Полуночные тайны Академии Грейридж

— Поэтому ты и перевелся с домашнего… Вернее, с дворцового обучения в Академию Грейридж, где меня стали усиленно проверять. Первой проверкой должен был стать старый декан, но тот сошел с ума еще до моего приезда. Поэтому на его место спешно подыскали героя войны с опытом управления…

— У Даррена Берга оказался довольно интересный послужной список. Ты уже поинтересовалась прошлым своего жениха? — усмехнулся Роланд.

— Не было времени, знаешь ли! — рявкнула на него. — Все время была занята. Меня постоянно убивали, а потом мы с ним целовались. А вот ты… Тебе бы уже пора прекратить разыгрывать влюбленность!

— Я и не разыгрываю, Лиз! Сперва было, признаюсь, но потом… Мои чувства к тебе искренни.

— И когда же они успели стать искренними, Роланд? — спросила скептически. — Во время первого испытания, когда из-за тебя я пошла против своих из Рамрайта? Или же во время второго, когда тебя чуть было не прикончили ядовитые пауки? Кстати, что именно произошло на втором испытании? И почему тебя чуть было не прикончили?

— Последняя проверка, Лиз! Заклинания, удерживающие Хаос под Лабиринтом, были ослаблены, и его части было позволено просочиться под купол. От тебя ждали реакции, соответствующей Хранительницы…

— Дождались?

— Дождались. Никто из ныне живущих магов не обладает способностью погружать в стазис на расстоянии.

— И ради этого ты рисковал своей жизнью? Вернее, ради этого вы рисковали жизнью Нельса, Отто, близнецов, тех некромантов, магистра Веннана?!

Глаза Роланда сузились.

— Я приказал не вытаскивать меня до тех пор, пока не будет окончательного подтверждения, что ты унаследовала весь Дар, а не только способность исцелять. Ради своей страны я готов на многое, Лиз! Даже на то, чтобы пожертвовать своей жизнью…

— Даже на то, чтобы пожертвовать жизнью других? — перебила его.

— Даже на то, — усмехнулся он, — чтобы отдать тебя другому. Потому что ты нам очень нужна.

Затем замолчал. Я тоже молчала, стояла и смотрела на него. Наконец, спросила:

— Насколько все плохо?

— Достаточно, чтобы все это провернуть.

— Почему нельзя было просто поговорить?.. Рассказать мне о ситуации?

Он покачал головой.

— Не думаю, что с тобой бы это сработало. С тем багажом ненависти, который ты привезла из Нубрии… У нас осталось слишком мало времени, поэтому спешно началась подготовка к Полуночным Играм, а я…

— Ты стал за мной ухаживать.

— Присматриваться к тебе, Лиз! По задумке, после того, как мы бы убедились, что в тебе есть магия Хранителей, ты должна была в меня влюбиться. Затем я бы помог тебе стать лояльной к моей стране. Но все пошло немного не так, как мы планировали.

Кивнула. Не так, потому что вмешался Даррен Берг.

Но в чем-то я понимала талийского принца.

Месяц назад больше всего на свете мне хотелось вернуться домой. И любые разговоры о том, что я — носительница мутации Хранителей и останусь в Талии, подняла бы на смех. А теперь…

Сейчас я стояла в потайном ходе где-то в Центральном Крыле Академии и думала о том, что мне нисколько не хочется возвращаться в Нубрию.

К тем, кто меня продал.

— Кстати, за сколько вы меня купили? Вернее, за сколько вам меня продали? Надеюсь, они не слишком продешевили?

— Нет, — покачал он головой. — Для кота в мешке ты обошлась… гм… довольно дорого.

И он назвал условия сделки.

Снятие Магической Стены на границе между нашими странами, которое произойдет в ближайшие месяцы. Послабление во ввозных пошлинах на все экспортируемые из Нубрии товары почти на четверть века, и полная их отмена на алмазы, рубины и изумруды, добываемые в Марийских Горах.

Тем самым Нубрия практически залучала монополию, из-за чего Талия нанесла смертельную обиду своему дорогому соседу Атии, которая долгие столетия снабжала драгоценными камнями ювелирные дома и лавки Грейриджа. К тому же, после того, как Роланд изъявил желание расторгнуть помолвку с их принцессой Элисандой…

— Выходит, война с Атией не за горами? — усмехнулась я.

— Лучше с ними, чем с Ушадом, — пожал он плечами.

— Но ты все еще можешь поправить пошатнувшиеся дела. Женись на Элисанде, потому что ни твоей любовницей, ни женой я не стану.

— Лиз…

Дернулась, не дав к себе прикоснуться. Затем развернулась и пошла по проходу, не забыв нагнуть голову, чтобы не врезаться в нависающую балку.

