Парящая для дракона

– Я совершенно не знакома со вкусами ферна Ландерстерга. То есть почти не знакома. Еще меньше я знакома с высокой кухней, но хочу, чтобы это было нечто выдающееся. И, разумеется, целиком и полностью доверяю вам. Только это должно остаться нашим секретом. Это – обязательно. – Я улыбнулась ему. – Ну что, сможете помочь?

Кажется, он слегка опешил, но все еще продолжал хмуриться.

– Целиком доверяете мне? – переспросил он.

– Абсолютно.

– Что ж… тогда я попробую вам помочь. – Он сложил руки на груди. – До завтра составим меню. Но учтите, если вы решите убрать оттуда больше трех блюд…

– Я не хочу ничего убирать, – ответила я, с трудом сдерживая улыбку.

– Тогда по рукам! – Шеф-повар явно воодушевился, протягивая мне мягкую ладонь.

Я ее приняла.

– По рукам!

– Ферна Хэдфенгер? – поинтересовался он, когда я уже собралась уходить. – Вы интересуетесь Раграном?

Рагранский язык не особо распространенный, поэтому такой вопрос вполне можно было понять.

– Моя мама из Раграна, – ответила я.

– Ваша… а ферна Хэдфенгер…

Пухлые губы Доража поджались в тонкую линию. Интересно, чем ему успела насолить Ингрид?

– Она моя мачеха, – ответила я. – Вы с ней уже общались?

Шеф-повар пробормотал что-то себе под нос, потом сказал, что уже пора подавать ужин, и первой пропустил меня на кухню.

За дверями меня по-прежнему ждал мергхандар.

– Проводить вас в столовую, ферна Хэдфенгер?

– Да, пожалуйста.

Внешность у него была классическая фервернская: под два метра ростом, сверкающая сталь глаз.

– Мы можем заняться вашими подопечными, пока вы будете ужинать.

«Заняться подопечными» означало, что с драконенком и виари погуляют, пока я буду ужинать с Ингрид и Сильви.

– Спасибо, но лучше после ужина я выведу их сама.

Утром и в обед с ними и так гуляли мергхандары, потому что с утра я убежала на тренировки, а после обеда меня гримировали для интервью. Сейчас же мне отчаянно захотелось самой с ними побегать и поиграть.

– Как скажете, ферна Хэдфенгер.

Ферна Хэдфенгер вздохнула и шагнула в столовую, где уже расположились сестра с мачехой. Оформленная в кремово-бежевых тонах, эта комната сочетала в себе камень (одна стена была полностью выложена им) и дерево: стол был деревянный, если не считать металлических опор и стеклянной вставки между ними. Мрамор на полу, согревающие панели у панорамного окна и раздвинутые шторы словно открывали совершенно другой, заснеженный мир.

Здесь же было тепло: настолько тепло, насколько это возможно.

Этот дом создавали с любовью, и хотя в нем до этого времени никто не жил, это ощущалось во всем.

– Лаура, – напомнила о себе Ингрид, – если будешь так долго спать вечерами, не будешь высыпаться ночью, и под глазами появятся темные круги.

– Они у меня появятся, если я не буду спать вечерами, – ответила я, устраиваясь напротив них в мягком кремовом аэрокресле.

– И все же.

– Скажи, чем ты умудрилась достать Доража Эмери?

– Кого?

– Шеф-повара.

Ингрид поджала губы.

– Я изучила его меню и пришла к выводу, что оно совершенно неприемлемо.

– Что?!


– Нам уже накрывали, но я сказала, что нужно кое-что переделать, поэтому придется немного подождать.

У меня глаза на лоб полезли.

– Ингрид, мы здесь в гостях!

– Временно. Скоро ты станешь здесь хозяйкой.

Я чуть не поперхнулась водой.

– Пока что я ею не стала. И ты тем более.

– Очень вежливо с твоей стороны, Лаура.

– Очень вежливо с твоей стороны диктовать шеф-повару, что ему подавать нам на ужин!

– Я, между прочим, забочусь о тебе. – Тон Ингрид стал сухим. – Очень скоро тебе придется конкурировать с иртханессами, у которых совершенно другой обмен веществ. Советую тебе всерьез об этом задуматься и пересмотреть свою диету: эти женщины никогда не поправляются. Чего не скажешь о нас.

– Спасибо за заботу, Ингрид, – я выделила слово «забота», – но я считаю, что каждый должен делать свое дело. Шеф-повар – готовить, а мы – заниматься своими делами. Своими.

На «своими» я тоже сделала акцент.

– А я считаю, что ты мне дерзишь, Лаура. – Мачеха окатила меня ледяным взглядом. – Если хочешь выглядеть достойно рядом с таким мужчиной, тебе придется соблюдать ряд достаточно сложных ограничений. Сложных для тебя, разумеется.

– Мам… – попыталась вставить свое слово Сильви, но не успела.

Потому что до меня вдруг дошло.

– То есть вчерашнее явление Сильви было совершенно не случайным? – уточнила я.

Ингрид хмыкнула.

– Мужчине – особенно такому – нельзя выдавать все и сразу, Лаура. Драконы по своей сути охотники, и когда он получит желаемое, ты ему станешь неинтересна.

– Поверить не могу!

– А придется. Придется очень тщательно следить за тем, что ты делаешь. Можешь с ним играть. Можешь его провоцировать. Но до того как будет объявлено о помолвке…

Ингрид сделала многозначительную паузу.

– Ингрид, это просто смешно! – Я подавила желание вскочить. – Я взрослая женщина!

– До взрослой тебе еще далеко. – Мачеха снисходительно посмотрела на меня.

– Это. Не твое. Дело.

Вот теперь я действительно поднялась.

– Сядь! – обрушился на меня жесткий приказ.

Сильви побледнела, а я, напротив, сложила руки на груди.

– Не думаю, что мне стоит ужинать с вами.

Теперь уже поднялась Ингрид. Губы ее дрожали от ярости.

– Глупая девчонка! Хочешь все испортить накануне свадьбы?

– Накануне чего? – уточнила я.

– Он должен жениться на тебе! Это важно для нашей семьи, неужели ты не понимаешь? Не понимаешь, насколько важен этот брак для твоего отца?

– Счастливо. – Я развернулась, чтобы уйти, но Ингрид подлетела ко мне.

– Не смей уходить! Ты что, не понимаешь, что тебе просто нечего ему дать, кроме того, что сейчас он в тебе заинтересован как в женщине? В тебе нет ни капли пламени, а рядом с ним всегда будут иртханессы. Сильные, красивые, огненные. Думаешь, твои прелести смогут это перебить?!

– Отца ты тоже… как ты там выразилась, соблазняла и провоцировала? – поинтересовалась я, чувствуя, что зверею. – До тех пор, пока вы не объявили о помолвке?

Ингрид размахнулась, но я перехватила ее руку.

– Сунешься ко мне со своей заботой еще раз – пожалеешь! – сказала я жестко, глядя ей в глаза. – Ты меня поняла, Ингрид?

Не дожидаясь ответа, вышла из столовой и чуть не столкнулась с горничными, которые спешили к нам с аэротележками.

– Ферна Хэдфенгер! Ужин готов.