Напряжение сходится

– Потому что тебя оттуда только что отчислили, и так не получится, – вздохнул я. – И подними меня уже, наконец!

– Ладно, – неохотно согласилась Ника. – Только развязывать пока не стану.

В итоге вытянула она меня на тот самый бортик крыши, оказавшийся довольно широким, и расположила на самом краю. Даже петлю на ногах ослабила и помогла сесть.

Я проследил путь каната по крыше и на некоторое время завис в прострации, обнаружив его конец завязанным бантиком на хиленькой телевизионной антенне.

– В общем, на робототехнику тебя устрою. К себе, – рублеными фразами произнес ей.

– А почему туда? – ворохнулась беспокойством Ника, предусмотрительно отсевшая так, чтобы я мог ее видеть. Ну и сбежать от меня, если что.

– Да там несложно все. Фаза находится максимум с двух попыток.

Потому что током будем лечить эту сумасшедшую.

– Ну, если только на семестр… – задумалась она. – Тем более пациент рядом…

Это еще мы посмотрим, кто из нас пациент.

– Как я вообще сюда попал? – повел я шеей, разминая.

Вместе с некоторой тенью стабильности явились неприятные ощущения по всему телу, удостоверяющие, что это все не продолжение сна.

– Так ведь стакан в раковине, – с довольством и радостью качнула Ника головой.

– Я ж его мыл, – хмуро глянул в ее сторону.

– Вот именно! На стенки стакана нанесено особое вещество в виде прозрачной пленки, а там и реакция гидратации в присутствии катализатора с выделением газа. Я знала, что ты не удержишься и помоешь стакан! Окна закрыты, вентиляцию я заглушила. Осталось только подождать, – похлопала она ресницами.

Значит, какая-то новая отрава, от которой защита не спасла. Скверно.

– А на фотографии что нанесла?

– А фотографии – не твое дело! – вспыхнула она алым цветом. – Это мои личные вещи и было хамством в них заглядывать!

– Хочешь сказать, не специально оставила? – Я был мрачен и подозрителен.

– Нет! Тем более какая тебе до них разница… – повернулась она горделиво вбок, стараясь незаметно коситься в мою сторону и отслеживать реакцию.

– Манекен верни.

– Нет.

– Ладно, – вздохнул я, посмотрев на город.

Так – когда все на своих местах, а не вниз головой – действительно гораздо лучше. Вон и шпиль здания Министерства иностранных дел теперь виден. Красота.

– Верну за выкуп.

– Так плохо с деньгами? – повернулся снова к ней.

– Прошу не путать меркантильность с семейной традицией!

Ну и семейка… А впрочем, если рассматривать любую неприятность с точки зрения возможной выгоды…

– Ладно… Есть для тебя работа. Оплата сдельная, хорошая. Долги закроешь, на жизнь даже останется.

– Лечить кого-то? – осторожно уточнила Ника.

– Копать.

– Прости, что?..

– Ну, твой дар обращать все вокруг в песок. Ему же все равно, какое добро переводить? Тот же грунт, например.

– Сила Крови – это секрет, который недопустимо использовать в мирской жизни!

– Но деньги нужны? – уточнил я.

– Нужны, – с грустью признала Ника.

– Так вот, – продолжил я. – Мм… Может, хоть мешок с плеч снимешь?


– Не отвлекайся.

– Надо прокопать тоннель. Вниз метров на шесть. Потом прямо: думаю, метров сто. И наверх по маяку.

– Я сокровищницы грабить не стану, – категорично отозвалась девушка.

– Это не сокровищница! – возмутился я. – И не грабить, а позаимствовать. Вернем даже лучше, чем было!

– Тогда что это?

– Музей, – вынужденно признался я.

– Подумать только! Предложить такое мне, честному человеку! – возмутилась она в голос.

– Ладно, я пошел, – поморщившись от звуковой волны и стряхнув с лодыжек канат, передвинулся я обратно к краю бортика.

Раз уж никакого толку, то и делать мне тут больше нечего.

– Куда?! – вскинулась Ника.

– Да у меня в пуговицах артефакт от падения, – перекинув ноги на улицу, успокоил я девушку и прицелился к удобному зеленому пятачку внизу.

Так все равно быстрее. Во всяком случае, лучше, чем эта беседа и утренняя встреча целиком. Еще я на учебу опаздываю, а как наказать – придумаю потом, с оглядкой на ее губительный талант. В общем, полетели.

– Так я ведь тебя переодела! – воскликнула Ника за момент до того, как я оттолкнулся.

– В-во что?.. – Напрягшись, я замер на краю бортика, который внезапно показался очень скользким и будто бы даже с наклоном в сторону улицы.

– В чистое, – смутилась Ника.

Я медленно повернул к ней голову.

– Ну, я пока несла тебя по чердакам, твоя одежда сильно испачкалась, и…

– И нижнее белье тоже? – перебил я ее.

– Нет! – возмутилась она через смущение.

– Тогда ладно, – и расслабился.

Последняя граница защиты, значит, работала и от падения могла спасти.

– А вот эти пуговицы… Ну, на нижнем белье, они у тебя каждый раз новые?

– Перешиваю, – неохотно уточнил я. – Они же дорогие. А что?

– Но ведь ты перезаряжал их после прошлого падения? Ну, со второго этажа у тебя дома… – с надеждой уточнил ее голос, – головой вниз…

– Ника… – произнес я пересохшим горлом и прикрыл глаза.

Потому что высота впервые стала пугать.

– Ау?

– Ты не могла бы осторожно взять меня за плечи и помочь перебраться обратно на крышу?

– Конечно-конечно! – покладисто отозвалась она.

В общем, через минуту стоял на кровле даже без мешка на плечах и полностью развязанный. Внутри до сих пор потряхивало.

Я бы, конечно, артефакт перезарядил. Если бы вообще знал про то падение! И сестры – легкомысленные создания – тоже не догадались намекнуть…

Рядом держалась Ника, виновато заглядывая из-за плеча мне в глаза.

– Время? – уточнил у нее сухо.

– Восемь двадцать! – бодро отрапортовала девушка, возвращая мне мой же мобильный телефон, мои же часы, деньги и даже – лист бумаги с записанными кандидатурами на похищение.

Только с листиком вышла заминка – передали-то его мне, но из собственных рук выпускать не торопились.

– Максим, а вот эта Аня – она красивая? – как-то неестественно равнодушно спросила Ника. – И вот эти Яна, Катя, Кира, Юля…

Аня – это Анды. Потом зашифрованные Япония, Куба, Китай…

– Понятия не имею.