Право первой ночи

Хвоя даже сиять от такого перестала.

— Так, Арити, отойди от дерева и возвращайся в замок, пожалуйста.



— Хорошая идея, — раздалось от хвои.



И это возмутило меня окончательно.



— Между прочим, Рэймонд мужчина, если вы не заметили.



— Заметили, — ехидно отозвались от хвои.



— И я три дерева посадил, — добавил Правящий Кондор.



Зверь, изображавший смертный стыд за меня, одну лапу от глаз убрал, уважительно глянул на Рэймонда, указал мне же на него лапой, мол «вот, гордись, у мужика на одно дерево больше», после чего уже с ожиданием воззрился на хвою.



— Целых три дерева?! — издевательски восхитились оттуда. — Ну раз прямо целых три, то мы, несомненно удостоим вас пристальным вниманием.



И хвоя засияла сильнее, а из нее поднялись, прямо как деревья, три друида. Это были высокие, худые старцы с длинными белыми бородами и да — они были мужчинами.



— То есть, — я тоже поднялась, хотя это особо не спасало — друиды были высоченными, я тут всего одна женщина, вообще-то. И я единственная из вас, кто в теории, станет матерью. Следовательно я вообще одна могу тут находиться!



Друиды переглянулись с Рэймондом и зверем, и один из них, тот что стоял слева, сказал:



— Ну тогда мы пойдем. Не будем мешать будущей матери наслаждаться осознанием своей способности к деторождению.



Причем сказал он это так, что стало ясно — пойдут они все, то есть и друиды, и Рэймонд и даже зверюга, который тоже встал и собирался меня здесь бросить.



— Так не честно! — обиделась я.



— «Не честно», милая будущая мать, ставить под удар целую дубовую рощу! Она тут тысячу лет до вас превосходно росла! — вдруг сорвался один из друидов, закончив фразу рычанием, которое звучало куда как более грозно, чем у монстра.



В следующий миг меня обняли за плечи, затем осторожно, но уверенно, задвинули себе за широкую спину, и Рэймонд произнес:



— Я приложу все силы, к восстановлению рощи, и высажу новые деревья на месте тех, которые спасти не смогу.



Это было очень хорошее предложение, но какие-то совсем злые друиды нам попались:




— А мы вырежем все окружающие деревни, а потом приложим все усилия к тому, чтобы появились и выросли младенцы, которые займут место сожранных нашим зверем! — прошипел тот, что стоял справа.



Я невольно на зверя посмотрела — монстр тоже слегка обалдел, от подобного поворота событий. Под моим взглядом тяжело вздохнул, развернулся, устало заковылял ближе к хвое, и на ней, больной лапой написал «Я мясо не ем, людей, соответственно, тоже».

— А вы злые, — заметила я, попытавшись выйти из-за спины Рэймонда, просто… почерк у зверя был очень такой… знакомый. Что-то он мне смутно напоминал… что-то такое, что я не с первого раза прочитала, и даже не со второго.



Но только попыталась — Правящий Кондор стоял насмерть, не знаю на чью, но точно насмерть, так что меня вернули обратно под прикрытие спины уверенно, безапелляционно и:



— Ай, больно.



Обиженно сказала я, потирая запястье.



Зверь посмотрел на меня, и написал в дополнение к уже сказанному:



«Да, они злые».



И почерк опять такой похожий на что-то!



Осознав, что от Рэймонда так просто не отвяжешься, я великодушно взялась за его ремень, и потянула в сторону. Он не ожидал такой подставы, и шагнул туда, куда мне надо было, и мне хватило шага, чтобы воскликнуть совершенно уверенно, указав на зверя:



— Вы! Это ваш почерк на книге! Это вы написали там «кровь девственницы».



У зверя показательно отвисла челюсть.



— Простите, — я смущенно спряталась обратно за Рэймонда, — я хотела сказать «сок лиственницы». Но в любом случае — это были вы!



И зверь молча кивнул.



Я, остолбенела, окончательно осознав, что догадка верна, а вот Рэймонд бросил внимательный взгляд, на написанные слова «Да, они злые». И ему хватило этого, чтобы обратиться уже к зверю:



— Уважаемый предок, простите, не знаю вашего имени, вы сумеете защитить Арити?



А вот это вот был уже совсем неожиданный поворот, и я к такому повороту дел оказалась не готова, а вот друиды очень даже:



— Нет, зверь подконтролен нам! — произнес центральный из злоицы… в смысле троицы. — И у него приказ уничтожить вашу избранницу. Подумайте об этом, прежде чем произнесете следующее слово.



А я вдруг подумала — а зачем друидам именно матери? Зачем? Затем поняла — чтобы было, кому угрожать. Это пока молодые и юные — дерзкие и поддаются порывам, а когда ты мать и на тебе ответственность за ребенка…



Но Рэймонд был не из тех, кто поддается шантажу.