Порвали парус
Часть 54 из 65 Информация о книге
– Как собираетесь действовать?.. Переговоры? – Определим на месте, – ответил я. Кремнев буркнул: – Владимиру Алексеевичу бы в силовики-консерваторы. Мы рядом с ним смотримся надушенными интеллигентами! Рассуждаем, умничаем, а вот он напролом… а еще старается так, чтобы трупов побольше. – Он за сокращение населения, – сказал Бондаренко с ехидцей. – У него слово с делом не расходится, – сказал Кремнев одобрительно. – Владимир Алексеевич, все же не рискуйте зазря. Авось еще какой вирус придумаете, а кивать будем на проклятый Госдеп, что спит и видит! Мещерский нахмурился. – Повторяю, больше серьезности! Операция предстоит сложная и со многими неизвестными. Взгляните на эти снимки. Это вот Кендель, ведущий одной из фармацевтических компаний. Именно его похитили вчера прямо из отеля в центре города, если вы еще не знаете. – Хорошо выглядит, – заметил Бондаренко. – Ему в самом деле восемьдесят лет? Он же старше моего отца!.. Нет, он одногодок моего деда! Они оглядывались на меня, я сказал суховато: – Ученые обычно следят за здоровьем, так как здоровье и ясный ум нам нужны для работы. Аркадий Валентинович, нам достаточно этих снимков, а если что понадобится, получим на месте от аборигенов. – Вам лучше не засвечиваться… – А мы им не покажемся, – сообщил я. – Сведения можно получать не только расспросами в лоб. Бондаренко поморщился. – Ученый… Ненавижу. Почему не похищают директоров банков? За них выкуп можно потребовать больше. Кремнев хмыкнул. – Да и нам легче. В смысле не так уж стремились бы вытащить из плена. Бронник сказал потерянным голосом: – Швейцария… Как же мир сузился. Раньше в соседнее село было подвигом съездить, а теперь вся планета одно село. – Что насчет выкупа? – спросил Бондаренко. – Хотя бы того, чтобы направить на ложный след? Пока ничего? Мещерский покачал головой. – Пока неизвестно даже, кто похитил. То ли местная секретная служба, то ли сепаратисты, то ли замешана иностранная разведка. Тогда его могут попытаться тайно переправить за рубеж, а так уж следы потеряются вовсе… – Неизвестно, – уточнил Мещерский, – еще и с какой целью. Если выкуп – одно, а если хотят заставить работать?.. Владимир Алексеевич, что-то хотите добавить? Я сказал медленно: – Брайан Кендель, генетик, профессор, доктор наук, африканер, из потомственных буров, его прадед героически сражался за свободу Трансвааля против английских колонизаторов в первой англо-бурской войне… во второй англо-бурской Англия все же победила с огромными потерями, так как у поселенцев Трансвааля были на вооружении скорострельные германские винтовки, а вот английские войска наступали с примитивными шомполками…. – Ого, – сказал Кремнев, – так хорошо знаете не только Кенделя, но и всю историю его рода? Я спохватился, сказал с подчеркнуто неловкой улыбкой: – Брайан Кендель, как и я, доктор наук, нейрофизиолог. Работаем в одной области. Нас в мире не так уж и много, знаем друг друга по публикациям… – Нейрофизиологов мало? – уточнил Бондаренко. Я ответил скромно: – Такого уровня. Он не только доктор наук, но и автор уникальных работ в области нейромоделирования. Да, нас можно пересчитать по пальцам, не снимая туфли… Гм, у меня возникли некоторые подозрения. – Доктор? Я сказал без охоты: – Я полечу с группой. Когда его освободят, как надеюсь, я хотел бы перекинуться с ним парой слов. Мещерский сказал быстро: – Вы связываете его похищение с той чумой, что идет из ЮАР? – Он может что-то знать о ней, – ответил я уклончиво. – Теперь мы знаем точно, что вирус сконструирован искусственно, это раз. Сделать это могут только генетики высшего эшелона. Кендель родом из ЮАР… и хотя он после падения апартеида уехал из страны, но не думаю, что сердце не болело при виде того, что там творилось. Мещерский повернулся к Броннику. – Одно место забронируйте для доктора. Но к операции его не допускайте, его голова всех ваших стоит. Бондаренко сказал твердо: – Я присмотрю за ним! Мещерский запнулся, пару мгновений рассматривал его, но покачал головой. – Нет, вы необходимы здесь. – Но доктора надо беречь… – Капитан Волкова, – сказал Мещерский. – Капитан Волкова полетит с особым заданием. – Будет сделано, – ответил Бондаренко. Похоже, либо отвык удивляться на такой работе, либо знает, что с капитаном Волковой нянчиться не придется. – Заказываем два места! Кремнев поинтересовался: – В каких отношениях мы со Швейцарией на сегодня? А то они там все никак не определятся: с нами или против нас… – Нельзя по всем враждебным бить ракетами, – сказал Бондаренко, – хотя, понятно, иногда очень хочется. – Как и нельзя, – добавил Мещерский, – стрелять всех неприятных людей на улице. – Моя команда, – сказал я, – вылетит туда немедленно. Подготовьте все для них, начиная от билетов на самолет и заканчивая планами помещений… – Давайте имена, – ответил Бондаренко. Глава 8 На этот раз полномочия вручили своему проверенному человеку, капитану Волковой, а моя роль определена как специалиста по генетике, который должен переговорить с Кенделем как можно быстрее. Есть вероятность, что экстремисты, вдохновленные успехом, готовят второй удар. Ударят либо по определенной расе, либо по всему роду человеческому. На свете хватает душевнобольных, убежденных, что всех людей для их же блага нужно истребить. В виде исключения нас с Ингрид отвезли к самолету лично Бондаренко и Бронник, этим жестом подчеркнули важность операции. Бондаренко то и дело сверялся по спутниковым снимкам с расположением места, куда увезли заложника, увеличивал участки дорог и тропинок. – Владимир Алексеевич, у вас, скорее всего, не будет и лишней секунды, чтобы разбираться. Там либо все взрывать, чтоб только выжженный кратер за вами, либо даже не соваться. – Там охрана, – напомнил и Бронник, – такая охрана, как не охраняют даже стратегические ракеты с ядерными зарядами. Я запнулся, оба смотрят серьезно и с сочувствием. Лучшие умы, как я понимаю, из их управления. И потому очень серьезно относятся к моему желанию самому решить степень вины как заложника, так и его похитителей. – Да ладно, – ответил я. – Исламисты? – Оружия у них особо мощного нет, – согласился Бондаренко, – зато отвага и упорство в бою, какого давно нет ни у европейцев, ни у американцев. Они просто-напросто не отступят, даже когда бой будет проигран. Я вздохнул. – Снова исламисты… Нужно спешить с дешифровкой вируса, пока кто-то не решит точно так же решить проблему с радикальным исламом! Вирус не различает радикалов и умеренных! Бондаренко зябко передернул плечами. – Уж решайте быстрее! – Это вопрос не науки, – ответил я, – а политики. – Насчет вируса? – Нужно общее решение, – отрезал я. – А то одолеем вирус, а кто-то сделает самовоспроизводящихся дронов, что станут нападать на людей! И снова спешно ищи решение… Нет уж, общее на все случаи, и никаких гвоздей. Он посмотрел на меня с пониманием. – Владимир Алексеевич, я всегда говорил, что ученые – самые страшные люди на свете. Ни один из НКВД даже не мечтал установить полный контроль над людьми! А ученые говорят о таком с легкостью и без содрогания.