Путь борьбы
Часть 34 из 47 Информация о книге
– Но вы помогаете ему? – Не ему нужна помощь, а нам! – сухо отвечал европеец. – Как долго нам ждать его? Не придёт ли он слишком поздно, когда мы все будем уничтожены ангелами? – с тревогою спросил австралиец. – Он придёт, когда наступит срок! Нам же надлежит создать для него армию, послушную многочисленную армию… Центры будут работать, как и прежде, не так ли? – председатель вопросительно посмотрел на азиата. – Безусловно, – отвечал тот, – мы перевезли людей и оборудование. Благо, условия созданы ещё с 80-х годов… – Остался нерешённым последний вопрос повестки дня – восполнение потерь. Сейчас наше число – 311, а должно быть 313. Нужны ещё двое… – председатель обратил свой взор на Алесандро Торино. Но тот сохранял молчание, и за него отвечал Пьетро Солари: – У нас уже есть кандидаты, но это дело весьма непростое и может занять не один год… – Не затягивайте, – сухо промолвил председатель Совета. – Вместе мы непобедимы! *** Алесандро Торино нашёл своего будущего напарника Пьетро Солари в Эфиопии в 1936 году на войне, развязанной дуче Бенито Муссолини, коего окрылила мечта о возрождении Римской империи. По его плану Италия должна была установить контроль над обширными африканскими и европейскими территориями… Эфиопы не представлялись опасными противниками; война началась, но неожиданно для Муссолини и его генералов итальянская армия потерпела ряд поражений… Мужественные африканцы, не обладая огнестрельным оружием, с успехом противостояли итальянцам, вооружённым танками и самолётами. И тогда у Муссолини сдали нервы: он приказал применить химическое оружие, запрещённое Лигой наций и женевскими конвенциями. Вскоре на головы эфиопов посыпались лавины авиабомб, снаряжённых ипритом… Пьетро Солари поступил на службу в итальянскую армию в начале 35-го года, а потом был отправлен в Восточную Африку. Полк, в котором служил юноша, быстро продвигался по стране, не встречая на пути своём серьёзного сопротивления. Но однажды в горном эфиопском селении взору Пьетро предстала ужасающая картина… Развалины домов и груды трупов на улицах… Застывшие перекошенные лица женщин с младенцами на руках… Чудовищные нарывы и язвы на черных телах… Тогда Пьетро стало дурно, у него начался приступ рвоты, и его товарищи посмеялись над ним. Он мечтал исчезнуть, чтобы ничего этого не видеть… Ему в этот миг стало мучительно стыдно, что он такой же человек, как и те, что сотворили это злодеяние. И желание Пьетро вдруг исполнилось. Он исчез. Другие искали и не могли найти его. – Да что с вами, братцы? Вот он я! – кричал Пьетро, но его не слышали. Он подбегал к ним, но его не видели; протягивал руки, но его товарищи проходили мимо него. «Что со мной такое? – в панике думал юноша. – Я жив или мёртв?» Пьетро покинул деревню и упал на землю, обхватив голову руками. Лейтенант объявил его дезертиром; поиски прекратились. День клонился к ночи. Итальянские солдаты развели костёр. Юноше от осознания своего одиночества взгрустнулось, он заплакал, глядя на смеющиеся лица своих бывших товарищей… На другой день отряд тронулся в путь. Солдаты спустились на равнину. Пьетро, следуя за ними, был голоден, но не мог утолить своего желания. Он шёл по выжженной земле и чувствовал, как силы покидают его. Солнце не жгло его, но зато страшно мучила жажда (фляжкою своею он воспользоваться, увы, не мог). От усталости он рухнул на дорогу, мечтая лишь об одном – о глотке воды… Пьетро не знал, сколько времени он пролежал в пыли, а очнулся, почувствовав долгожданную прохладную влагу на губах своих. Он жадно пил воду, потом закашлялся и с трудом различил силуэт неизвестного человека. – Кто вы? – спросил Пьетро, зажмуривая глаза от солнца. – Я друг твой, – отвечал незнакомец по-итальянски. – Я вылечу тебя. Не поднимайся. Ты проделал большой путь, и тебе надо отдохнуть… Пьетро снова лишился чувств, а пришёл в себя, уже будучи на другом конце света – в далёкой и спокойной Америке… Ему было так уютно в постели! Потом он усилием воли поднялся с кровати, взглянул на свое отражение в зеркале и увидел на себе незнакомую пижаму. После чего вышел из спальни и спустился по деревянной лестнице вниз. У камина сидел хозяин дома. Тот, не оборачиваясь, рукою указал гостю на кресло подле себя. – Это вы