Приручи, если сможешь

До меня донесся вздох.

– Чем быстрее, тем лучше. Можно даже сегодня. Ночью удобнее, никто не увидит, – тем не менее ответил Логинов. – Если днем, придется искать безлюдное местечко.

– Давай… завтра. – Нет, сегодня мне нужно побыть одной и успокоиться.

– Хорошо, – согласился он.

Остаток пути мы ехали в молчании, и оно уже не было таким напряженным. По-прежнему плотным, я ощущала присутствие Логинова каждой клеточкой, но оно не нервировало. Мы въехали во двор дома – окна оставались темными, либо тетя Варя уже спала, либо еще не вернулась от родственников. Я вышла из машины, не дожидаясь Логинова, быстрым шагом дошла до двери, открыла и переступила порог. И даже успела подняться на второй этаж, когда меня догнали – совершенно бесшумно, между прочим. Талию обвила рука, и около уха раздался вкрадчивый, безумно волнующий голос:

– Убегаешь, Искорка?

Тут же вспомнились его слова там, на танцполе… Я успела только судорожно вздохнуть, как оказалась развернута и прижата к стене, а взметнувшиеся руки Логинов легко поймал и, сжав запястья пальцами одной руки, не дал оттолкнуть его.

– Я же сказал, что поцелую, – хрипло выдохнул он, обжигая расплавленным янтарем взгляда, и я задохнулась от волны странного восторга, смешанного со сладким ужасом.


Тело моментально обмякло, и я не успела ничего ответить: к моим губам прижались мужские, мягкие, теплые и слегка шершавые. М-мамочки!.. Мелькнула глупая и неуместная мысль, что я и целоваться-то толком не умею, Антоша баловал лишь целомудренными и далеко не такими страстными поцелуями, а Логинов… Его язык нежно провел по моему плотно сжатому рту, пощекотал уголки, потом еще раз и еще. Пальцы зарылись в волосы на затылке, начав тихонько поглаживать, и позвоночник расплавился от этой нехитрой ласки, а мышцы превратились в желе. Я беспомощно замерла, млея от происходящего, и сама не заметила, как мой рот приоткрылся под нежным, настойчивым напором.

Это было как нырнуть с высоты: мгновение свободного полета, когда от страха и предвкушения в груди гулкая пустота, а потом… Дыхание Логинова почему-то имело терпкий вкус граната, таявший на языке и заставлявший покоряться. Его губы скользили по моим, язык дразнил, исследуя открывшиеся просторы, а я послушно позволяла ему целовать, утопая в странных, новых и необычных эмоциях… Захотелось вдруг обнять широкие плечи, прильнуть самой, и в какой момент я начала отвечать, даже не поняла. Просто это казалось правильным, логичным, самой прикоснуться к его губам, не задумываясь, откуда такие желания, и тело окатила жаркая волна, дышать стало тяжело, и голова закружилась сильнее. Поцелуй потерял томность, с коротким выдохом Логинов прижал меня сильнее, пальцы аккуратно ухватили пряди на затылке, и я словно ухнула в горячее озеро, плавились уже кости, делая тело податливым, как воск, и страх потерялся в этих захватывающих ощущениях. Опомнилась я, только уловив краем уха тихий, беспомощный всхлип, и поняла, что это мой собственный.

Дернулась, разрывая восхитительное безобразие, уставилась на Логинова шальным взглядом, тяжело дыша, а он, все еще не отпуская меня, медленно улыбнулся и погладил мои дрожащие, припухшие губы большим пальцем, придерживая за подбородок.

– Надо чаще тренироваться, как-то не слишком уверенно у тебя получается, – с тихим смешком произнес он, пока я пыталась вынырнуть из омутов расплавленного золота напротив. – Если хочешь услышать, что я нашел по убийству мотоциклиста, жду утром за завтраком, – хитро прищурился Логинов, и его улыбка стала шире. – Ну или можешь сбежать, конечно, сменить дом и телефон и дальше отдыхать в свое удовольствие. Спокойной ночи, Искорка. – Чмокнув меня в кончик носа, Логинов наконец отпустил, подмигнул напоследок и подошел к своей комнате, пока я пыталась прийти в себя и наскрести силы на шаг к двери. – Только, Элис, – он вдруг стал серьезным, и я невольно затаила дыхание, – я же все равно найду тебя.

После чего сосед скрылся в своей комнате. А я, сглатывая сухим горлом, ввалилась к себе и без сил сползла на пол, прикрыв глаза. Эмоции окончательно сошли с ума, потому что мне одновременно хотелось улыбаться, как идиотке, вспоминая поцелуй, и метаться по комнате, цепенея от страха. Признаться, порыв собрать вещи и свалить с утра пораньше был, конечно. Но вот чего я не делала, так это не бегала от сложностей или не трусила перед проблемами. Логинов словно знал, что сказать напоследок. А его фраза про то, что найдет, вселяла странное чувство предвкушения, от которого в груди воцарялась гулкая пустота. И ведь я знала, что так и сделает, найдет. Черт. Что в нем такого, откуда такая убойная харизма, сопротивляться которой просто нереально?!

Пребывая в растрепанных мыслях, я почти на автомате разделась, умылась и забралась в постель, но сон приходить не желал. Вертелась, вила гнездо из одеяла, становилось то жарко, то, наоборот, зябко. Подушка казалась неудобной, комната – душной, но даже открытая форточка не помогла. Проворочавшись больше часа, я длинно выдохнула, пробормотала раздраженное ругательство и встала. Угрюмо покосилась на стенку, за которой наверняка безмятежно дрых наглый Логинов, завернулась в тонкий халат и тихо вышла из комнаты, спустившись вниз. Может, погуляю полчасика на заднем дворе, проветрюсь, мысли с эмоциями наконец улягутся, и смогу уснуть. По пути через кухню залезла в холодильник, глотнула холодненького сока и вышла на веранду, вдохнув воздуха, напоенного ароматами цветов и моря, и запрокинула голову, разглядывая низкое небо. Крупные звезды перемигивались, похожие на бриллианты, Млечный Путь алмазной крошкой засыпал черный бархат, и казалось, космос неудержимо затягивает.


Вы прочитали книгу в ознакомительном фрагменте. 
Купить недорого с доставкой можно здесь.