Рождественский экспресс

В вагон вошла усталая Роксанна. За последний час она моталась повсюду: успокаивала пассажиров, утешала мальчиков из хора, следила, чтобы были предприняты все возможные меры для комфорта пассажиров. Она села, переводя дух.

– Вдобавок ко всему прочему орудовавший в «Кэпе» ворюга, похоже, сел на «Чиф»: многие пассажиры сообщают о пропаже вещей.

Макс покачал головой:

– Просто изумительно.

Он и Мисти переглянулись.

– Есть и хорошая весть, – сказал Хиггинс, – на «Ла Хунта» мы установили третий двигатель, так что теперь нам помогает дополнительная силовая установка.

Роксанна кивнула.

– Что вы имеете в виду? – спросил Макс.

– Я имею в виду электричество, которое поддерживает освещение, температуру и прочее – оно вырабатывается электрогенераторами в двигателях: их питают движки на дизельном топливе. Так называемая головная сила.

– Стало быть, когда у нас закончится топливо, то закончится и электричество, – заметил Том.

– По сути верно. Но благодаря дополнительному двигателю у нас в запасе больше времени.

– Насколько больше? – спросил Макс.

– Трудно сказать. Мы запаслись дополнительным топливом в Канзасе, однако дозаправиться «Чиф» должен был в Альбукерке, который примерно в двухсот пятидесяти милях отсюда.

– А на то, чтобы взобраться на перевал, ушло много топлива, так что дизельные баки отнюдь не полны, – заметил Том. Хиггинс кивнул. – Следовательно, не исключено, что до отключения электричества остались считаные часы.

– Ну, машинист делает все возможное, чтобы сэкономить топливо.

– Разве нельзя посадить всех пассажиров в несколько вагонов и отключить подачу электричества в остальные? – предложил Макс.

– Нет, система так не работает. Двигатели генерируют электричество по тому же принципу, что и в отеле: три ли вагона нагреваются или десять, расход топлива одинаков. Когда я виделся с машинистом, мы выработали стратегию. Он переключается между тремя локомотивами, переводя сначала один, а затем другой в режим ожидания – оптимальный для подачи электричества во время стоянки. Так расход топлива распределяется равномерно между локомотивами и экономится, потому что находящиеся не в режиме ожидания двигатели медленно работают вхолостую и расход топлива минимален.

– Почему бы просто не выключить часть двигателей? – спросила Элеонора.

– Чтобы завести их снова, потребуется слишком много топлива, – ответила Роксанна.

Хиггинс кивнул и добавил:

– Еще одна проблема – отсутствие антифриза в охлаждающей системе поездов: он потребляет слишком много воды. Приходится держать двигатели в работающем состоянии, чтобы трубы не замерзли. В такой холод стоит только отключить головную силу, как температура упадет и меньше чем через час трубы начнут замерзать. После чего не останется воды для приготовления пищи, питья и санитарных нужд.

– Хорошо, что мы погрузили дополнительные припасы в Канзас-Сити, – сказала Роксанна. – Начнем ограничивать порции прямо сейчас, раз неизвестно, сколько мы здесь пробудем.

Она поднялась – надо идти работать дальше.

– Если что-то понадобится, я могу рассчитывать на всех вас, верно?

Все кивнули в ответ. Женщина храбро улыбнулась и ушла. Четыре часа спустя стемнело. Большинство пассажиров вернулись в купе, накрылись одеялами и теперь размышляли над своей возможной трагической участью.

Том зашел к читающему Библию отцу Келли.

– Знаете, отец, возможно, вам стоит провести в поезде службу, чтобы подбодрить людей.

– Но не все тут католики, – заметил священник.

Том посмотрел в окно. Снег по-прежнему падал, а ветер по-прежнему бился в стенки вагонов.

– Не уверен, имеет ли это теперь значение.

– Боюсь, я подрастерял навыки.

– Это как езда на велосипеде: научившись, уже никогда не забываешь.

Лэнгдон обнаружил Макса и Мисти в двойном люксе прижавшимися друг к другу. Мисти все еще пребывала в депрессии, а вот к Максу вернулось веселое настроение, даже несмотря на пропажу «Бруно Мальи».

– Думаю, тому, кто их забрал, они нужнее, чем мне.

– Щедро с твоей стороны, – заметил Том.

– У меня и так слишком много вещей. Однако, должен сказать, все произошедшее станет основой для великолепного фильма – если только я это переживу и смогу заняться съемками.

– Макс! – возмущенно произнесла Мисти.


– Всегда думал, что я погибну в какой-нибудь грандиозной катастрофе. Но и подумать не мог, что это случится в поезде.

– Спасибо, Макс, очень обнадеживает, – заметила Мисти.

– Ну, Мисти, – судьба же написана звездами. Скажи мне, каково твое предсказание? Что говорят тебе карты?

– Макс, не сейчас.

– Хочешь сказать, одно маленькое происшествие – и ты перестала во все это верить? Какая-то слабенькая вера.

