Полет сокола

Но тут вперед вылез Угрюм, уже второй день мечтавший расквитаться за свою обиду.

– Что же это делается? – взревел он. – Разбой! Честных людей бьют! Девицу среди бела дня со двора свели!

– Девицу, говоришь? – ухмыльнулся Харальд. – Хочешь за нее еще одну монету? Или тоже скажешь, что взял ее в бою? Ты не стесняйся, – нурман крутанул меч, – подходи поближе!

Угрюм сунулся вперед… И тут же отступил. К Харальду с Гуннаром подошла подмога – еще с десяток нурманов. Все – в железных бронях, с раскрашенными щитами.

Сразу стало понятно, кто тут воины, а кто – так, купцов пограбить…

– Пошли, пошли… – Дайна попыталась уволочь Ольгу к берегу, но та резко выдернула руку: – Не трогай меня, холопка!

– Ну и пропадай, глупая девка! – крикнула Дайна и бросилась прочь.

На нее никто не обратил внимания, потому что появилась еще одна сила: староста Кучня с ополчением: двумя десятками кое-как вооруженных пивневцев.

И сразу завопил, что нурманы творят беззаконие и должны немедленно прекратить.

Местных и разбойников Нагибы было намного больше, чем нурманов, но не похоже, чтобы те испугались. Сдвинули щиты и приготовились к драке…

Вот только их противники в драку лезть, похоже, побаивались. Лишь размахивали оружием и надрывали глотки.

Глядя на орущих разбойников, потрясающих кулаками и брызжущих слюной, и обманчиво спокойных нурманов, Ольга никак не могла решить, что ей теперь делать.

И вдруг кто-то дернул Ольгу за рукав. Она обернулась. Радим!

У Ольги даже щеки вспыхнули от радости.

– Радимка! Ты жив…

Парень прижал палец к губам.

– Уходим, – прошептал он. – Сейчас, пока они ругаются.

– В лес? – шепотом спросила Ольга.

Радим мотнул головой:

– Нельзя. Догонят.

– Но ты же охотник! Ты же в лесу все знаешь!

– Это чужой лес, – возразил Радим, – для нас. А для них – свой. И охотников здесь тоже хватает. Выследят и догонят. Один я, может, и убежал бы, но с тобой не получится.

– Я буду быстро бежать, я могу! – возразила Ольга.

– Так быстро, как надо, не сможешь.

– А как тогда?

– Рядом с нурманским кораблем лодка привязана, – сказал Радим, – с веслами. Поплывем за мыс. С той стороны мыса – камыш густой. Переждем ночь, а с рассветом высадимся там, где никто не увидит, и пойдем на юг. Домой, в Плесков.

– В Плесков не обязательно, – сказала Ольга. – Нам бы только до Новгорода добраться, а там у меня родня.

– …Не твоя это забота, нурман! – яростный вопль Угрюма перекрыл другие голоса. – Девка наша! И мальчишка тоже мой! Отдай мальчишку! Ты за него не заплатил как надо!

– Хочешь – железом тебе заплачу? – прорычал Харальд. – Иди сюда, трус!

Тут закричали все разом: словене и нурманы. Каждый – на собственном языке, но в толмаче-переводчике нужды не было. И так все понятно.

На Радима и Ольгу никто не обращал внимания, словно не о них шел спор.

Нет, кое-кто всё же в их сторону посмотрел.

Ольга перехватила взгляд нурмана, стоящего поодаль. Но не Харальдова, а Нагибы. Хриси смотрел на нее очень внимательно.

«Он всё слышал!» – ужаснулась девочка.

Сейчас крикнет своим, что дочь князя собирается бежать…

Не крикнул. Подмигнул, качнул головой в сторону берега: мол, не теряйте времени.

Ольга дернула Радима за рукав:

– Бежим!


Но они побежали не сразу. Сначала отступили за угол дома, а уж потом рванули со всех ног.





Глава 14. Сбежали!




Лодки рядом с кнорром не оказалось.

– Как же так… – растерянно пробормотал Радим. – Только что ж была…

– Так вон она! – воскликнула глазастая Ольга, зайдя с другой стороны кнорра. – Гляди!

Лодка стояла саженях в семи. В ней сидел белобрысый паренек, Радимов ровесник, возился с сетью.

– Эй! – крикнула Ольга. – Сюда!

Паренек отложил сеть, глянул на девочку, потом, с подозрением – на Радима.

– Зачем это? – спросил он недоверчиво.

– Очень нужно!

– Ты часом не княжна, о которой там орут? – прищурился паренек.

– Да, – не рискнула соврать Ольга.

– Убежать хотите?

– Хотим.

Радим в разговор не вмешивался, он наклонился, подобрал камешек, подбросил на ладони.

– Я не могу вам помогать, – не слишком уверенно проговорил паренек.

– Почему?

– Если я отдам вам лодку, на чем я буду рыбу ловить? Эй, скажи этому, чтоб камень бросил! – вдруг забеспокоился паренек.

– Я брошу, – пообещал Радим, – прямо тебе в лоб!

– Погоди! – остановила его Ольга.

Она сорвала с рукава пару еще оставшихся монеток:

– Гляди! Это серебро! Продай мне свою лодку! Продашь?

– Вот другой разговор! – повеселел парнишка. – Только ты отойди подальше, – велел он Радиму.

Несколько гребков – и нос лодки заскреб по песку.

Белобрысый ловко поймал монетки.

– Сеть я заберу! – крикнул он. – О сети мы не договаривались!

Паренек со всех ног припустил вдоль берега, но шагах в тридцати вдруг остановился, обернулся и крикнул:

– У Лосиного мыса – осторожнее! Там мелей много! И коряг!

Радим помог Ольге забраться в лодку, запрыгнул сам, толкнулся веслом, устроился на гребной скамье.

– Как там? – спросил он. – Не передрались еще?

– Нет. Орут только. А ты здорово гребешь!

Под днищем лодки зашелестела вода.

– Умею немного. Эх! Кабы не ты, я б через пару дней уже на руме[15] сидел! Харальд сказал, что я – годный. И он сделает из меня воина. Викинга!

Ольга, до того глядевшая в сторону берега, повернулась к нему: