Неоновые росчерки

— Да ну их нах!.. — крикнул один из парней, и они все вчетвером поспешили в ближайший подъезд, чтобы согреться.

— Эй! Вы куда?! — крикнула им вслед Дана. — Я вам за что плачу?!

— Да пошла ты!.. — последовал ответ, и компания замерзающих парней гурьбой умчалась в поисках спасительного тепла.

Дана в смятении посмотрела им вслед, затем перевела взгляд на меня, и лицо её вытянулось.

В следующий миг она развернулась и бросилась следом за отморозками, которых наняла.

Я с усмешкой посмотрела ей вслед и медленно задрала голову вверх. Серые небеса смотрели мне в лицо и дышали живительным морозным воздухом. Мне на щеки мягким холодным прикосновением упали несколько снежинок.

Удивительно, но почему-то я ни капли замерзала. Я чувствовала, что температура воздуха упала градусов на десять-двенадцать, если не больше. Но я не чувствовала мерзлоты, меня не трясло от холода, мне не хотелось в тепло. Мне было совсем не холодно! Напротив, мне стало как-то противоестественно легко, комфортно и хорошо! Рядом со мной тоненько и звонко чихнула Лада.

Я опустила взгляд, малышка тоже ежась от мороза ещё сильнее жалась ко мне.

Я быстро расстегнула свою косуху и накинула девочке не плечи.

Лада с благодарностью закухлилась в мою куртку, которая на ней смотрелась маленьким полупальто, и обеспокоенно посмотрела на меня.

— Ника… а как же ты?

— Не переживай, — улыбнулась я и посмотрела на кружащие над нами плавные вихри снежинок, — я точно не замёрзну.

Откуда это я знала… Нет! Я чувствовала.

Я медленно огляделась.

Снег шел повсюду. Все улицы вокруг засыпало внезапно обрушившимся на столицу бурным снегопадом. В небесах не было и намека на солнце. Блекло-серые зимние тучи, сплошным непроницаемым покровом затянули собой небо над столицей.

Я увидела спешащих и даже бегущих по улицам людей. Нежданный снегопад застал врасплох многих прохожих, большинство из которых были одеты в ветровки, кожанки или вовсе в тонкие джинсовки. Никто не ожидал, что погода может перемениться столь радикальным и резким способом.

Я никак не могла объяснить это, но откуда-то я знала, что этот снег, эта внезапно нагрянувшая зима… всё это как-то связано с тем внезапном приливом пульсирующей внутри меня силы, которую я почувствовала в момент опасности. Всё это как связано со мной.

От этой мысли, глядя на разразившейся снегопад, становилось жутковато. Чувство необъяснимого щекотало сознание сумбурными пугающими догадками.

***

На машине Uber я отвезла Ладу домой и еле-еле смогла отговориться от обеда, на который меня очень настойчиво приглашала Беатриса Константиновна, мать Лера и Лады.

На той же машине я доехала домой.

Подъезжая к родной мастерской моего дяди Сигизмунда, я увидела незнакомые автомобили у ворот.

Сиреневого цвета Rolls-Roys Phantom и два чёрных «Геллика». Я заметила на автомобилях чужие, не московские номера. Вроде бы эти машины были из Владимира, если верить значениям их номеров.

Ощущая отчетливое не хорошее предчувствие, я вышла из машины и направилась к воротам. Зайдя на территорию дядиной мастерской, я увидела нескольких мужчин в куртках и пальто, которые чадили сигаретами и поглядывали в сторону работников автосервиса «Пит-Стоп-Старт».

— Девушка, у вас есть планы на сегодняшний вечер? — прозвучал шутливый вопрос от одного из иногородних гостей.

Я бросила взгляд в их сторону, многие из них с любопытством оглядели меня с ног до головы. Я испытала пренеприятнейшее чувство, как будто оценивающие взгляды нескольких пар мужских глаз могли забраться ко мне под одежду и потрогать меня, везде где им вздумается. Меня передёрнуло.

Я ускорила шаг и зашла внутрь. В мастерской кипела работа.

Я поднялась на третий этаж, где находилась моя комната, кабинет дяди Сигизмуна и ванная комната.

Оставив сумку с вещами в комнате, я направилась в кабинет к дяди и тут же услышала чей-то громкий требовательный и хамоватый голос:

— Хватит, Сигизмунд! Мы оба знаем, что ты у меня в долгу! Когда ты возил кокс с Востока и попался ментам под Саратовом именно я тогда тебя и твою братву вытащил, после разборок! Забыл?

— Я ничего не забываю, Гудзевич…

Я так и замерла на полпути к дядином кабинету. Меня немедленно пробрал и охватил ужас.

Гудзевич?! Тот… Тот самый Гудзевич, от которого Стас спасал Диану Злотникову два месяца назад?! Что… Что он делает в нашем доме?! Что у него могут быть за дела с моим дядей?!!

— Тогда ты помнишь, что пообещала вернуть должок, когда бы я не пришел за ним, — услышала я неприятный, немного зудящий и ехидный мужской голос. мТы тогда отомстил за своих, Сига. Помнишь? И я тебя отмазал от местных ментов, иначе тебя с твоими друганами лет на двадцать закрыли бы, за то, что вы там натворили! Менты ты такого не прощают, ты это отлично знаешь.

— Тогда почему ты требуешь от меня, чтобы я помог тебе отомстить менту?



— Это другое, ***ть! — вскричал Гудзевич. — Я же тебе объяснил! Этот подонок покрошил моих людей и не дал мне отомстить за сына! И теперь я хочу отомстить! Я имею полное право получить расплату с этого, козла! С этого вездесущего подполковника Корнилова, чтоб его поездом переехало!..




— Не повышай голос в моем доме, Гудзевич! — рыкнул мой дядя.

— Виноват, — буркнул Гудзевич, — но и ты согласись: ты мне должен!

Затаив дыхание и млея от ужаса, не смея верить в услышанное, я боялась пошевелиться.

— Ладно, — наконец тяжело произнес дядя Сигизмунд. — И что ты хочешь, Гудзевич? Что именно?

— Я слышал, — медленно и зловеще проговорил Гудезевич, — у него есть красавица-жена и дочка, ровесница, твоей племянницы. Я хочу их, Сига. Хочу, чтобы ты доставил их мне.

Я ощущала глухие и частые удары сердца и как пульсирующий пекущий жар от накатывающего ужаса, пропитывает мое тело.

Я не могла, не хотела верить, в то что слышу. Но я тщательно вслушиваясь, с надеждой и мысленной мольбой ждала ответа моего дяди.

Он медлил. Но, наконец, ответил, прочно и наглухо похоронив мои надежды.

Я зажала себе рот от ужаса и зажмурилась.

Мир вокруг меня в который раз изменился. Только теперь это сделал мой дядя.





Эпизод третий. "Последний шанс"





АНЖЕЛИКА КОРФ



Воскресение, 22 марта



Как прекрасен сон, в котором сбываются все наши мечты. Ну, или хотя бы часть из них.

Как раз в таком замечательном сновидении, воплощающем пару самых сокровенных желаний, пребывала молодая журналистка-стажер, Анжелика Корф. Однако, наслаждаться поездкой на кабриолете в компании её бывшего однокурсника девушке оставалось недолго.

Беспощадный и раздражительно громкий звонок телефона вырвал Анжелику из приторно-сладких грёз в суровую будничную реальность.

Анжелика подхватилась, как ужаленная, сонная и взлохмаченная, порывисто завертела головой из стороны в сторону.

Она пыталась определить откуда раздается звук звонка её мобильного. А поскольку её комната пребывала в состоянии перманентного бардака, найти здесь даже громко орущий телефон было нелегким делом.

Вскочив с постели, босиком в трусах и помятой футболке, девушка принялась поспешно метаться по комнате. Она перекладывала с места на место разбросанные повсюду вещи и торопливо переставляла стопки распечаток. Чертыхаясь себе под нос, девушка заглянула под кресло, на спинке которого с прошлых выходных висело взятое у подруги платье для одного важного вечера, где она собиралась взять интервью у парочки столичных ведущих.

На вечер её не пустили, посчитав «не достаточно компетентной», а платье она так до сих пор и не вернула.

Телефон продолжал надрываться, а Анжелика, спешно приглаживая руками всклокоченные со сна волосы, лихорадочно пыталась понять, где может прятаться коварный гаджет. Но тут звонок прекратился и Анжелика, запрокинув голову, страдальчески застонала. Потому что, судя по мелодии звонка, «Имперский марш» из «Звездных воинов», звонил её непосредственный начальник, заместитель главного редактора газеты «Московский корреспондент». И ей непременно попадёт за то, что она посмела не взять трубку… даже если это семь пятнадцать, в воскресение.

— Чёрт, — выдохнула Анжелика.

В последнее время её жизнь чередовалась чёрными и… серыми полосами, разной степени насыщенности.

Она запорола уже четыре статьи и ей грозило увольнение, за неуплату штрафов у неё забрали её дряхлый Пежо 206, она просрочила оплату за универ и за квартиру, два дня назад безнадёжно сломались каблуки у единственной приличной пары туфлей, она залила чаем ноутбук и, фан-фары, позавчера её взяли на «гоп-стоп», отобрав фотокамеру, кошелек и давно подаренный родителями кулончик с жемчужиной.

Анжелике иногда казалось, что если бы её судьба имела человеческое олицетворение, то она была бы зловредной, склочной и противной старухой с гаденькой улыбочкой и ехидным скрипучим смехом.

Анжелика подошла к тапкам, рассеяно прикрывая зевоту, девушка просунула левую ногу в тапок и попыталась вдеть правую, но тут же наткнулась пальцами на что-то твердое. Нагнувшись, она подняла правый тапок и из него на ковер с глухим стуком вывалился древний смартфон.

— Да блин! Ну вот и как ты тут вообще мог оказаться!

Досадую на собственную рассеянность, Анжелика торопливо сняла блокировку телефона, увидела пропущенный от шефа и тут же набрала в ответ.

— Ко-орф! — без приветствия, привычно протянул заместитель главного редактора. — Что я говорил о необходимости быть на связи двадцать четыре на семь?

И не дожидаясь ответа добавил свое ехидное и вкрадчивое фирменное: