Нетопырь
Часть 36 из 65 Информация о книге
— Погоди! — крикнул Харри, но было поздно. Дверь захлопнулась. — «Погоди»? — переспросила Биргитта. — То есть ты ее еще ждешь? — выкрикнула она, вставая с кресла. — Козел! Чертов бабник и пьяница! Как ты мог… Харри попытался было обнять ее, но она вырвалась. Они стояли друг против друга, как боксеры на ринге. Биргитта словно впала в транс: горящие слепой ненавистью глаза, перекошенный от ярости рот. Харри подумал, что будь у нее в руке нож, она не задумываясь убила бы его. — Биргитта, я… — Вон из моей жизни! Пей, пока не сдохнешь! Она развернулась на каблуках и выбежала прочь, хлопнув дверью так, что задрожала вся комната. Зазвонил телефон. Говорил администратор: — Что происходит, мистер Хоули? Звонила дама из соседнего номера и… Харри положил трубку. В нем вдруг вскипела дикая злоба, ему захотелось что-нибудь уничтожить. Он схватил со стола бутылку и собрался швырнуть ее о стену, но в последнее мгновение передумал. Надо всегда держать себя в руках, сказал себе Харри, прикладывая горлышко бутылки к губам. Звякнули ключи. Открылась дверь, Харри проснулся. — No room service now, please, come back later![71] — крикнул Харри в подушку. — Мистер Хоули, я представляю правление отеля. Харри повернулся. В комнате стояли двое в костюмах — на приличном расстоянии от кровати, но с очень уверенным видом. В одном Харри узнал вчерашнего дежурного администратора. Второй продолжал: — Вы нарушили регламент отеля, сожалею, но вам придется покинуть его как можно быстрее, мистер Хоули. — Регламент? — Харри замутило. Человек в костюме откашлялся: — Вы привели к себе в номер женщину, которую мы… подозреваем в проституции. Кроме того, посреди ночи вы разбудили своей ссорой пол-этажа. У нас респектабельный отель, и ничего подобного мы не допустим, мистер Хоули. В ответ Харри хмыкнул и повернулся к ним спиной: — Отлично, представители правления. Я так и так сегодня уезжаю. Дайте спокойно доспать, пока я не выпишусь. — Вам следовало выписаться еще с утра, мистер Хоули, — сказал администратор. Харри посмотрел на часы: четверть третьего. — Мы пытались вас разбудить. — Самолет… Со второй попытки Харри сумел поставить ноги на пол и встал, забыв о том, что он голый. Администратор и другой служащий испуганно отвернулись. У Харри закружилась голова, потолок завертелся, и он сел обратно на кровать. Потом его вырвало. Буббур 14 Дежурный администратор, двое вышибал и парень по кличке Лихач Официант в «Бурбон энд Биф» забрал тарелку с нетронутой яичницей «Бенедикт» и сочувственно посмотрел на гостя. Вот уже больше недели Харри приходил сюда по утрам, читал газету и завтракал. Иногда он, конечно, выглядел усталым, но таким измученным официант видел его впервые. К тому же появился он только в половине третьего. — A hard night, Sir?[72] Клиент, сегодня небритый, красными глазами уставился в пустоту. Рядом со столиком стоял его чемодан. — Да. Да, тяжелая. Я тут делал… много всякого. — Good on уа.[73] Этим-то и славится Кингз-Кросс. Еще что-нибудь, сэр? — Благодарю, у меня самолет… Официант извинился — так тихо, что слышно было ему одному. Ему пришелся по душе этот спокойный одинокий норвежец, всегда приветливый и щедрый на чаевые. — Да, вижу, у вас тут чемодан. Раз уж вы у нас в последний раз, считайте этот завтрак бесплатным. Могу я предложить вам бурбон «Джек Дэниелс»? One for the road, Sir?