Мой Блэк, моя Рэд

Я сжимаю губы.

– Не для меня.

Он играет желваками.

– Так ты сейчас просто возьмешь и уйдешь. Так просто выключишь нас? – спрашивает он, сжимая внутреннюю часть моего бедра.

Я прикусываю щеку изнутри, используя боль в качестве отвлечения от его соблазнительного прикосновения, в то время как моя юбка поднимается, следуя движениям его руки. Подняв подбородок, я рывком освобождаю свои руки, однако не могу заставить себя убрать и свои бедра подальше. Пока во мне бушует конфликт между умом и сердцем, во рту появляется вкус крови, пока я держу его пристальный взгляд.

– Да.

Он сужает глаза.

– Лгунья. А пока ты отказываешься говорить правду, позволь своему телу говорить за тебя.

Мой пульс подскакивает до небывалых высот, когда он медленно поворачивает руку и пальцем проводит по шелковому белью, задевая клочок волос. Когда его палец находит мой клитор, я не могу сдержать стон. Он чуть давит и говорит властным и дерзким тоном:

– Ну, давай. Оттолкни меня. Покажи мне, что ты не хочешь, чтобы я заставил тебя кончить. