На пороге тьмы

– Поставим на реализацию что взяли, все деньги какие-то, – сказал он.

– Это без проблем, но СКС я себе оставлю, – сразу заявил я. – По мне он поглавней моего «американца» будет, особенно если до войны в поле дойдет. Да и вообще ничего бы пока сдавать не стал, мало ли как повернется? Даже табельный в оружейку не понесу, все можно дома хранить. Чего там от нас Милославский захочет – ты знаешь? Я – нет.

– Мда? – задумался Федька.

– Ага, именно так. Снайперку взяли, хотя снайпер из меня как из гавна пуля, автомат есть еще один, с которым по помещениям лазить можно, СКС… весь набор, в общем. Пусть будет, с деньгами напрягов нет же, а в цене оружие точно не потеряет. Что ты за пистоль со снайпера взял? – спросил я.

– «Вальтера» взял, – сказал Федька, потянувшись на заднее сиденье и взяв оттуда ремень с кобурой. – Вроде свежак, так все чистенько, – добавил он, вытащив черный блестящий пистолет из кобуры и осмотрев.

– Ну и пусть будет, точно ведь пригодится, – заключил я, после чего добавил: – Только завтра не хвастаемся, будем изображать сирот и требовать себе всяких материальных благ от Милославского. Как в анекдоте про «Правильно, Петрович, без рукавиц работать не будем!» Слышал такой?

– Это без вопросов, – поддержал меня Федька. – Сам о себе не позаботишься, будешь с голой жопой на войну ходить. Даванем на жалость. А стволы ты и вправду домой унеси, пригодятся еще. «Вальтера» заберу разве что, запасным будет. Не возражаешь?

– Да ни разу.





* * *




– И стоило оно того? – спросила Настя, глядя, как я распихиваю трофейное оружие в шкаф.

– Пока не знаю, – честно сказал я, разведя руками. – Зависит от того, что Федькин знакомый в следующий раз скажет. Ты меня пойми, не могу я кувыркаться в непонятном, если я куда суюсь, я точно должен знать, что там может быть. А эта самая Скляр убитая никак из головы нейдет, не сходится логика.

– Могли тоже бандиты напасть, – сказала Настя, присев на стол и скрестив руки на груди, отчего серая рубашка обтянула грудь и зрелище сбило меня с деловых мыслей.

– Бандиты жертв не приносят, – сказал я, не отрывая взгляда от ее бюста, открывшегося в треугольном вырезе. – Бандиты живут в деревнях и на хуторах, приезжают издалека, подчас даже из соседних областей, но точно не связаны с сектантами.

Про «историю дорожного бандитизма в Отстойнике» я всю дорогу до Углегорска пытал Федьку. Он меня и просветил. Бандиты здесь были самыми обычными, подчас еще и совмещающие бандитизм с занятиями мирными, вплоть до сельского хозяйства. Дорог было много, людей мало, перехватить и выследить их было трудно, тем более, что отъехали он от места преступления, скинули добычу – и превратились в самых обычных людей, с оружием ведь здесь и стар и млад ходят. Да и правило «не гадь где живешь» большинство из них выполняет старательно, добычу отправляют сбывать в другие города и области, подчас по реке, давая зарабатывать еще и не слишком разборчивым коммерсантам, владеющим баржами или пароходиками. И все шито-крыто, и взятки с них гладки.

Куда, например, поехали те, кто напал сегодня на машины Горснаба? Ну, сколько-нибудь по следам за ними можно пройти, да вот сомневаюсь я, что далеко. Где по траве проедут, где на целину свернут, потом темнота… и ищи ветра в поле. Если только по привезенным в город трупам опознают, кто они такие и откуда.

– Это да, насколько я слышала, с сектантами вообще никто не связан, – кивнула она. – И прав ты в том, что выглядит это странно. Если она, конечно, не каталась из города в город по каким-то своим делам, причем далеко отсюда.

– Она здесь недавно, Федька тоже думает, что не могла она оказаться на какой-то такой работе, чтобы ее сразу к границе Тьмы, например, засылали. Туда тетки не ездят, нет у них там дел, разве что «темпоральный аборт» совершить.

