Неоновые росчерки

Открыла дверцу водителя и увидела ошеломленное лицо женщины.

— Зачем это?! — воскликнула моя названная наставница. — Куда ты собралась ехать?

— Я увидела убийц и тех, кого они преследуют!

— Нужно сообщить Стасу!

— Они далеко от Стаса, он не успеет им помочь, — качнула я головой. — И потом, у нас машина, а там человек инвалид… Амалия мне очень долго тебе всё объяснять! Пожалуйста, пусти меня за руль!

— Может уж лучше я…

— Нет, я лучше вожу! — уверенно заявила я.

Амалия хотела мне возразить, но потом передумала.

— Ты понимаешь, что нас могут убить? — поинтересовалась она, выходя из автомобиля.

— Если мы всё сделаем правильно и быстро, то нет, — оспорила я. — И потом, не бросать же их там!

— Это плохая идея… — качнула головой Амалия, усаживаясь рядом со мной.

— Я знаю! — ответила я и повернула ключ.

Лэнд Ровер фыркнул, его мотор приятно, басовито зажужжал, и внедорожник послушно качнулся вперёд, едва я надавила на газ.

— Только не гони-и-и!.. — прокричала Амалия, хватаясь за ручку над окном.

— Держись! — крикнула я в ответ.

Прокручивая в голове воспоминания и стараясь игнорировать мерзко недомогание с противной слабостью, я переключила скорость.

Внедорожник мчался вперёд, по рассекающему лес на две половину идеально прямому шоссе.

Воспоминания мелькали перед глазами. Рванные обрывки недавних событий то и дело затмевали взор. Но мне, каким-то образом удавалось, временно, пребывать как бы между видениями и настоящим временем.

Это отвлекало, но в свою очередь позволяло ориентироваться в бесконечных и однообразных лесных дебрях.

Я свернула в лес у заснеженной тропы, Амалия охнула, когда её слегка приложило об дверь.

— Нужно было пристегнуться! — крикнула я ей.

— Ты не говорила!

— Эти правила актуальны при любой поездке! — крикнула я в ответ.

Мелькающие перед глазами видения учащались, они сменялись все быстрее и становились все ярче… Мы близко. Мы совсем близко от них.

Внедорожник Стаса без труда преодолевал ямы и колдобины бездорожья. Было слышно, как под мощными колесами автомобиля хрустят опавшие с деревьев ветки и палки.

Впереди мелькнули какие-то фигуры, я узнала куртку, в которой была девушка.

Она стояла на коленях в снегу, возле лежащего рядом парня.

Свет фар внедорожника озарил её перепуганное лицо и две монструозно огромные фигуры в кошмарных светящихся масках.

Маски неотвратимо приближались к Анжелике и мальчику, что лежал в снегу.

Эти двое были почти обречены…

Решение у меня созрело мгновенно — тут было не до размышлений о гуманности. Всё решали секунды.

Я надавила на педаль акселератора. Мотор внедорожника замычал, как разъяренный бык на корриде и рванул вперед, вниз по пологому заснеженному склону.

Амалия что-то крикнула мне, но я не услышала. Маски обернулись на звук двигателя. Один из них запоздало отскочил в сторону, а вот Сиреневый опоздал.

Его «глаза-крестики» с дурацкой улыбочкой, мелькнули перед глазами. Он не выронил топор, но инстинктивно закрылся руками.

Я закричала от страха, перед тем, что собиралась сделать… Но не смела затормозить.

Мгновение, ярчайший свет фар поглощает фигуру убийцы. Миг, звучит тяжелый глухой удар и тело убийцы в сиреневой маске с грохотом перелетает через капот и крышу внедорожника.

— Ты его сбила! — воскликнула сидящая рядом Амалия.


Я не слушала. Круто развернув внедорожник, я быстро сдала назад. Зелёный оказался рядом и швырнул топор, я крутанула руль.

Вращающийся в воздухе топор с лязгом и звоном отбил левое боковое зеркало машины, рассеяв по окну возле меня россыпь мелких кровавых брызг.

Я снова надавила на газ, направляя автомобиль на Зелёного.

Тот, как будто даже испугавшись, попятился назад, запнулся обо что-то и упав, покатился вниз по склону пологой горы.

Я увидела, как его скатывающееся по снегу тело врезалось сначала в одно дерево, а затем в другое.

Меня лихорадило, трясло и все тело поглощал нервный жар накаляющегося напряжения.

— Ты совсем безумная! Ты знаешь, да?! — воскликнула потрясенная Амалия.

Я молчала. Я давно не была так хладнокровна и сосредоточенна, как сейчас.

Круто и резко выкрутив руль, эффектно разбрасывая снег вокруг, я затормозила рядом с Анжеликой и лежащем в снегу парнем.

Я нажала кнопку автоматического открытия багажника, и задняя дверца внедорожника плавно приподнялась.

— Забирайтесь! Живо! — закричала я.

Ехать в багажнике — не комильфо, я знаю, но зато забраться туда с парнем-инвалидом быстрее, чем разместиться на заднем сидении.

— Он ранен! — со слезами на глазах и истеричным ужасом в голосе, крикнула нам Анжелика.

— Чёрт… — я отстегнула ремень, но тут мне на руку упала ладонь Амалии.

— Сиди, я сама помогу им! А ты будь за рулём… Сил у меня побольше, чем у тебя и я покрепче буду, а водить, как ты, синеглазая, не умею.

Амалия быстро выбралась из автомобиля и ринулась к Анжелике.

Вдвоем они помогли парню подняться.

Я увидела, как он, морщась и кривясь, зажимал правой рукой предплечье. Судя по обилию крови на одежде и на пальцах правой руки ранение было глубоким и серьёзным.

Поддерживая парня с двух сторон, Амалия и Анжелика повели его к багажнику.

Я плавно, очень осторожно стала сдавать назад, приближая открытый багажник к раненному юноше.

Я не поняла, как и когда за спинами Амалии и Анжелики появилась грузная фигура убийцы в сиреневой маске.

Маска у него была сильно разбита и под ней обнаружилось окровавленное лицо мужчины средних лет.

В красном свете задних фар, весь в крови и ссадинах, в разорванной одежде он выглядел так, словно выбрался с Того света.

Он ринулся к Амалии и Анжелике. Они не видели его.

— Сза-ади!!! — истерично заорала я, что было сил.

Все трое обернулись. Амалия подхватила с земли палку, но Сиреневый, оказавшись рядом, выхватил её и взмахом толстой, как бревно руки, оттолкнул женщину. Так улетела в сугроб, словно был двухкилограммовым котенком.

Анжелика обмерла на месте, не в силах пошевелиться. Пребывая в совершенном ступоре, она, приоткрыв рот, глядела в глаза своей смерти.

Я бы могла сбить Сиреневого ещё раз, резко сдав назад, но мне мешали Анжелика с её спутником.

Я ругаясь по-польски, выбралась из автомобиля. Я видела, где Стас хранил оружие в машине — там был тайник под задним сиденьем. И кроме автомата, там были и два запасных пистолета.

Корнилов всегда был не только следователем и гениальным сыщиком, а ещё сержантом морской пехоты России (во время срочной службы). А бывших морпехов РФ не бывает априори.

В тайнике было два пистолета, я схватила один из них. Драгоценные секунды ушли на то, чтобы найти и снять предохранитель.

Я ощущала пробирающий меня от затылка до пят, электризующий шквал противоречивых чувств — я собираюсь стрелять в человека! Более того — я собираюсь его убить! Я должна это сделать! У меня нет выбора! И времени на дихотомию в моральных принципах тоже!

Сиреневый был уже рядом с Анжеликой и раненным парнем.

Время, мир и мироздания разбились и рассыпались на сотни долей миллисекунд.

Я видела, что не успеваю выстрелить — Сиреневый замахнулся своим жутким топором.

Анжелика жмурясь, пятиться, спотыкается и падает в снег. Парень, опираясь из последних сил на корпус автомобиля, отталкивается и повисает на руке у Сиреневого.

Тот рычит ругательства. Коротко и тускло сверкнуло лезвие топора.

Мы с Анжеликой закричали одновременно, я с усилием нажала на спусковой крючок пистолета. Грянул выстрел, затем ещё два быстрых и ещё три — я одержимая истеричным и яростным порывом нажимала на спусковой крючок.