На расстоянии любви

Ее прихода никто и не заметил вовсе — Борис делился с Трофимом пикантными подробностями прошедшей ночи. От комментариев тошнило. Соня не выдержала и покашляла:

— Я вам не помешала? Продолжайте, это же так по-мужски!.. Впрочем, о нас можно сказать хоть что-то, а о вас — ничего. Пустое место.

Парни замолчали и переглянулись.

— Сонь, да мы так, ради смеха.

Соня перевела взгляд на Трофима.

— От тебя я такого не ожидала — слушаешь гадости про подругу! Меня тоже будешь так вот обсуждать? Начинайте прямо сейчас, охота послушать, какая же я!

Борис смущенно потер затылок. Трофим переминался с ноги на ногу. С ним она поговорит потом на правах невесты. Кстати…

Она повернулась к Борису.

— Ты можешь поздравить нас: мы собираемся пожениться!

— Поздравляю, — произнес он со смехом. — Подарки дарить прямо сейчас?

— Не веришь? Спроси вот у него, — Соня кивнула на Трофима.

Теперь Борис не смеялся. Он переводил ошарашенный взгляд с Сони на Трофима и обратно.

— Вы не разыгрываете меня?

— Сегодня же не первое апреля! — обиделась Соня.

Почему все удивляются, что она выходит замуж? С ней что-то не так, она дурнушка или у нее три руки и четыре глаза?..

— Если это правда, поздравляю, конечно, — вяло поздравил Борис. — А как же институт?

Трофим обнял Соню за талию.

— Ничего, мы совместим.

— А получится? Вы что, решили поиграть в семью?

Какое разочарование! Чем больше Соня слушала Бориса, тем сильнее удивлялась, что считала себя влюбленной в него. А ведь рядом всегда был Троха — мягкий, обаятельный, нежный и принадлежащий только ей.

— Ничего, не волнуйся за нас! — Соня поцеловала Трофима и прижалась к его груди: — Если люди любят друг друга, то у них все получится. Чего и тебе желаем. Правда, Троша?

Трофим кивнул.

Разговор не клеился. Их четверка, еще вчера такая крепкая и дружная, рассыпалась по частям. Дружить в детстве, оказывается, легче, чем пронести дружбу во взрослую жизнь.

— Что же вы так долго таились, скрывали, что между вами что-то есть? — поинтересовался Борис.

— Разве? — как можно равнодушнее произнесла Соня. — Ты же сам сказал Ане, что из нас с Трофимом получится замечательная пара! Мы решили последовать вашему совету.

— Донесла? Вообще-то, я пошутил.

— А мы — нет.

Любовь увяла, как морковка на грядке без полива. Соня отвернулась от Бориса. Сейчас его присутствие только раздражало ее. Спас неловкую ситуацию Трофим.

— Сонь, сделай что-нибудь поесть. А то я проголодался…

Голодный мужчина для женщины — что шоколадка в блестящей упаковке. Соня помчалась на кухню, загремела посудой. У мамы Трофима, тети Вали, всегда было приготовлено что-то заранее. Открыв холодильник, Соня вытащила кастрюлю с супом и жаровню с макаронами и котлетами. Разогрела и отнесла ребятам в комнату. Сама возвращаться туда не стала, пусть поедят, поговорят без нее. Тема для разговора всегда найдется, о ней, к примеру. То Борька сам сватает ее Трофиму, то говорит, что просто пошутил. А шутка-то оказалась очень удачной!

Присев на подоконник, Соня предалась сладким воспоминаниям о ночи с Трофимом. Нет, днем тоже все получилось здорово, но не хватало ощущения первой нежности, первых взрослых прикосновений. Она не жалела ни о чем!

Трофим вышел во двор, набрал поленьев и подмигнул ей. Соня улыбнулась в ответ. Вот так иногда начинается семейная жизнь — неожиданно и удивительно.