[74] Норвежец посмотрел на него удивленно, будто официант предлагал ему то, чего он и сам хотел, но как-то постеснялся спросить. — Будьте добры, двойной! Владельца «Спрингфилд-Лодж» звали Джо, он был грузным и добродушным парнем и вот уже почти двадцать лет разумно и исправно заправлял своим потрепанным заведеньицем в Кингз-Кросс. Заведеньице было ничем не лучше и не хуже других ночлежек в этом районе, никто из посетителей не жаловался. Во-первых, Джо всегда сохранял свое добродушие. Во-вторых, он всегда показывал комнаты своим постояльцам и предоставлял пять долларов скидки, если те останавливались больше чем на одну ночь. А в-третьих — самое главное, — ему каким-то образом удавалось уберечь заведение от туристов, пьяниц, наркоманов и проституток. Незваные гости и те не могли не любить Джо. Потому что в «Спрингфилд-Лодж» никого не сверлили взглядом при входе и не просили убраться, а с извиняющейся улыбкой говорили: «Простите, мест нет, но приходите на следующей неделе — возможно, они появятся». Отлично разбираясь в людях, Джо почти мгновенно решал, кому лучше отказать, глаза у него не бегали, и он редко нарывался на грубость. Но иногда он все же ошибался в своих клиентах и порой горько об этом сожалел. Именно о подобных случаях вспоминал Джо, пытаясь за пару секунд оценить, что представляет собой высокий блондин в простой, но качественной одежде — значит, деньги у него есть, но он не совсем вправе ими распоряжаться. Иностранец — большой плюс. Проблемы в основном возникают с австралийцами. Туристы с рюкзаками и спальниками часто закатывают дикие попойки и крадут полотенца. А у этого чемодан, к тому же не слишком потрепанный. Значит, владелец не так уж часто переезжает с места на место. Конечно, небрит, но волосы чистые. К тому же аккуратно постриженные ногти и зрачки как будто нормального размера. Общее впечатление, как и то, что незнакомец положил на стол карту «VISA» и отрекомендовался сотрудником норвежской полиции, заставило Джо повременить со своим: «Извините, мест нет…». Но человек был пьян. Причем в стельку. — Вижу, вы заметили: я немного выпил, — сказал иностранец на гнусавом, но удивительно грамотном английском, уловив сомнения Джо. — Предположим, я устрою в комнате дебош. Будем исходить из того, что я разобью телевизор и зеркало в ванной и меня вырвет на обои. Такое бывало. Если я сейчас внесу тысячу долларов, это покроет убытки? К тому же я могу напиться и до такой степени, что буду не в состоянии шуметь, мешать остальным постояльцам или выползать в коридор. — Извините, но на этой неделе мест нет. Возможно… — Вашу гостиницу мне порекомендовал Грег из «Бурбон энд Биф». Он передавал привет Джо. Это вы? Джо смерил его взглядом. — Не заставляйте меня пожалеть об этом, — сказал он и протянул ему ключ от комнаты номер 73. — Hello? — Привет, Биргитта, это Харри. Я… — У меня гости, Харри, я сейчас не могу говорить. — Я только хотел сказать, что и не думал… — Послушай, Харри. Я на тебя не злюсь. Никто не пострадал. К счастью, человек, которого знаешь без году неделю, сильно ранить не может. Просто не хочу больше с тобой иметь дела. Ясно? — Нет. Не в том… — Я же сказала, у меня гости. Желаю удачно провести остаток командировки и вернуться в Норвегию целым и невредимым. Пока! … — Пока. Тедди Монгаби не понравилось, что Сандра на всю ночь ушла с тем полицейским из Норвегии. Это пахло неприятностями. Поэтому, когда он увидел, как этот полицейский, шатаясь и размахивая руками, идет к нему по Дарлингхерст-роуд, его первым желанием было сделать два шага назад и исчезнуть в толпе. Но любопытство одержало верх, и, скрестив руки на груди, он загородил дорогу дрейфующему копу. Норвежец хотел обойти его, но Тедди вцепился ему в плечо: — Уже не здороваешься, приятель? Приятель мутными глазами посмотрел на него. — Сутенер… — вяло отреагировал он. — Надеюсь, Сандра оправдала ожидания, констебль? — Сандра? Секунду… Сандра была на высоте. Где она? — Вечером свободна. Но я могу предложить констеблю кое-что еще. Полицейский шатнулся, но устоял на ногах. — Отлично. Отлично. Давай, сутенер. Предлагай. Тедди рассмеялся: — Сюда, констебль. Он проводил пьяного полицейского по лестнице в клуб и усадил его за стол напротив себя, так, чтобы норвежцу была видна сцена. Тедди щелкнул пальцами — и рядом тут же оказалась легко одетая женщина.