Окно напротив

- Ничего не меняется, это радует!



- Я вчера приходила в отделение, надеялась тебя найти. Даже не была уверена, работаешь ли ты там еще.



- А как же.



- Наверное, дослужился до капитана?



- Вообще-то, давно. Сейчас заканчиваю учебу, мне обещали подполковника.



- Здорово. – Девушка взмахнула волосами, и самоуверенность Сергея вмиг раскрошилась, падая к ее ногам. – Семью завел, наверное?



- Она ж не таракан, чтоб ее заводить. – Он фыркнул, сморщив нос, и отвернулся. Никто не знал правды. Сергей часто думал, что их с Марьяной профессии приносят пользу всем, кроме них самих. Теперь у него совершенно не было ни времени, ни желания брать на себя такую ответственность. – Это не для меня.



- А как та девушка, к которой ты приходил в больницу? Я думала, у тебя к ней серьезные чувства.



- Она выходит замуж. – Донских после того случая зарекся предлагать кому бы то ни было серьезных отношений. – Ты что, меня распять сегодня решила? Тогда выбирай еще какую-нибудь неприятную тему. Поговорим про зарплаты бюджетников? Которых ни на что не хватает. Или спроси, счастлив ли я…



Увидев, как Сергей завелся от простого вопроса, Марьяна протянула свою руку и положила поверх его. Его пальцы дрогнули и замерли. Это прикосновение было таким уютным и родным, что он мысленно оказался на берегу того самого обрыва, который соединил их судьбы много лет назад.



Секунда. И он уже полетел вниз, раскинув руки. Адреналин разогнал сердце до предела. Зависнув на долю секунды в воздухе над самой водой, он приручил гравитацию. Грудь наполнилась воздухом, глаза закрылись, тело, коснувшись неба ногами, плавно вошло в воду без единых брызг.



- Я больше не задам ни одного вопроса, - мягко сказала Марьяна, убирая руку.



И он выплыл из воды и глубоко вдохнул.



Она посмотрела на его черные, как угольки, глаза и уловила в них черты того мальчишки, который говорил ей много лет назад о том, что любовь стоит того, чтобы ждать. Этот паренек оброс корой из циничного хмурого дядьки, но всё же, где-то глубоко внутри, он был жив и по-прежнему, улыбаясь, лучился светом.



- Зачем ты меня позвала?



- Вчера к нам поступила девушка, - печально ответила Марьяна. – Месиво из крови и мяса. Умерла прямо в приемном. До приезда вашего судмеда я смогла немного осмотреть её. Многочисленные раны, синяки, открытая ЧМТ.



- Так, - закусив губу, промычал Донских.



- Я не смогла сознаться твоим коллегам в том, что узнала её.




- Почему?



- Попробую объяснить. – Её руки взлетели в воздух и смущенно опустились обратно на колени.



Она встала и быстро направилась к окну.



Сергей, как загипнотизированный, последовал за ней. Он встал позади нее, окунаясь в обжигающие волны волос.



- Я пила кофе. – Она осеклась, соображая, помнит ли бывший муж о ее мигренях. – Чай. Пила чай. И смотрела в окно.



Донских подошел ближе к стеклу и прижался к нему лбом. За окном разгорался закат. Окна в доме напротив хорошо просматривались. Жалюзи, яркие розовые занавесочки, нитяные шторы. В одной из квартир дети резво скакали на диване, в другой женщина читала книгу, лежа на животе, в третьей мужчина тягал неподъемные гири.



- Я увидела ее там, - Марьяна вытянула руку и показала пальцем.



- Кто там живет?



- Мужчина.



- Один?



- Один. Да, мужчина средних лет. Она пришла к нему в гости. Они… - Она застыла, подбирая слова. – А на следующее утро ее привезли к нам в приемное с проломленной башкой.



- С чего ты решила, что это она?



- При ней не было документов и телефона, но я узнала ее по татуировке. На спине…



Донских бросил на нее озадаченный взгляд.



- Я не хотела шпионить за ними. Так вышло.



- Я должен сделать пару звонков. – Он несколько раз задумчиво кивнул, одарив ее вспышкой искрящихся черных глаз, и достал телефон. – Знаешь, Мари, тебе пора завести шторы. Хорошие такие, плотные шторы. Посмотри, ведь ты здесь у всех на виду, в этом сраном, огромном, во всю стену, окне, черт его подери!



Донских уехал на встречу с судмедэкспертом, попросив Макса заскочить к бородатому соседу за разъяснениями. Марьяна же битый час изводила себя ожиданием возле окна. После встречи с бывшим мужем ей упрямо хотелось изгрызть все ногти до мяса. Чтобы полегчало.



Раньше она подозревала, что одинока, сейчас же уверилась в этом до конца.



Людям свойственно раз за разом совершать одни и те же ошибки. С упорством идиота наступать на грабли, которые больно торкают по башке. Снова и снова. А вдруг в следующий раз будет приятно? Надо проверить. И они снова шагают, получая очередной обидный удар в лоб.