для украшения, вид у него был мало привлекательный.

— Это тебе. На всякий случай.

— Зачем?

— Если вдруг что-то случится — я узнаю. С этим браслетом, я смогу тебя найти. Отец делал так, когда я был маленьким. У меня такой же.

Он показал ей свою руку, и дева смогла разглядеть на коже причудливое переплетение тончайших золотистых нитей под еле заметной матовой пленочкой на его коже.

— А что может случиться?

— Не важно. Думаю, ничего, но мне так будет спокойнее.

— Ну, хорошо…

— Его можно носить на руке или ноге. Нет разницы. Но, когда я его застегну, снять ты его не сможешь. Сначала будет немного неприятно, но это быстро пройдет. Когда я вернусь, мы его сразу снимем. Если ты захочешь. Хорошо?

Сольвейг пожала плечами и осторожно протянула запястье.

— Не бойся….

Кузнец сжал ремешок в кулаке, потом хорошенько размял его в руках и посмотрел на Сольвейг.

— Замри! Не дыши! — приказал он.

Она повиновалась.

Взяв деву за руку, он осторожно положил ремешок ей на запястье. Странная, теплая от его рук диковинка просто лежала, на коже. Однако кузнец ждал. Что-то должно было произойти….

Спустя несколько мгновений, Сольвейг вдруг ощутила неприятное покалывание и в этот же миг странный ремешок пришел в движение. Словно голодная сколопендра, он сделал виток вокруг руки и сильно сжался! Сольвейг вскрикнула, но кузнец мягким усилием удержал ее пальцы в своей ладони. И правда, как он обещал, пощипывание прекратилось… браслет ослабил хватку и стал почти не ощутимым. Он медленно растекся по коже и принял ее очертания. После чего, вдруг, стал совсем прозрачным… если не считать тонких, причудливо переплетающихся нитей внутри него.

— Уже все? — спросила она доверчиво.

— Все — кузнец улыбнулся в ответ, отпустив ее. — Не мешает?

— Нет — улыбнулась она. — Но это так необычно. Странный подарок, но все равно приятный.

— Ну что ж… Пока тебе есть чем заняться. А мне нужно собрать кое-что в дорогу….

Забрав с собой пустую корзинку, кузнец встал. Оглядевшись по сторонам, он направился к лестнице.

— Арон…

— Да? — кузнец остановился на пол пути.

— Ты не мог бы… согреть воды?

— Воды?

— Да. Я хотела бы….

— Хорошо — кивнул он — согрею.





Глава 12




Когда он ушел, она погрузилась в свои мысли… Маленький пушистый комочек сладко спал на ее коленях, то и дело тихонько мурлыча. Несколько раз кузнец поднимался наверх, тщательно выбирая что-то из своих непонятных вещей. Сложив их в сумку, он снова убегал. Сольвейг лишь провожала его грустным взглядом, ни подавая ни звука. Кузнец выглядел спокойно и сосредоточено, но свою тревогу все же не мог скрыть. Она чувствовалась во всем.

Через какое-то время, закончив сборы, он поднялся наверх. Хотел сказать, что вода согрелась, но рыжеволосой девы не застал. Проверив окна, и осмотрев балки под потолком, он спустился вниз по лестнице. Заглянул на кухню и в кузню… Но ее нигде не было. Осталась только маленькая дверка в укромном уголке. Он толкнул ее ногой, но дверь оказалась закрыта изнутри.

Решив, что Сольвейг хочет побыть в одиночестве, Арон не стал мешать…. Проверив все еще раз, он прислушался. В доме было тихо и спокойно, если не считать ветра за окном. Самое время….

Тихо обойдя ступени, ведущие наверх, он поддел отверткой половицу и потянул за кольцо, спрятанное под ней. Что-то под полом глухо щелкнуло и перед лестницей проступили очертания люка. Быстро встав, кузнец открыл его. Лестница что вела на верх, теперь вела и вниз. Только ступени там были каменные, если не сказать бетонные. Кроме того, они были ровными, и уходили далеко вниз. В полумраке подпола виднелась площадка и еще один марш, уходящий куда-то влево, и еще глубже.

Осторожно сложив сумки на ступени, кузнец еще раз прислушался. И убедившись, что вокруг никого нет, тихо закрыл люк, и, встав на него сверху, слегка подпрыгнул. Под полом снова что-то сработало и люк словно исчез. Ровный, ничем не примечательный, дощатый пол.