– А… может…?

– Ну, если только сюда уже беременной провалилась, – задумался я, вновь уставившись на Настину грудь.

Она перехватила мой взгляд, спросила:

– Ты на что уставился? Что там у меня?

При этом спохватилась, заосматривавшись, решив, что посадила пятно, но я ее успокоил, открыв правду.

– Маньяк, блин, – засмеялась она. – Чаю хочешь?

– Да мне бы тебя сперва, а потом можно и чаю, с устатку, – честно заявил я, привлекая ее к себе.

– Точно, маньяк, – вздохнула она. – Я в душ.





* * *




Милославского с утра на месте не было, со слов секретарши тот заседал на Горсовете и до обеда его никто не ждал. Однако на произвол судьбы нас никто бросать не стал, потому что профессор поручил «наладить контакт» среднего роста коренастому парню с бородой, крепкому и спортивному, с кобурой на поясе и с ППШ на плече, однако с лицом, которое сразу вызывало ассоциации с человеком ученым. Лицо показалось мне знакомым, и я вспомнил, что этот парень выезжал с остальными на место моего прохода, крутился там с какими-то приборами.

– Здорова, мужики, – поприветствовал он нас, протягивая руку. – Я вроде как с вами работать буду от имени науки, зовусь Иваном Зарубиным. По профессии был раньше геологом, но геологи здесь особо не нужны пока, так что попал к Милославскому, вроде как жнецом, швецом и на чем попало игрецом.

– Это такая специализация? – с усмешкой уточнил я.

– Нет, специализация у меня по экспедициям и полевым исследованиям, – улыбнулся тот. – Исследователь общего профиля, если можно так выразиться, у нас это нормально. Теперь вроде как постоянную группу собираемся сформировать, для рейдов. Или экспедиций, тут уж как больше нравится.

– Нам особо никак не нравится, – сказал Федька. – Все пока мутно и непонятно, не то что на работе – отдежурил – и свободен.


Это Федька взял на себя инициативу и сходу начал строить из себя сироту.

– Ну, тут уже не мне решать, – примирительно сказал Иван. – Мое дело с вами взаимодействие наладить.

– Заявки на экипировку – это в налаживание взаимодействия включено? – тоже решил я времени не терять.

– Я могу только выслушать, обсудить и записать, – сказал Иван. – И вообще предлагаю разговаривать не здесь, а на моем рабочем месте.

– Это где? – спросил Федька с неким подозрением в голосе.

– Да на Ферме, слышали уже? Там у нас и матчасть, там и кабинет мой, там и чайку налить смогу. Как, погнали?

– Без проблем, – кивнул я.

– Тогда чего резину тянуть, пошли, – сказал тот, и первый направился к двери, сказав секретарше на прощание: – Дин, если главный появится, скажи, что мы на Ферму уехали, лады?

– Хорошо, Вань, – кивнула та, вернувшись к своим бумагам.

Больше Иван времени ни на что терять не стал, а решительным широким шагом направился по коридору, мы едва за ним успевали. Задерживало его разве что то, что здороваться ему приходилось с каждым встречным, а мы тут и не знали никого, собственно говоря.

– Вы на машине? – спросил Иван, выйдя на крыльцо. – А то я пешком, или тогда попутку ждать.

– Мы-то на машине, – ответил я, но дальше тему бедности и компенсаций пока решил не развивать, посмотрим, что дальше будет.

Загрузились втроем в «тазик», заставив тот скрипнуть подвеской, да и поехали. Иван лишь сказал:

– К третьему КПП, в курсе? – после чего замолчал.

В отличие от первого и второго контрольно-пропускных пунктов, третий был тихий, спокойный, в ту сторону из города почти никто никогда не ездил, разве что подчиненные Милославского. Тут и дот был поменьше, и с народом пожиже. Проверять нас вообще не стали, записали только и распахнули ворота, мол езжайте, куда душе угодно.