Женщина со вздохом вытащила карты Таро, перемешала и стала выкладывать по одной. Сначала она выглядела совершенно не заинтересованной процессом и бросала в окно встревоженный взгляд после каждого мощного порыва ветра. Но постепенно сосредоточилась на переворачивании карт и нахмурилась, отчего лоб прорезала глубокая морщина. Наконец она произнесла:

– Забавно.

– Что забавно? – спросил Том.

– Похоже, нас спасут.

– Хорошие вести, – сказал Макс. – А как?

– С помощью чего-то шестиногого, вот так вот.

– Шестиногого? – недоверчиво переспросил Том.

– Еще одна шестерка, итого пять. Разве это не хуже, чем четыре шестерки? – спросил Макс.

– Нет, карты говорят, что шесть ног придут и спасут. Что есть, то есть.

Макс встал и направился к бару в углу:

– Что ж, пока шестиногое не появилось, я, пожалуй, выпью бурбона. Том, ты со мной?

– Может, позже. Мне надо кое-что сделать.

– Что, например?

– Найти шестиногое – вот что.





* * *


История попавшего в ловушку поезда разнеслась по национальным и международным новостям. Мир ожидал дальнейшего развития событий. Увы, несмотря на то что Соединенные Штаты были готовы бросить все кадры и ресурсы на спасение поезда, у непослушной природы-матушки имелись иные планы. В такую погоду ни один самолет не взлетит, а даже если бы мог, ему некуда сесть. Вертолетам тоже приходилось оставаться на земле. Все ждали улучшения погоды. А поскольку в составе имелись запасы топлива, тепла и продовольствия, ситуация, несмотря на всю серьезность, не угрожала жизни людей и срочное вмешательство не требовалось. Поезду передали сообщение ждать – помощь в конце концов придет.

А вот в штабе «Амтрака» разработка спасательной операции шла полным ходом. Темпы были довольно быстрыми. Установили контакт с грузоперевозочной компанией, владеющей колеей, на которой застрял «Чиф». Две организации совместно планировали операцию, которую осуществят, как только наладится погода.

Также по всей стране разослали запросы на оборудование и рабочие руки, которые, несомненно, понадобятся для расчистки рельсов. Сотрудники «Амтрака» не были уверены, что откликнутся многие, учитывая, что на дворе почти Рождество. Однако кто-то догадался упомянуть в разосланном сообщении, что в попавшем в ловушку поезде едут Роксанна Джордан и недавно «ушедший в отставку» Херрик Хиггинс. В течение нескольких часов в компанию поступили тысячи звонков и электронных писем: железнодорожники со всей страны вызывались добровольцами, жертвуя своим Рождеством, чтобы оказать помощь.

Теперь у «Амтрака» были рабочие руки, а оборудование должно вскоре прибыть. Тем не менее со все ухудшающейся погодой ничего поделать было нельзя.





Глава 28




За окном все темнело. Тишину нарушали только шум ветра да падающего на крышу и барабанящего в окна снега. Отдыхать было нелегко. После каждого хруста и скрипа всем представлялись не разгрызание рождественских леденцов и не толстяк с оленями, а своя мучительная кончина.

Помимо ограниченных запасов топлива и продовольствия имелась и другая проблема; к счастью, ни один пассажир о ней не знал, в отличие от сотрудников поезда и Хиггинса. Все дело в накапливающемся на крышах вагонов снеге. Вес его чудовищен. Хоть вагоны и построены на совесть, у конструкции был свой предел, и тонны нападавшего сверху снега испытывали его на прочность. Ветер помогал тем, что постоянно сдувал накапливающийся снег. Тем не менее снежные шапки продолжали расти и быстро восполняли потери от ветра.

Большинство предпочло не ужинать в вагоне-ресторане, а остаться у себя в купе и либо перекусывать, либо вообще не есть, беспомощно уставившись в окно. Это снижало расходы провианта, однако рано или поздно все пассажиры захотят есть, а запасов провизии в поезде хватит только на день-два. Роксанна отправила бригаду залезть под днища вагонов и проверить трубы. Ей доложили, что пока ни одна не замерзла. Все мужчины тепло оделись, однако даже после столь короткого пребывания снаружи их накрыл слой снега и била неконтролируемая дрожь.

Проблема с топливом была еще более серьезной. Хиггинс объяснил положение дел Тому с Элеонорой за ужином, пока те молча ели в вагоне-ресторане:

– Как только топливо закончится, у нас появится ряд стремительно нарастающих проблем. Отсутствие воды, разрыв труб, отсутствие тепла…

– А если у нас закончится топливо, то даже если спасатели доберутся до нас, как они приведут поезд в движение? У нас тут не авиация – это самолет можно дозаправить в воздухе, – добавил Том.

– Ну, они установят на «Чиф» двигатели с полными баками, и он поедет. Но, как ты верно заметил, спасателям надо сперва добраться до нас. Я ходил к головному двигателю и видел, сколько накопилось снега на рельсах впереди – очень много. Расчистить его – дело небыстрое.