На улице нашей любви

* * *


На столе у доктора Причард сегодня стояли цветы. Я улыбнулась. Мой совет не пропал даром.

— Вы пошли на ложь, чтобы не проводить время в обществе Брэдена?

Я сморщила нос, мысленно проклиная Райан за ее настойчивость.

— Да.

— Когда на прошлой беседе я спросила, влечет ли вас к Брэдену, вы сказали, что вас к нему влекло. В прошедшем времени. Значит, вы говорили неправду?

Врала как сивый мерин.

— Возможно, я не разобралась в собственных чувствах.

— Значит, вас к нему по-прежнему влечет?

Вот пристала, зараза.

— Скажем так, никогда прежде я не испытывала такого сильного влечения к мужчине.

Доктор наградила меня одобрительной улыбкой:

— Прекрасно. Насколько я понимаю, он недвусмысленно дает понять, что вы ему интересны. Тем не менее вы его избегаете. Почему? Вы боитесь его, Джосс?

Ну что с ней делать? Придется сказать правду.

— Боюсь.

— Вы не хотите, чтобы между вами возникли серьезные отношения?

— Я, кажется, рассказывала вам о том, какого рода отношения были у меня с парнями. Или мой рассказ вас так смутил, что вы отключили слух?

— Джосс, мы говорим сейчас совсем о другом. Прежде всего, вы хорошо знакомы с Брэденом.

— И хочу, чтобы он оставался моим знакомым и никем другим.

— Но вы только что сказали, что вас к нему влечет. Что никогда раньше вы не испытывали ничего подобного. Когда вы говорите о нем, мне ясно, что он вам нравится. Попытайтесь разобраться в своих чувствах. По-моему, вы занимаетесь самообманом. Отказываетесь признаться самой себе, что хотите с ним сблизиться.

— Нет, не хочу. Мне это совершенно не нужно.

— Но почему, Джосс? Почему вы его боитесь?

— Не знаю, — буркнула я.

Этот дурацкий разговор так меня вымотал, словно я ворочала каменные глыбы. А все из-за этой настырной задницы Райан.

— Я точно знаю — отношения с Брэденом только осложнят мою жизнь.

— Джосс, давайте разберемся в причинах, которые заставляют вас его отталкивать.

О боже, как она меня достала. Похоже, я не просто натаскала камней, но и воздвигла из них непроницаемую стену между собой и доктором Причард.

— Я же сказала, это породит слишком много осложнений. В моей жизни. В его жизни. В жизни Элли.

Доктор с птичьим выражением склонила голову набок. Птичье выражение ей особенно удавалось.

— Джосс, невозможно заранее предугадать все осложнения. Может, вам лучше перестать рассчитывать на пятьдесят шагов вперед? Пусть события идут своим естественным ходом.

— В последний раз, когда я так поступила, я проснулась в чужой постели, без трусов, рядом с двумя незнакомыми парнями.

— К нашему разговору это абсолютно не имеет отношения. Вы совсем не та, какой были в то время. И Брэдена никак нельзя отнести к разряду незнакомых парней. Поймите, я вовсе не советую вам поступать против собственного желания. И в ситуации с Брэденом, и в любой другой. Все, что я могу вам порекомендовать, — меньше думайте о будущем. Не пытайтесь просчитать все заранее. Для начала попробуйте прожить всего несколько дней. А лучше — несколько недель. Понимаю, с непривычки вам будет тяжело. Но попытаться стоит.





* * *


Как и всегда в последние недели, по субботам я работала в «Клубе 39». Элли вернулась домой рано, где-то в обеденное время. После яств, поглощенных на пикнике, есть ей, разумеется, не хотелось, но она решила посидеть на кухне и поболтать со мной, пока я забрасывала в себя какую-то еду перед работой.

— Как дела у Райан? — спросила Элли, озабоченно наморщив лоб.


Я чуть не поперхнулась от стыда. Обманывая Брэдена, я не испытывала особых угрызений совести — в конце концов, он сам виноват. Если бы не его влекущий взгляд, сексуальная улыбка и накачанные мускулы, мне не пришлось бы пускать в ход вранье. Но, запудривая мозги Элли, такой наивной и доверчивой, я чувствовала себя преступницей.

К счастью, рот у меня был набит макаронами с сыром, что давало возможность отделаться нечленораздельным ответом. При этом я старалась не смотреть в глаза Элли, надеясь, что она поймет — я не желаю обсуждать эту тему.

Ответом мне было молчание. Я вскинула глаза и наткнулась на любопытный взгляд.

— Что? — судорожно сглотнула я.