За спиной послышался шорох занавески. Соня обернулась. Борис разглядывал ее так, словно никогда не видел.

— Ты что?

— Странно, — он привалился к косяку и опустил руки в карманы: — Мне всегда казалось, что я нравлюсь тебе.

Скажи он ей это вчера, растаяла бы, как снежная баба по весне, а сегодня в сердце ничего не дрогнуло совсем, не отозвалось. Разве что остатки сожаления о глупой мечте, которую она лелеяла слишком долго.

Борис ждал ответа, и Соня все-таки решилась сказать правду.

— А ты не ошибся.


— Что же случилось, почему ты до сих пор с ним, а не со мной?

— Разве тебе это было нужно? — удивилась она.

— Да!

— Ане ты говорил на пляже то же самое?

Возвращение Трофима избавило Бориса от необходимости придумывать ответ. Как показалось Соне, он даже с облегчением вздохнул.

Трофим присел у титана, сложил дрова. Соня рассматривала широкие плечи, вспоминая, как нежно обнимала и целовала их ночью. Искушение снова прикоснуться к ним было слишком велико. Но Борис мешался, как сорняк на грядке.

— Ладно, пойду я, пожалуй.

— Куда? — повернулся к нему Трофим. — Ты же хотел переночевать.

— Да вижу, что лишний я тут…

Однако уходить он не торопился, расселся на кухне и продолжил разглядывать Соню.

— Ты здорово загорела, — он коснулся пальцем ее руки. — Тебе идет.

Слова, за которые еще недавно она отдала бы последний вздох, показались ей приторно сладкими. Соня быстро отодвинула руку, потом вообще убрала ее.

— Ты собирался уходить. Хотя, по-моему, уже опоздал…

Соня выглянула в окно: по садовой дорожке шла Аня, и выражение ее лица говорило, что ничего хорошего для Бориса встреча с ней не сулит.

— Черт, и здесь достала!..

— Сигай через дымоход! — насмешливо предложила Соня. Испуг в глазах Борьки веселил.

Аня уже поднялась на крыльцо и заколотила кулаком в дверь:

— Троха, Борьку не видел?

Ответа дожидаться она не стала, вошла и сразу налетела на предмет поиска.

— Вот ты где! Прячешься от меня, трус?

— Была охота! — сплюнул тот. — Чего тебе надо? Чего ты за мной бегаешь по всей деревне?

— Ты обещал, что мы попозже поговорим!

— И? — Борис лениво покачивался с пятки на носок и обратно. — Что ты не поняла?

Аня наступала на него, сжимая кулачки.

— Когда наступит твое "попозже"? Мать выгнала меня из дома.

— Разве я в этом виноват?

Соня наблюдала за ними и пыталась отыскать крупицу ласки и привязанности друг к другу. Как им удавалось до сих пор оставаться вместе, если они чуть ли не ненавидят друг друга?

— Ты трус и подлец!

Борис в ответ криво усмехнулся:

— Подлец — потому что Троха женится на Соньке, а я на тебе — нет? Так Сонька заслуживает этого, а я у тебя был не первым!

— Врешь! Ты же знаешь, что первый…

Аня покраснела, словно ее выкупали в томатной пасте. Соне казалось, что она тоже сейчас начнет покрываться красными пятнами. Вот и Троха кивнул:

— Пошли в сад. Пусть они тут сами…

В саду было почти тихо и приятно, если бы не доносившаяся ссора Борьки с Аней. Дойдя до старой, кривой яблони, Трофим залез на нее, устроился в развилке и втянул за руки Соню. Она уютно разместилась у него на коленях, сорвала недозрелое яблоко, но, надкусив, бросила:

— Кислятина!

— Зато ты у меня сладкая!

Пальцы Трофима ловко поддели ворот платья, скользнули за него. Соня вся вспыхнула пламенем, однако тут же гневно ударила его по руке: из дома выскочил Борис и побежал по дорожке. Следом пулей вылетела Аня.