— Куда ты, Лиз?


— Куда-то… — сказала ему. — Куда-то, но недалеко. — А куда я пойду, если они меня купили, а родина радостно продала? За монополию и послабление в таможенных пошлинах… — Не бойся, Роланд, я прогуляюсь и вернусь. Но гулять я буду одна.

Не ушла, потому что вспомнила еще кое о чем.

— А как же Полуночные Игры? — спросила у него.

— Что с ними не так? — удивился он. — Завтра после обеда будет финал. В нем участвуют три пары из Грейриджа и твои друзья из Рамрайта. Но теперь уже не имеет значения, кто победит. Кстати, на финал прибудет мой отец, — намекнул мне. — Он хочет с тобой познакомиться.

— Организуете очередную проверку?

— Нет, Лиз, проверок больше не будет! Ты уже все прошла.

Кивнула. Ну, раз прошла, то… То я пошла. Развернулась и снова отправилась в сумрак потайного хода, гадая, как выбраться наружу.

— Погоди… — принц догнал меня через несколько шагов.

— Оставь меня уже в покое! — сказала ему. — Хотя нет, сперва скажи, как отсюда выйти, а потом оставь в покое.

— Куда ты пойдешь?

— Говорю же, пройдусь немного. Проветрю голову, а то она у меня плохо соображает. Никак не могу осмыслить сумму, в которую я обошлась талийской казне.

— Тебе нужно в лазарет, Лиз, а то голову отвернут уже мне… Причем, магисса Эйлин.

— Ничего, — сказала ему. — Ты вполне это заслужил. После того, что вы провернули, я лишь пожму ей руку.

— Злишься?

— Очень.

— Сможешь когда-нибудь меня простить?

— Не уверена. Но я еще подумаю над этим вопросом.

— Меня спасет только подвиг? — усмехнулся принц.

— Посмотрим, — пожала плечами. — Для начала выпусти меня отсюда.

Через несколько метров Роланд дернул за невидимый рычаг, и в самом неожиданном месте передо мной распахнулась скрипучая дверь. Я очутилась… Где? Во одну и в другую сторону убегал длиннющий коридор.

— Центральное крыло, второй этаж, — угодливо подсказал принц. — Прямо и направо до черной лестницы, а потом уже сад. Я могу тебя проводить?

— Уж как-нибудь сама!

Наконец-таки выбралась из потайного хода и отправилась в сторону лестницы. Шла и думала о том, что магисса Эйлин оказалась в чем-то права — до конца я все- таки еще не выздоровела. Резерв полностью не восстановился, чужая целительская магия ушла на лечение раны, да и крови я потеряла порядком.

Наверное, поэтому на меня накатила страшная усталость.

И я брела, размышляя о том, как доберусь до своей кровати в лазарете, а затем немного посплю. Потом придет Даррен, который пообещал не слишком сильно бить лордов-попечителей, и мы с ним подумаем, как мне быть дальше.

Вернее, как нам быть дальше.

***

Но почему-то нисколько не удивилась, когда из темного закутка вынырнул тот самый ушлый тип из делегации Рамрайта.

— Как вы меня постоянно находите? — спросила у него. — Это какая-то тайная наука секретных служб?

— Крофорт! — поморщился он вместо приветствия. Впрочем, я тоже нисколько не была его рада видеть. — Мы оценили ваши героические действия по спасению талийского принца. Советник Жюст считает, что вы хорошо старались, и хочет вас отблагодарить.

— Отблагодарить?

— Да. Он уже ждет вас в заброшенной беседке возле бывших конюшен. У него для вас есть небольшой подарок.

— Моим лучшим подарком будет, если вы отстанете от меня навсегда!

На это он лишь пожал плечами.

Впрочем, особых претензий к нему у меня не водилось. Потому что передо мной был всего лишь исполнитель. А вот тот, что стоял за этой аферой… Тот, кто пытался вынудить меня шпионить… Даже и не знаю, на Нубрию ли?! Скорее всего, на себя, проворачивая собственные тайные делишки за спиной у моей страны, потому что Нубрия и так уже продала меня задорого.

И я собиралась выяснить, в какие именно игры пытался меня втянуть советник Жюст, потому что после услышанного в кабинете ректора и разговора с Роландом обвинения в шпионаже на Нубрию мне были не страшны.

Пусть только попробуют… поругаться с собственной Хранительницей!

Моя бабушка была Хранительницей в Нубрии, мне предназначалось стать ею для Талии. Мои дети — нет, от Роланда их не будет! — от Даррена продолжат наш род и, возможно, унаследуют Изначальный Дар.