Напряжение сходится

Будто наше соседство способно поколебать его точку зрения и переубедить. Хотя я так ничего ему и не ответил.

– Плохо, когда похищают родного человека, да? – спрашивала Инка, чуть опустившая спинку кресла, отчего голос ее слышался чуть позади – словно от правого плеча, где, по поверью, положено быть ангелу-хранителю.

Хотя бесу полагается обретаться на другом плече, но машина была леворульной.

Наследная принцесса могущественной семьи, способная легко сдать Черниговских родне, а еще через две недели, когда сойдут все клятвы, а караван с деньгами будет разграблен, пожаловаться отцу на меня лично. Цена жизни постороннего для Аймара – пустяк, не стоящий упоминания, а денег и влияния хватит, чтобы сделать существование практически любого человека весьма недолгим или долгим и невыносимым. Но для этого надо было уехать с Пашкой в Москву. Уехать и отказаться от конца истории – от приключения, которое манит, маскируясь за злостью и мечтой о мести. Тем более что с ее рангом никакой опасности не существует. Победить превосходящего врага ей не суждено, а вот чтобы сбежать с поля боя – возможностей более чем достаточно. Поэтому она шипит с соседнего кресла, стращая бедами, но отчаянно жаждет увидеть финал.

– Тяжко и отвратительно знать, что дорогое тебе существо отнял и скрывает какой-то мерзавец. Что с ней сейчас? Цела ли она телом и душой?

Ей тоже не досталось ни слова в ответ, равно как и жеста, мимики или даже движения глаз. А ведь Инке определенно хотелось любой реакции – видеть, как сминают жернова кармы мое спокойствие, выдавливая из бесчувственного человека хоть каплю раскаяния. Усовестить человека, которого не удается убить или пытать. Указать на горящий дом и объяснить гневом небес, действующим в ее интересах.

Но не сбылось, и на следующей пересадке ее место заняла Го Дейю.

– Когда уже край мира? – стонала китаянка, разминая икры ног и мучительно вглядываясь за силуэт фуры впереди нас.

Во время остановок она смотрелась пассажиром шхуны, высадившимся после шторма на остров – совершая неуверенные шаги по твердой земле на подгибающихся ногах, она всякий раз испытывала столько же счастья и любви к земной тверди, сколь и обреченного понимания, что путь придется продолжить.

Милая, кроткая Го Дейю, так демонстративно ворчавшая на себя за произнесенное собою же обещание поехать с нами дальше. Будто бы слово держит ее вместе с нами, не давая покинуть на пути к возможной гибели. Будто бы нет возможности вернуть слово, данное самой себе, и отправиться обратно в безопасную столицу. Где она вновь станет никем. Или хуже, чем никем – потому что друзей у нее не было и до того, а так во врагах окажутся и наши враги, и наши товарищи. Но там, впереди, есть общая беда и шанс на общую победу, за которую можно испросить награду. И самое время намекнуть на желаемое, чтобы позже услышать о размере платы.

– Мы скоро увидим великий океан, да?

– Мы еще и половину страны не проехали, – отозвался Артем с заднего ряда.

– Можно посмотреть карту?.. – мрачно уточнила Го, на секунду прекратив массаж.

– Бери телефон, – протянул ей Шуйский свой сотовый с включенным экраном и картой империи на нем.

– А почему княжество Борецких заштриховано? – через какое-то время, сдерживая любопытство, поинтересовалась китаянка.

– Княжество – на северо-западе. Ты на центр страны смотри.

– Я уже посмотрела, – отмахнулась Го Дейю, продолжая с интересом рассматривать довольно солидные владения вдоль Белого моря. – Так почему?

– Нет хозяина… – неохотно отозвался Шуйский.

– А как же Павел Викторович? – чуть ли не с возмущением отреагировала она.

– Если к концу года он вместе с княгиней появится на императорском приеме, то штриховку уберут.

– Но если нет?

– Значит, война, – рутинно ответил ей Артем. – Род посчитают мертвым. Влиятельные семьи станут припоминать родство с Борецкими во втором и третьем колене и заявлять права на эти земли. Может быть, княжество приберет себе император, но вряд ли.

Зачем ему ссориться со всеми ради заброшенной земли, если можно заработать гораздо больше на чужой войне…

– А почему княжество Шуйских круглое? – после некоторой паузы поинтересовалась она.

– Так вышло, – друг был немногословен.

– Дай посмотреть, – оживилась Инка.

– Кыш, – хлопнула по протянутой руке Дейю и перешла на страницу новостей. – Сегодня в восемнадцать – пресс-конференция клана Черниговских. Пишут, будет князь.

Позади коротко выдохнул Артем и, помешкав, все-таки аккуратно забрал смартфон и посмотрел новости сам.

Он хотел верить прессе. Откровенно говоря, этого желала и Аймара Инка. Го Дейю осталась спокойна, как и я сам.

Наверное, еще и от этой новости мое короткое «подъезжаем» было воспринято хоть и волной напряжения, но тут же схлынувшей и не застрявшей в горле комом неприятных предчувствий.

Целых три взгляда, с тревогой смотрящих в будущее – завороженно, подгоняя оставшиеся до неизбежного секунды разогнанным пульсом.

Город на горизонте возвышался над малоэтажным пригородом яркими свечками новых жилых массивов. Гораздо левее, не так бросаясь в глаза и сливаясь с низкими угрюмыми облаками, дымили трубами кажущиеся бесконечными заводские корпуса. Серые, огромные и мрачные на вид, именно они обеспечивали поток сверкающего серебра и золота в мраморные дворцы столицы, давали драгоценные камни для изящных украшений придворных красавиц и тяжелых перстней на холеных руках вельмож. Ветер нес дымы на нас, и на тонком снежном покрове, выпавшем с утра, оставалась серая угольная пыль – цвета заводских фасадов. Быть может, и они тоже когда-то были выкрашены красиво и ярко, но хозяева давно относились к городу как к старому и закоптившемуся котлу, чистить который, пока работает, нет никакой необходимости. А что дымит – так до столицы далеко…

Я моргнул «аварийками» и снизил скорость, перестраиваясь в правую полосу. Позади нас мой маневр повторил тяжелый черный «опель» с Федором. Его свита отразила ценнейшее умение круглосуточно сидеть за рулем – и спокойное выражение лица брата можно было регулярно наблюдать в зеркале заднего вида. Возвращаться домой он отказался, продолжая «ехать по своим делам», но исключительно рядом с нами. Нажаловаться на него некому, а полицию было жаль. Да и, к слову, не останавливали за весь путь ни нас, ни машину с Федором – две девушки и два парня, а также взрослый лысый мужчина с подростком на переднем сиденье не вызывали никаких подозрений. Или чутье у кого-то срабатывало…

Наша машина свернула в узкий заезд между многочисленными линиями кирпичных гаражей, выстроенных вдобавок к садовым участкам за металлическими сетками и дощатыми заборами, шедшими чуть дальше вдоль дороги. Ранее эти окраины предназначались для комфортного проживания купцов и вельмож, оттого планов по застройке заводами эти места избежали. Но и тихими укромными уголками им все равно не суждено было остаться – то ли старые владельцы разорились и распродались, то ли вошли в немилость и лишились подаренного. То ли Черниговские планомерно выселили всех потенциальных любопытствующих и сделали так, что ранее неделимые угодья оказались раздроблены на десятки прямоугольников земли с высокими заборами, а посреди них появилась неплохая дорога – правда, не с того направления, с которого прибыли мы, а со стороны аэропорта. Но проехать отсюда тоже было можно – и до дороги, и до нужной нам усадьбы.

– Это не то место… – напряженно отреагировал Артем на остановку перед очередной линией гаражей и заглушенный двигатель.

– Верно. Пойдем поздороваемся, – скользнул я по нему взглядом и первым выбрался на улицу.

Холодный ветер, продувающий вдоль длинной одноэтажной постройки с табличкой «шестая линия», заставил поежиться и запахнуть легкое серое пальто.

Середина буднего дня, пустовато вокруг – да и воду подают к садовым участкам только летом, оттого постоянно проживающих в округе почти нет. Разве что справа стоит одинокая красная «лада» возле закрытых гаражных ворот.


Сразу же хлопнули остальные двери – на покрытую щебнем грунтовку выбрался Артем, за ним Инка. Разумеется, и Дейю не отказалась от повода размять ноги.

Друг так и оставался в светлой кофте, игнорируя холод. Купленная им теплая одежда продолжала лежать в багажнике. Инка подняла молнию у легкой ветровки. Го куталась в Пашкино пальто, успешно ею не возвращенное – оно было велико девушке, но казалось, что длина рукавов, в которых прятались руки целиком, доставляла Дейю еще большее удовольствие, чем если была бы по размеру.

