Навеки твой

– А вы уверены, что сделали все, чтобы подобных разговоров не было? – Обычно я всегда думаю, прежде чем говорить, однако меня настолько вывела из себя эта самоуверенная старуха, что неимоверно захотелось поставить ее на место. – Как насчет забав высшего света и опасности, подстерегающей нас на каждом шагу? Не желаете рассказать подробней, леди Байлен?

Наяна ахнула и тут же прикрыла рот рукой. Таис побледнела и покачала головой, словно просила извиниться перед леди и замолчать.

Хватит, домолчались. Неизвестно, что ждет нас сегодня и сумеем ли мы выпутаться из лап очередного паука.

– После бала вас будет ждать келья, леди Алиса, – отчеканила директриса и отвернулась к окну.

В келью обычно сажали провинившихся. Там не было кровати или стула. Маленькое окошко с решетками и дверь, запирающаяся на массивный засов. Здесь девушки должны были молиться Светлоокой Альири – заступнице женщин. Таковым было наказание. Бессонная ночь, проведенная в молитвах.

«Выйду замуж, первым делом отправлю эту старую жабу в монастырь», – пронеслось в голове. Благо причастность к императорской семье мне это позволит. Единственный плюс в предстоящем замужестве – власть. Главное, не дать Алексу запугать себя, иначе уничтожит.

– Не думаю, что после бала буду в состоянии молиться.

Я смотрела на леди Байлен и впервые за долгое время бросала ей вызов. Была ли я права? Отчасти. Но внутри росла уверенность, что она ничего не сможет мне сделать. В том числе наказать. Полгода, всего полгода, которые пройдут в празднествах и разъездах. Даже экзамены уже сданы.

Наши так называемые занятия, проходившие днем, всего лишь дань нашим будущим мужьям: повторение основ ведения хозяйства, управления слугами в доме и, конечно, прилежание в исполнении супружеских обязанностей.

– Не вам примерять корону, леди Алиса, – холодно бросила директриса, – эта роль не для такой, как вы, а посему… – женщина щелкнула пальцами, и мои губы тут же онемели, – будьте любезны помолчать. Капризничать станете при муже, хотя не советую.

На ее лице расползлась мерзкая улыбка. Ну конечно, она знала, за кого меня выдадут замуж! Знала и то, что церемониться со мной Алекс не станет.

– Еще раз примените ко мне магию, и, клянусь Светлоокой Альири, я ударю магией в ответ. – Губы покалывало: снимать чары этой недофеи – сомнительное удовольствие.

Никто из пансиона не имел права применять к нам свои магические умения. Исключение – занятия, где использование магии было необходимо. И конечно лекарское крыло. В остальном же… прознай об этом наши родители, и пансион лишился бы львиной части дохода.

Леди Байлен побледнела. Ощутить на себе прелесть ментальной магии ей точно не хотелось. А учитывая, что я могу влезть в ее мозги и как следует там набедокурить, ее страх мне понятен. К примеру, стереть часть памяти или заставить забыть такие важные способности, как говорить, читать, есть, одеваться… Слабоумной стать она вряд ли желала.

– Высокомерная девчонка, – выплюнула она. – Помяни мое слово, очень скоро тебе укоротят длинный язык и обуздают дикарский нрав!

Наяна вцепилась в мою руку, умоляя не продолжать спор. Да мне и не хотелось. Складывалось впечатление, что директриса знает больше, чем я предполагала. Словно существовало что-то еще, о чем я не догадывалась. И от этого становилось еще гадостней.

Таис о чем-то сосредоточенно думала. Ее лоб то и дело покрывался морщинками, так сильно она хмурилась. Но, как и Наяна, предпочла пока молчать. Тем более мы давно ехали по оживленной дороге, заполненной каретами, спешащими к дворцу.

Всего десять минут в угнетающей обстановке, и мы наконец оказались на месте.

Первой покинуть карету не получилось. Леди Байлен заставила выйти подруг, а затем развернулась ко мне:

– Таким, как ты, не место среди нас, тебя терпели ради заслуг отца. И принц быстро станет вдовцом, – победоносно заявила она.

– Или я вдовой, – сжав кулаки, не разорвала зрительного контакта, – впрочем, передам ваши слова отцу, думаю, он с удовольствием заглянет в вашу голову.

Дверь открыл лакей, и я подала ему руку.

