Обсидиановое зеркало
Часть 7 из 17 Информация о книге
– Понятия не имею. – Джейк задумчиво смотрел прямо перед собой. – Думаю, эксперимент прошел удачно, а Венн не хотел ни с кем делиться их открытием. Возможно, они поругались. И он мог убить отца, чтобы заставить его молчать. Уортон покачал головой – не очень правдоподобно. – Ты просто ищешь виноватого в… Джейк дрожащими от злости пальцами схватил письмо: – Ладно, забудьте об этом. Он вставил в уши наушники и отвернулся к иллюминатору. – Джейк. Джейк, послушай… Молчание. Красивый брюнет, который сидел напротив и снова за ними наблюдал, быстро отвел взгляд. Уортон потянул за провод, вытащил один наушник из уха Джейка и тихо попросил: – Покажи мне фотографию. Парень даже не пошевелился. «Все, он от меня закрылся», – расстроился Уортон. Но потом Джейк все-таки достал фото и подтолкнул его по столу к Уортону. Маленький черно-белый снимок на зернистой бумаге. Сделан допотопной камерой. С фотокарточки смотрел высокий улыбающийся мужчина в пальто из верблюжьей шерсти. Он походил на Джейка ровно настолько, чтобы Уортон мог с уверенностью сказать, что это Дэвид Уайльд. Снимок был сделан на улице. За спиной мужчины виднелись старинные лондонские автобусы и такси. В руке мужчина держал газету. – Мне бы лупа не помешала. Не могу прочитать заголовок. – «Битлз» штурмуют Америку. И дата – одна тысяча девятьсот шестьдесят пятый. Уортон нахмурился: – Шестьдесят пятый? Даже я тогда был еще ребенком. А твой отец… – Еще не родился. – Джейк взял фотографию со столика. – Этого я не понимаю. Розыгрыш? Но чего ради? Зачем мне это присылать? – Твой отец это не присылал. Тут все ясно. Прислал кто-то другой. Тот, кто два года выжидал после его… исчезновения. – После его смерти. – Этого ты не знаешь. В глазах Джейка стояла тоска, но Уортон смог разглядеть за ней страх. – Он – мой отец. И с ним случилось что-то ужасное, потому что иначе он бы мне позвонил. Он не мог просто взять и бросить меня. Я знаю. Загорелись предупреждающие лампочки. – Леди и джентльмены, пристегните ремни, – произнес приятный голос. – Наш самолет готовится совершить посадку. Уортон обрадовался появившейся возможности подумать. Он не знал, что со всем этим делать. И почему, черт возьми, директор не рассказал ему об отце парня? Тогда этот разговор не застал бы его врасплох. Самолет накренился и, подпрыгивая, как на кочках, начал соскальзывать к Хитроу. Уортон наблюдал за проплывающими мимо облаками и всеми мышцами тела ощущал снижение скорости самолета. Джейка точно надо сопроводить до самого Уинтеркомбского аббатства. Это не вопрос. Кто-то должен присутствовать при встрече парня с его крестным отцом, учитывая, какие безумные идеи застряли в мозгу Джейка. Потому что идеи эти, конечно же, безумные. Шасси коснулись взлетной полосы, самолет подпрыгнул и снова жестко вошел в контакт с землей. Уортон вцепился в подлокотники кресла. Он ничего не имел против полетов, но вот приземление его всегда напрягало. И еще – во всей этой странной истории оставался момент, которому он никак не мог найти объяснение. Фотография. Какой в ней смысл? В зале прибытия они сняли свои чемоданы с «карусели» и переложили их в тележку. Уортон потянулся за рюкзаком Джейка. – Не надо, я сам. – Джейк закинул рюкзак на спину. Но пока он поправлял рюкзак, оттуда донесся странный звук – как будто кто-то лениво зевнул спросонья. У Джорджа глаза полезли на лоб. – О нет. Только не это… Ты же не мог… Джейк пожал плечами. В рюкзаке снова кто-то пискнул. Уортон заглянул внутрь. Комок шерсти распутался, появились лапки, и на Уортона посмотрели черные круглые глазки. Обезьянка снова зевнула. Уортон быстро закрыл рюкзак и огляделся по сторонам. – Не паникуйте. – Джейк спокойно покатил тележку от «карусели». – При чем здесь паника? А карантин? Бешенство! Ты подумал о том, какой бы подняли скандал, если бы тебя поймали? – Но ведь не поймали, так что успокойтесь. Ветеринар дал мне специальный препарат. Весь полет малыш проспал и теперь в полном порядке. – Но обезьяна! – Он не обезьяна. Он – мартышка. В голосе Джейка снова зазвучали привычные надменные нотки, и это вывело Уортона из себя. – Да мне плевать, хоть муравьед! Нам еще досмотр проходить. Джейк пожал плечами: – На этом этапе будет проще. Если поймают, Венн заплатит штраф. Уортон, потея, шел за Джейком по длинным коридорам и траволаторам. Когда они наконец миновали скучающих таможенников, он почувствовал такое облегчение, будто ему удалось пронести через границу партию контрабандных бриллиантов. На выходе из аэропорта Джейк открыл рюкзак. Сонная мартышка выбралась наружу и с любовью обняла его за шею. У малыша была коричневая блестящая шерсть. Он смотрел на Уортона с полным безразличием, как дети смотрят на случайного прохожего. – Я не мог оставить его в этой дыре, – пробормотал Джейк, пока они стояли в очереди за такси. – Спрячь ее, – прошипел Уортон. – Его. Его зовут Горацио. Когда они сели в такси, зверек окончательно проснулся и принялся есть виноград. Водитель попытался предупредить: – Если эта ваша зверушка мне здесь нагадит… – Просто отвезите нас на Паддингтонский вокзал. Уортон забросил чемоданы в багажник, забрался следом на теплое, поскрипывающее сиденье и вдохнул забытые запахи Лондона. После Швейцарии ему казалось, что он вдыхает туман. Оглянувшись, увидел, что за ними в очереди стоит тот самый мужчина, который сидел напротив них в салоне самолета. На секунду их взгляды встретились. Уортон даже вздрогнул – левую щеку незнакомца изуродовал глубокий шрам. Такси влилось в поток машин. – С вокзала до аббатства я и сам легко доберусь, – без особой надежды в голосе сказал Джейк. Уортон помотал головой: – Даже не думай. – Я мог бы вас подкупить. – Не подкупишь. Не трать время. Они ползли под яркими рождественскими гирляндами Лондона. А за ними так же медленно и неотвязно тащилось другое такси. 4 Не бойся, не бойся, мой господин,