Я зашагал к линии боксов под номером семь – всего два десятка шагов, чтобы обогнуть крайний гараж перед нами и заглянуть за еще один, примкнутый к нему тылом.

Чтобы увидеть в тупике справа новенький фургон «скорой помощи» американского образца с красными линиями на белом фоне и надписью «AMBULANCE», а также удлиненный черный «роллс-ройс» с «лендровером» сопровождения. Сквозь тонированные стекла не различить людей, зато возле седана нервно прохаживался с сигаретой в руках княжич Мстиславский. Выглядел он словно после памятного вечера дуэли – элегантен даже в декорациях битого кирпича под ногами и больших ржавых замков на самодельных воротах гаражей. Разве что напряжение сковывало лицо, лишая знакомой невозмутимости.

Впрочем, завидев нас, княжич тут же отбросил сигарету. На лице его появилась дежурная улыбка, и он выпрямился, ожидая, пока мы подойдем и пожмем ему руку.

– Все по плану? – после короткого приветствия выдал он самый важный для себя вопрос.

– Разумеется, – уверил я его и попрощался кивком.

Рядом невозмутимо проделал то же самое Артем, выражая абсолютное спокойствие.

Даже Аймара с Го смотрели на нашу короткую беседу с вежливой отстраненностью и не подходя ближе. Они были княжичу не представлены, оттого удостоились короткого: «Дамы…» – и ответили милостивым наклоном головы.

Разве что Аймара еще приветливо улыбнулась и поправила волосы, акцентируя внимание на своем лице. Но, увы, камеры, которые снимали произошедшую попытку похищения, показанную по телевидению, отчего-то изрядно искажали цветность, потому героиня телеканалов была золотоволосой, а вовсе не рыжей. Разыскиваемая же Аймара Инка, как все знают, вообще брюнетка. В общем, Мстиславский Инке, после скользнувшего по ней равнодушного взгляда, резко разонравился.

Мы степенно удалились.

И только после того, как повернули обратно на шестую линию, Артем схватил меня за плечо и еле удержался от того, чтобы не развернуть к себе лицом.

– Что Мстиславский делает за гаражами? – напряженно вопросил Шуйский, не повышая голоса.

– Курит, – освободил я себя движением плеча и продолжил движение к автомобилю.

Артем тихо рыкнул, но вопрос все-таки переформулировал:

– Его отец вообще знает, что он тут?

– Слушай, ну он взрослый человек, потому сам решает, что делать со своим здоровьем.

– Его же убьет «виртуоз»!

– Хорошая надпись для пачки сигарет. Я бы точно даже пробовать не стал.

Акцентировать его внимание на довольно опасном для него допущении я не стал.

– Прекрати и объяснись, – заступил Артем дорогу.

– Он не будет участвовать, – сухо пояснил я. – «Скорую» видел? Это для эвакуации. Все просчитано.

Краем глаза отметил, как Инка тормошит Го Дейю с требованием ей переводить. А Го Дейю делала вид, что подцепила ботинком что-то жуткое и безнадежно пыталась оттереть это об осколок белого кирпича. Ну и уши грела, разумеется.

– Почему Мстиславские? – продолжал хмуриться Артем.

Тут скорее должно было быть: «Почему не Шуйские?» – но он наверняка сам знал ответ: их приготовления отслеживались бы в первую очередь.

– Надо продолжать знакомство, – пожал я плечами и обошел товарища справа.

Княжич просил передать привет отцу. Я передал и отзвонился. Да, подразумевал другого отца – однако в качестве повода для беседы этого оказалось достаточно.

– А кто это? – не удержалась Инка и спросила по-английски.

– Успела забыть? Вечер, улица, фонарь, медведь. Бессмысленно избитый куст…

– Я имею в виду имя, – нетерпеливо перебила Аймара.

Вторая встреча уже явно заинтересовала – раньше личность посредника ее не трогала. Да и обстоятельства изменились.

– Мстиславский Иван Семенович, второй сын главы клана. Мстить не рекомендую, перешибут, – отметил на всякий случай, занимая водительское место и захлопывая дверь.

Разве что Федору махнул, что все в порядке, но он из машины так и не вышел.

– И чем таким знаменит этот род? – недовольно уточнила Инка, забираясь на заднее сиденье.

– Тем же, что и Шуйские, – кивнул я на севшего рядом Артема, – вставляют пластиковые окна в зубы. Оптом. Международный бизнес.

– Обращайтесь, – холодно отметил Шуйский.

– И он вам поможет? – задумчиво произнесла Аймара.