Что ж, игра началась. Приветливая улыбка станет моей опорой на сегодняшнем балу. Да и не только моей. Все дебютантки будут скрывать истинные эмоции за приветливостью и кротостью.

Как и вчера, нас провели в специальную комнату, где мы скинули теплые плащи и переобулись в изящные туфельки. И только потом в сопровождении лакея отправились в Янтарный бальный зал. По слухам, он был любимым у ее императорского величества.

– Алиса, возьми себя в руки, – прошептала Сицилла в затылок и коснулась моего плеча, – ты словно с мертвяком обнималась.

– Можно и так сказать, – буркнула в ответ и расслабленно выдохнула.

Обо всем, что случилось в карете, подумаю позже. Сейчас нельзя отвлекаться, это может стоить чести.

– На нас все смотрят, улыбайся, – Арабель вторила Сицилле, и я подчинилась их просьбам.

– Отлично, – бросив на меня мимолетный взгляд, заявила Таис, – девочки, будьте начеку и в крайнем случае используйте магический вестник. Мы придем друг другу на помощь.

– Надеюсь, он нам не понадобится, – едва слышно выдохнула Наяна.

– Мы вместе и обязательно справимся. – Я верила в это.

Я вновь оказалась в кругу своей семьи, на сей раз присутствовал и Кортин. Интересно, этот хлыщ тоже делал ставки на нас? И главное, на свою невесту?

– Милая сестра, ты обворожительна, – громко сообщил он, а склонившись к моему уху, добавил: – Жаба и та краше.

– А ты не меняешься, – так же тихо ответила ему, – и я невероятно рада видеть тебя после столь долгой разлуки.

– Императорская семья, – прошипела леди Элис, и мы тут же склонились в поклоне.

Пока они шли, я прокручивала в голове слова директрисы. Неспроста она их сказала. Да и явно знала что-то гадкое об Алексе. То, что вдова Байлен влиятельная фигура в столице, не вызывает сомнений. Все-таки она заведует пансионом, где обучаются лишь высокородные леди. И в то же время ее власть имеет границы. Только в своей вотчине она царица и бог, а за ее пределами обязана подчиняться тем, кто выше по положению. Так какую игру она затеяла?

– Я вижу, дорогая дочь, тебе есть что мне сказать, – после того, как нам велели подняться, обронил отец, внимательно всматриваясь в мои глаза.


Ох и не нравился мне его взгляд! Я еще не решила, стоит ли делиться с ним своим разговором с директрисой. Это я вела себя неподобающе и спровоцировала хозяйку пансиона. За такое отец по голове не погладит.

– Стоит, – ураганом врываясь в мои мысли, непреклонно заявил он. – После представления императорской семье.

Что сказать… Страх перед отцом заглушил трепет перед императором. А если быть до конца откровенной – ужас.

Теперь я понимала, зачем монарх изменил традицию представления дебютанток. Я постоянно повторяла себе, что вчера глава государства предстал в ореоле идеального мужчины. Любящего и заботливого. Между ним и императрицей словно искры летели.

Это впечатление об увиденном танце я и прокручивала в голове, пока ожидала своей очереди. Наяна была первой, я – третьей. Подруга бледнела и кусала губы, не смея поднять глаза на правителей. Потом будет себя отвратительно чувствовать – как ни крути, а выдержка ей изменила. Я видела, как в конце разговора императрица успокаивающе улыбнулась Наяне, и та не сумела сдержать облегченного вздоха. Да, позже ей станет неимоверно стыдно.

Я нахмурилась. Мне бы очень не хотелось так выглядеть. Умом-то я понимала, что мой иррациональный страх имеет под собой реальные основания. Однако сейчас мне не грозило ничего, кроме забавы аристократов. Император не из тех, кто щадит врагов. Да и с оступившимися подданными жесток. Только на семью его карающая длань не опускалась.

Впрочем, может, женив Алекса на мне, государь тем самым наказывает его? Я ведь точно не во вкусе третьего принца, а с его желанием не посчитались. К тому же, несмотря на статус моего отца, я – дочь от любовницы.

– Кларисса, – шепнул на ухо братец. – Развратная штучка.

– Ты о ней? – удивилась я, глядя на дебютантку возле трона.

– Конечно, и даже знаю, кто откупорил это дорогостоящее вино, – хмыкнул Кортин. – Твой жених. Такой типаж он и предпочитает. Нежная малышка и умелая.

В горле застрял вопрос, откуда ему известны такие подробности.

– Что ж тогда он не женится на ней? – все же сорвалось против моей воли, прикусила язык, да поздно.

– Никто не может нарушить волю императора. Не удивлюсь, если в итоге Кларисса Астоун станет женой, а ты всего лишь эмани.

– В этом случае оскорбление нанесут моей семье, а не мне, – сладко сообщила я. – Любезный брат, вы все еще желаете помочь леди Клариссе?

– Как ты… – выдохнул он, но быстро взял себя в руки.

А я вспомнила, что мое замужество было решенным делом еще много лет назад. Следовательно, это не наказание Алекса, хотя он и старше меня лет на пятнадцать.

– Ты не моя семья.

– Правда? А для высшего света твое личное отношение ко мне веса не имеет. Я такая же наследница рода Миал, как и ты.

– Наследница? – прошипел он. – Да ты…

– Мне причитается не меньше, чем тебе и Лукасу. – Тихонько вздохнув, подошла вплотную к брату. – Кортин, нам не стоит воевать. Опозорить свой род и свое имя я не дам. Как бы ты ни желал, чтобы меня выкинули словно дворнягу. Ты навредишь не столько мне, сколько себе и семье. Подумай, ты не из тех, кто повинуется сиюминутному желанию.

– Сиюминутному? Десять лет – немалый срок, и упускать возможность… Вот что мне несвойственно.

– Идиот, – только и смогла ответить.

Кларисса с семьей пятились от трона. Судя по всему, знакомство прошло успешно. Будто из-под земли появился отец с леди Элис. Окинул холодным взглядом братца и нахмурился. Кортин подобрался.

«Неужели он до сих пор не научился ставить блоки?» – подумалось мне.

Но мои мысли вернулись к Астоун. Когда-то давно императору прочили дочь этого рода в жены. Древний род, почитаемый народом. Императрицей же стала чужестранка. Хуже того, девица родом из покоренного государства. Любовь зла. Однако мне не давала покоя дебютантка, лишившаяся невинности в объятиях Алекса. Она давно вхожа в высший свет. Все остальное фарс. Интересно, о чем думал лорд Астоун, подкладывая дочь известному своей любвеобильностью Алексу? Что младший принц не сумеет отказаться? Но он явно не предполагал, что Клариссе не стать его женой.

Я дала себе мысленный подзатыльник. Не о том думаю. Сейчас я не должна упасть лицом в грязь перед правящей четой. Я не стану мямлить и бледнеть. Выкажу уважение и буду вести себя достойно. Я не удивилась, что к императору присоединился Алекс, правда, не ожидала, что и жених Наяны составит ему компанию.

– Лорд Сайрион Миал с семьей, – объявили нас, и мы синхронно склонились. Я и леди Элис – в глубоких реверансах. Отец и Кортин – в поклонах.

Император молчал. Все хранили тишину. Разве что долетали шепот придворных и ненавязчивая музыка. Я всем своим существом чувствовала каждый взгляд, направленный на меня.

Заинтересованно-тяжелый, вызывающий панику – императора, так я определила этот взгляд. Похотливо-брезгливый – Алекса, и тени сомнения нет. Какой-то небрежно-поверхностный – императрицы. И скучающе-равнодушный – наследника.

– Поднимитесь, – сухо приказал император.

Медленно и легко, как обучали в пансионе, я поднялась и прямо посмотрела на венценосное семейство.

«Не может быть», – забилась тревожная мысль в голове.

Я ошиблась в том, кому принадлежали взгляды. Скучающим и равнодушным Тай Авраз не выглядел. Он смотрел на меня так, словно я была его любимым блюдом, которое тот не ел очень давно.

Неожиданно для себя сглотнула и с усилием перевела взор на лицо правителя, чуть ниже его глаз. Чтобы не решил, что я бросаю ему вызов.

– Леди Элис, вы обворожительны, – меньше всего я предполагала, что услышу комплимент от императрицы, – как и ваши дети.

Понятно, выходит, мачеха является предметом насмешек. Правда, я в этом не уверена. Голос императрицы не был злым или колючим. Может, она так подбадривала? Что-то вроде: «Ты достойно справилась с такой гадостью». Где «гадость» – конечно же я.

У меня внутри все переворачивалось от пристального внимания наследника. Что такого он увидел во мне? Неведомую зверушку? Так я среди знати не единственная, признанная отцом. Да, составляю меньшинство, но не являюсь исключением.

– Позвольте представить, мой сын Кортин и дочь Алиса.