Приключения Реверса

— А, точно. Я же именно за этим здесь. Всё началось с того, что вот этот мудила — она погладила Андрея по волосам — припёрся сюда и на мой немой вопрос заявил: «Да, так можно было». Я перепроверила и поняла, что он прав, и правилами такое действительно предусмотрено. То, что он принёс в мой мир, через тысячу — другую лет бесконтрольного развития завело бы его настолько не туда, куда мне хочется, что пришлось вмешаться. Вместо скромной и тихой жизни, о которой мечтал, наш Андрей получил то, что получил. Кстати, тебе он никогда не врал, гордись.

— Так значит, он действительно выполнил твоё задание с моей помощью, и слился с Хаосом?

— Видишь это? — она указала на рукоять Меча Монеты, торчащую из груди моего нанимателя — она тут из-за тебя, даже не пытайся отмазаться. Все знают, что этот меч принадлежит тебе, и никто кроме тебя не может им пользоваться.

— Ты можешь.

— Доказать это будет так же трудно, как существование Бога на Земле. Но я это к чему? На Кемосе есть легенда о чёрном драконе, что покорил весь мир. И о белом драконе, что принёс людям знания, научил их писать и обрабатывать камень, металл и прочая, прочая… Они есть у всех народов, и нигде эти драконы не связаны между собой. Разве что тем фактом, что оба — драконы. Но только одна из легенд правдива.

— О том, который покорил мир? А потом перекрасился, и в новом образе сделал с миром то, что хотел?

— Если сильно упрощать, то именно так. Я в те времена была чуть моложе, ящеры с длинными хвостами казались мне очень эротичными, у меня целый гарем был… Знаешь, в чём недостаток расы драконов?

— Откуда, я же их не встречал.

— Ну это ты в суде будешь сказочки рассказывать. Хотя, я забегаю вперёд. Так вот, недостаток драконов в том, что они охренительно тупые! Найти такого, кто превосходил бы умственными способностями человека тех древних времён было трудно. Но ты же помнишь, что для меня невозможного нет?

— Эта легенда рассказывала про того умного дракона, которого ты нашла?

— Нет, эта легенда рассказывала про мою любимую игрушку, которой стал самый умный дракон Кемоса. А дальше, даже тебе должно быть известно правило драконов.

— Победивший дракона сам становится драконом?

— Более верная формулировка — дракона может победить только дракон покруче. С тех легендарных времён мои представления об эротике и веселье сильно изменились, но я следила за тем, чтобы моя любимая игрушка всегда была самым крутым драконом, как бы она при этом не выглядела. Звери, люди, мужчины, женщины, рабы, правители… предпоследний был широко известен в узких кругах как Тайный князь, и он был на пару ступенек выше богов, по системной иерархии.

— Мы всё ещё говорим о том, почему ты притворялась медсестрой?

— Нужно же было объяснить, как Андрей и Грамматик оказались там, где ты их встретил. Андрей должен был убить Тайного князя и занять его место, чтобы я могла контролировать его опасные для этого мира знания. Но он оказался трусом. Как и ты, он никогда не дрался честно, но в отличии от тебя, он был готов на жертвы. Он разделил награду с тем, кого позвал на помощь в главном бою. Это в мои планы не входило.

— То есть ты могла контролировать Андрея, но не Грамматика? Как это вообще работает?

— Тебе это знать не положено. Потому что ты только что убил Андрея, и теперь должен занять его место. Я не могу тебя заставить, но ты же понимаешь, что подумают стражники, когда зайдут? Что подумает Юнгерн?

— Так ты с самого начала вела меня сюда…

— Я выбрала того, за кем боги не смогут следить. Того, кто невосприимчив к магии, контролирующей сознание. Человека с неординарным подходом ко всему. Я знала о планах Грамматика с момента их появления и противопоставила им тебя.

— И что теперь?

— Когда ты согласишься, я дам тебе уникальный класс, с почти бесконечным потенциалом развития. Действительно бесконечным, позволяющим выйти за рамки системы. Ты сможешь стать равным мне. Это позволит тебе не бояться того, что в конце появится кто-то покруче и займёт твоё место.

Я покосился на труп.

— Это его выбор. Он был волен сам выбирать, что произойдёт после смерти, я просто дала ещё один вариант.

— Ну допустим. А делать что предлагаешь?

— Собственно, боги сами выбирают, что произойдёт после смерти. Грамматика ты убил, и он воскреснет через три дня — он то никуда уходить не хотел. И помнишь, ты говорил, что награда Андрея будет с подвохом? Так вот, не считай таковым положение моей игрушки. Сам же понимаешь, что шёл по моим указаниям всё это время. Подвох в том, что план Грамматика вообще никак вчера не пострадал. Вместе с храмом вы уничтожили производственные линии и освободили призраков, но это ничего не значит. Теперь, когда ему не надо таиться, он наладит прежний объём за месяц, если ты ничего не предпримешь.

— Это твой мир. Почему я должен спасать его за тебя?

— Пока ты принадлежишь сам себе — действительно не должен.

— Мне нужно подумать.

— Секунд десять у тебя есть — сказала Монета и исчезла.

Я подошёл к Андрею, положил руку на ещё тёплый лоб. Кажется, так принято прощаться с мертвецами? Или лоб целовать надо? О чём ещё думать в такой момент… Двери в кабинет заскрипели и стукнули, приблизились торопливые шаги. Я встал лицом к двери. Если зайдёт Юнгерн, что я ему скажу?

Стражник, один из тех, что были у дверей, за спиной ещё несколько. Пять долгих секунд длился их шок от увиденного, и вот, они заходят чтобы скрутить меня и отправить на обещанный Монетой суд. Подчинись или сдохни. Всё как всегда. Меч легко покинул место, которое ему определила система. С клинка на пальцы упала капелька крови.

— Бог умер. Восславьте нового бога!





Сцена после титров





Черноволосый человек сидел за столом и с умным видом перебирал бумажки в аккуратных папках. Полистал первую, отложил, взялся за вторую, потом за третью… Он не знал, сколько ещё будет продолжаться его работа. В такие моменты ему хотелось, чтобы зашёл начальник и сказал, что именно нужно искать в документах. Проблема была в том, что сидящий за столом человек сам был начальником для всего этого мира. Открывшаяся дверь оторвала его от бесцельного раскладывания пасьянса из папок с отчётами.


— Что заставило тебя наконец осознать, зачем нужны двери? — спросил он у вошедшей.

— Да я к Юнгерну заходила, вот на обратном пути и решила заглянуть — ответила прекраснейшая из когда-либо встречавшихся Андрею женщин.

— Ну да, если появишься перед ним из ниоткуда, или исчезнешь в никуда, он не поймёт. Он из тех, кто верит в нерушимость закона сохранения энергии. А мне ты зашла напомнить о том, насколько я тебе безразличен как мужчина?

— Что? Зачем? Я не из тех девушек, которых можно забыть. Просто я услышала, что ты объявил конкурс, и решила принять в нём участие.

— О как. Ты это всерьёз или за ради поржать?

— Абсолютно серьёзно. И я почти уверена в своей победе.

— Ну давай посмотрим, что ты можешь предложить.

В руке Монеты появилась папка, белого цвета с золотым кружочком посередине. Она подошла к столу и положила её поверх разложенного пасьянса.

— Так, а где фотка? — спросил Андрей, перевернув титульную страницу. О том, что титульный лист должен содержать имя подготовившего отчёт, и заглавие, указывающего на предмет отчёта он даже говорить не стал.

— Ой, я забыла.

— Ну так наколдуй! Чё ты как мал… — он осёкся. Однажды он назвал монету «маленькой», так она ему потом месяц в виде сисястой лоли являлась каждую ночь во сне.

— Ну, как кто?

— Проехали. Так, значит из России. Это хорошо, земляк почти.

— Я старалась.

— Боевые навыки: две драки за всю жизнь?

— Он делает больно иначе.

— Ладно, допустим. Профессия: писатель?

— Умный человек.

— Положительные качества: отсутствуют.

— На себя посмотри, да?

— Ну, в целом, верно. Отрицательные качества: Запойный алкоголик, циник, бабник, трус.

— Эй! Читай как написано. — сказала Монета, сделав свою кожу зеркальной.

— Не служил в армии из-за страха перед наделёнными властью идиотами.

— Как он тебя, а?

— Мда, мда. Сферический неудачник в вакууме.

— И в то же время человек, который получил всё к чему стремился.

— Нет, я бы не задумываясь выбрал его, если бы подбирал собутыльника.

— К чему эти эвфемизмы и намёки? Скажи прямо, что я принесла самого лучшего кандидата, и я разрешу тебе поцеловать меня куда захочешь.

— Ну давай посмотрим. — он вытянул одну из папок снизу — Вот, русский воздушный десантник. Разбивает головой бутылки, перекусывает арматуру зубами.

— «Использует голову не по назначению», ты хотел сказать.

— Нет, милая, я читаю как написано.

— А прислал кто?

— Брат.

— Не брат он тебе, а чурка с разработанной чёрной жопой! Кстати, раз так, то этот десантник не только голову не по назначению использует, но ещё и задницу.

— Ну что ты на Грамматика вечно гонишь? И гомофобия эта, знаешь, я сам не то, чтобы за, но и не против! Как бы тебе объяснить… Это его дело, и только его, понимаешь?

— В этой реальности это и моё дело тоже, так что нет, не понимаю.

— А сделай вид, что понимаешь. Почему остальные гомики Кемоса тебя так не напрягают?