Полет сокола
Часть 13 из 14 Информация о книге
– Я не сдамся! – прохрипел Радим. – Ни за что! Он греб, не останавливаясь. Казалось, кто-то – может, любящие храбрых боги воинов, – вливает в него силу. Расстояние между лодкой и яликом Харальда больше не сокращалось. Нурманам удалось стащить кнорр с мели. Его весла дружно ударили по воде, и корабль устремился вслед за купеческой лодьей. Ольга увидела, как свободные от гребли нурманы вновь надевают шлемы, готовясь к бою. А судно Нагибы было уже в какой-то полусотне саженей от окончания мыса. Лодка Радима и Ольги – намного дальше. Они не успевали… – Я не сдамся, не сдамся… – бормотал Радим. Он греб так сильно, что лодка двигалась рывками, будто конь в галопе. Им удивительно везло: не напоролись ни на мель, ни на камни, ни на коряги… Мелькнула мысль: свернуть к берегу. Мелькнула и пропала. На суше им с Ольгой от погони не уйти. И на воде – тоже. – Я не сдамся… Кнорр шел значительно дальше от берега, чем лодья. И значительно быстрее. Нурманы отрезали судно Нагибы от открытой воды. Время слов закончилось. Теперь будет говорить боевое железо. На лодье это понимали и тоже готовились в бою. Ольга видела, как блестит солнце на шлемах. Угрюм стоял на корме с метательным копьем в руке. На носу кнорра в точно такой же позе замер Гуннар Волчья Шкура. «Если они передерутся, у нас появится надежда…» – подумала Ольга, оглянулась и увидела, как Харальд помахал ей рукой. Радим греб из последних сил, а нурман на веслах, казалось, совсем не торопится. Тем не менее ялик снова начал догонять. Надеяться было не на что. И вдруг нурманский корабль прекратил погоню. Весла одного борта уперлись в воду, «закрепились», как говорили варяги, а весла другого, напротив, загребли сильнее и шире. Ольга представила, как скрипит и трещит от нагрузки корпус нурманского корабля. Кнорр разворачивался, отказываясь от преследования и боя. Почему? Может, решили, что в драке нет смысла? Раз Харальд вот-вот догонит их лодку… А богатства ватажки Нагибы скорее всего остались в селении. Нурманы обычно не вступают в бой, если не видят выгоды. Низко и грозно проревел рог. С кнорра. И еще раз. Какой-то сигнал Харальду. – Что это? – прохрипел Радим. Ольга покачала головой. Она не знала. Она увидела, что купеческая лодья, которая уже почти достигла окончания мыса, тоже начала разворот. Неужели там решили схватиться с нурманами? Но нет. Лодья направлялась не к нурманскому кораблю. Она уходила на север. Бегут? Почему? Нурман-гребец на ялике выкрикнул что-то и заработал в полную силу. Нос ялика вспенил зеленоватую озерную воду. Радим выпустил весла, потянулся к ножу. Он не сдастся! Но что это? Ялик тоже разворачивался. Харальд махнул рукой: – Еще увидимся, парень! – крикнул он. – Еще встретимся! Что происходит? Ольга тоже не понимала. Она встала, вытянулась во весь рост, чтобы видеть дальше, – юная, напряженная, в мокром красном платье, с длинной косой, потемневшей от озерной воды… «Какая она красивая…» – подумал Радим. И увидел, как глаза Ольги стали еще больше, стали огромными, как небо. Увидел, как она замерла, даже дышать перестала… Радим похолодел от страха, обернулся и увидел хищный нос боевого корабля, показавшийся из-за мыса. И отсвечивающие золотом шлемы воинов. И только потом уже – стяги, развевающиеся на высокой мачте: на одном – рука, сжимающая меч, на другом – красный сокол русов! – Папа! – звонко закричала Ольга, замахав руками. – Папа! Мы тут! * * * notes Сноски 1 Плесков – ныне г. Псков. 2 В языческие времена на одежде вышивали знаки, которые, как полагали, оберегали носителя одежды от злых чар. 3 Ирием язычники называли рай. 4 Кромка – в русской языческой традиции граница между мирами. В данном случае между Явью и Навью, миром живых и миром мертвых. 5 Сажень – старинная мера длины, около двух метров. 6