спасли мне жизнь? – спросил Пьетро, пытаясь заглянуть в глаза его, устремлённые на огонь. – Мой слуга нашёл тебя, – последовал ответ. – Где же он? Я бы хотел поблагодарить его! – воскликнул Пьетро. – Он – за тобой… Пьетро обернулся, но никого не увидел и с недоумением взглянул на хозяина дома. – Пьетро, ты не видишь его, ибо мой слуга – демон из преисподней… – Вы шутите? – усмехнулся Пьетро. – Постойте, откуда вы знаете моё имя? – От бога нашего… – Вы потешаетесь надо мной! – в гневе вскочил с места юноша. – Где моя одежда? – Сядь, Пьетро, – повысил голос хозяин дома, – и вспомни, как ты упал на эфиопской дороге и лежал в пыли, умирая от голода и жажды… – Что со мной случилось? Вы знаете? – У тебя открылся дар… Дар изменять природу материальных вещей и становиться невидимым для человеческого глаза. В этом нет ничего удивительного! «Для вас, может, и нет. А для меня это чудо!», – пронеслось в мыслях у Пьетро. – Скоро ты привыкнешь к чудесам! Услышав эти слова, юноша был немало удивлён: – Вы читаете мои мысли? – И ты так сможешь, если подчинишься мне. Ты многому научишься и обретёшь невероятную власть! – Мне не нужна власть, я только хочу знать людей, о чём они думают, чтобы… – Пьетро умолк, опустив глаза. – Чтобы убедиться в том, что они все такие, как те, которые сбросили отравленные бомбы на мирное население? – договорил за него хозяин дома и усмехнулся. – Ещё не то увидишь! Грядёт новая мировая война, что унесёт миллионы жизней… Но не будем о грустном. Честь имею представиться. Меня зовут Алесандро Торино… Глава вторая. Грядущее Однажды журналистка Кэйт Вильямс проснулась посреди ночи в холодном поту. Тогда она пошла на кухню и выпила воды, но ещё долго не могла успокоиться. Жуткое сновидение не отпускало её. Было три часа утра, но она боялась вновь сомкнуть глаза… Вскипятила воду и сделала кофе; в гостиной включила телевизор. На круглосуточном канале шёл старый американский фильм. Остаток ночи она смотрела кино и пила кофе чашку за чашкой, а утром позвонила Стивенсону. Но в трубке грубый женский голос объявил, что владелец телефона скончался этой ночью в вашингтонской гостинице… В сердце девушки кольнула боль утраты. «Я не успела попросить у него прощения!», – с грустью подумала она. Вернувшись с работы, Кэйт вдруг вспомнила о русском, с которым Стивенсон приходил к ней. И тогда она позвонила ему. – Слушаю, – прозвучал строгий мужской голос с акцентом. – Мистер Литвинов, это Кэтрин Вильямс вас беспокоит. Вы помните меня? – Кэти, привет, – голос Литвинова сразу повеселел. – Рад тебя слышать! Как ты, милая? – Я-то нормально, – вздохнула Кэйт. – Стивенсон сегодня ночью умер… – Как умер? – переспросил Литвинов, не веря своим ушам. – Он был не молод, – заметила она. – Но вы не волнуйтесь: сегодня я разговаривала с менеджером в его ресторане; тот сказал, что перевезёт тело в Нью-Йорк и всё организует… – А где ж он был? – задумчиво спросил Литвинов. – В Вашингтоне, – отвечала Кэйт, – он умер в гостинице… – В гостинице, – эхом повторил Литвинов и подумал: «Не в той ли самой?» Он только что прилетел в Нью-Йорк из Вашингтона и теперь, получив такое известие, решил, не откладывая, проведать девушку… Кэйт была огорчена, но успокаивать её не пришлось. – У меня сердце болит, что я не успела попросить у него прощения, – неловко призналась девушка. – А что случилось? – приподнял брови от удивления Литвинов. – Кэти, разве ты могла сделать что-то предосудительное? Не верю! Она вздохнула: – Стало быть, Стивенсон вам не рассказывал… Недавно со мной приключилась беда. Словом, меня… изнасиловал охранник, которого он нанял… Я вспылила и его обвинила во всём. Он ушёл, и с тех пор я его больше не видела… – Кэти, как такое могло случиться? – возмутился Литвинов и, подумав, добавил. – Ведь это я посоветовал ему нанять для тебя охрану! Стало быть, его вины перед тобою нет… – Никто ни в чём не виноват! – решительно сказала девушка. – Просто так случилось… А тот человек повесился у себя дома… Литвинов окинул её пристальным взором: – Ты простила его? – Не нам судить, – тихо промолвила девушка. – То же самое говорит один мой друг, – сказал Литвинов, вспомнив об Олеге Давыдове. – Он живёт в пригороде. Я вас как-нибудь познакомлю. Ему, как и тебе, не повезло: он на днях выгнал из дома жену…