Элли пожала плечами:

— Знаешь… когда Брэден отвозил меня домой, он сказал… в общем, ему показалось, ты подстроила этот звонок… для того, чтобы иметь повод уйти.

Какая он все-таки скотина!

То, что он совершенно прав, дела не меняет.

— А почему мне так захотелось уйти с пикника, он не объяснил?

Элли покачала головой:

— Так он прав?

— Твой проницательный братик попал пальцем в небо, — заявила я, старательно избегая взгляда Элли.

— Знаешь, по-моему, он вынашивает какие-то планы, — ничуть не обидевшись, заметила она.

— Какого рода?

— Ну, это предугадать невозможно, — вздохнула Элли и откинулась на спинку стула. — Просто я чувствую, он что-то замышляет. Я ведь знаю Брэдена как облупленного. И я вижу, он на тебя запал. То, что он не форсирует события, довольно странно. Но можно не сомневаться — сейчас он придумывает, как тебя завоевать.

Удивление мое было так велико, что скрывать его не имело смысла. Я уже не пыталась делать вид, что всецело поглощена едой.

— Он на меня запал? — спросила я, отложив вилку. — И что дальше?

— Поверь, я знать ничего не желаю о сексуальной жизни Брэдена. Честно говоря, меня тошнит от его приключений. Но я не могу стать слепой и глухой. И я знаю, он привык получать от жизни все, что хочет.

— Элли, а с чего ты взяла, что твой братец хочет именно меня? — фыркнула я. — Я вовсе не его любимый тип. Джоселин Батлер в фотомодели не годится.

— Ты шутишь, Джосс? — трогательно смутившись, спросила Элли.

— Насчет чего?

— Насчет себя. — Элли обвиняюще наставила на меня палец. — Ты прекрасно знаешь, что офигительно хороша и сексуальна. Конечно, ты не похожа на тех тощих жердин, с которыми обычно имеет дело Брэден. Но у тебя потрясающие глаза, чудный грудной голос и грудь, за которую я отдала бы полжизни. А это твое слегка надменное выражение, от него же с ума можно сойти! В сочетании с твоим чувством юмора оно убивает наповал. Ты — девушка с изюминкой, а парни сразу на это западают. И я не верю, что ты об этом не знаешь.

Я потрясенно молчала. Неужели есть человек, на которого я произвожу подобное впечатление? Не зная, как справиться со смущением, я вновь взяла в руки вилку и пробормотала:

— Ты мне льстишь.

Не глядя на Элли, я почувствовала, что она улыбается.

— Не веришь мне, погляди в зеркало.

Мне оставалось лишь пожать плечами. Элли молчала, и я осторожно взглянула на нее, пытаясь понять, серьезно ли она говорила.

— Может, Брэден и станет это отрицать, но он к тебе неровно дышит, Джосс, — заявила она, встретив мой взгляд. — Он без конца о тебе расспрашивает. Никогда раньше с ним ничего подобного не было. Можешь мне поверить, ведь я по его милости лишилась трех подруг, на которых он положил глаз. Конечно, я почти ничего ему про тебя не рассказываю…

Однако рассказала о моей семье, мысленно перебила я.

— Потому что и сама почти ничего о тебе не знаю. В результате его интерес к тебе только разгорается. А как я сказала, Брэден привык получать от жизни то, что хочет.

— Ну, его жизненные принципы меня совершенно не волнуют, — процедила я. — И я не собираюсь прыгать к нему в койку на том основании, что ему этого захотелось. Видишь ли, я тоже привыкла потакать собственным желаниям. И у меня нет ни малейшего желания тешить самолюбие твоего брата.

Элли, похоже, меня не слышала.

— В любом случае постарайся быть с ним помягче, хорошо? — вздохнула она. — Ему часто причиняли боль. И я не хочу, чтобы это повторилось.

У меня отвисла челюсть, а пальцы, державшие вилку, разжались, так что она со звоном упала на тарелку.

— Подожди. Ты что, боишься, что я причиню боль твоему маленькому нежному братику?

— Я знаю, ты хорошая, очень хорошая, — виновато улыбнулась Элли. — Но ты никому не доверяешь, и поэтому с тобой иногда бывает трудно. Особенно тем, кто к тебе привязан. А Брэден, если он привязан к человеку, хочет знать о нем все. Хочет защитить его от всех возможных неприятностей. Он требует к себе доверия. Таким уж он уродился, и изменить его нельзя. И если у вас возникнут отношения, ему тяжело будет смириться с твоей замкнутостью.

Большую часть этой тирады я пропустила мимо ушей. Фраза «ты никому не доверяешь, и поэтому с тобой трудно, особенно тем, кто к тебе привязан» так зацепила меня, что я просто не могла думать ни о чем другом.