Дорога в том направлении вела хоть и грунтовая, но даже не сильно разбитая, потому что по ней ездили не много. Почва лесная, песчаная, грязи почти не было, так что «тазик» бодро катил по дороге, задорно треща высоко задранным глушителем.

– А когда нас с машиной нет, как дотуда добираешься? – спросил Федька, обернувшись к сидящему на заднем сидении Ивану.

Тот подколку уловил, но спокойно пропустил мимо ушей, ответив:

– С утра туда машины с кунгом ходят, и вечером возвращаются. Это я вас ждать остался, вот и задержался.

– Я к чему это все…, – начал было Федька, но Иван его перебил, сказав: – Да понял я вас, вы к тому нудите, что не хотите свою машину по казенным делам гонять, так?

– Примерно, – подтвердил я. – В Горсвете нам машины, оружие и патроны выдавали, а тут что, самообеспечение ожидается? Так мы не согласны, тут сам понимаешь, какими способами машины добывают.

– Да есть, все есть, – засмеялся тот. – Ну вы и жлобы, мужики.

– Мы не жлобы, мы разумно экономные, – наставительно воздел указательный палец в небо, а точнее в брезентовую крышу Федька. – Сам понимаешь, что голым приказом заставить нас кувыркаться по свистку не получится. Тем более, что вам пожелается что-то другое, чтобы мы куда-нибудь для вас под молотки лазили, так ведь?

– Я же Милославскому наш интерес объяснял, – продолжил его мысль я. – Хотите ждать от нас рвения и сотрудничества – сделайте так, чтобы нам работалось не хуже, чем на старом месте. Там есть минусы, не без того, вроде как голову могут откусить, но это норма, мы согласны. А вот гореть на священном алтаре высокой науки мы как бы не того… не очень приспособлены.

– Да понятно, понятно, – замахал тот руками. – Есть у нас и транспорт, и все что надо, то и будет. Оргпериод пока, вроде как новая группа создается, вот и через пень-колоду все пока. А машину покажу, нам тут специальное экспедиционное транспортное средство соорудили, как раз под нас.

– «Нас»? – переспросил я. – А вообще «нас» много?

– Трое пока, вы двое, да я при вас, а дальше посмотрим, как дела пойдут, – сказал Иван. – Да, Владимир, вы ведь… ну… с Настей, которая летчица, вроде бы живете вместе, так?

– С какой целью интересуетесь?

– Да я не интересуюсь, – смутился тот так, что вроде даже покраснел. – Личная жизнь – святое дело, просто главный сегодня должен приказ пробить о том, что ее с самолетом тоже вроде к нам прикомандируют. Не на Ферме сидеть, – начал он уже путаться, – А вроде как маршрут разведать, или если мы куда поехали, а обратно все никак – будет на поиск летать.

– А чего, неплохо, – кивнул Федька. – А тот так с халтурой сколько раз было, катишь куда-то и думаешь, что если машина сломается, то тебе хана, никто и не узнает, где ты и как ты. А из иных мест, ты понимаешь, Вов, пешочком-то не очень выберешься, ты тогда уже смертник.

– Это понятное дело, – согласился с ним я, представив, как бы тогда на своих двоих убегал от «гончих».

– Да, механика еще нам дадут, – спохватился Иван. – Чтобы за машиной следил и готовил ее.

– Это хорошо, – одобрил я.

Как ни странно, сегодня не только дождь затих, но даже вроде как немного потеплело. А может просто ветра не было. Сосновый лес, подступавший к дороге с обеих сторон, пах мокрой хвоей, свежестью и, пожалуй что, осенью.

– Иван, а вот зима скоро – дороги чистите, или как?

– Чистим, понятное дело, – подтвердил тот. – С утра трактор с плугом туда-обратно проходит.

– До Сальцево тоже чистят, бульдозером, – добавил Федька. – А тот так вообще жизнь остановится. А вот халтура наша с тобой закончится, потому как все остальные пути завалит к едрени матери, по самые стекла. Жить будем на запасах, базар тоже запасами торгует, зато житуха вполне привольная, вроде как заслужил – и отдыхай.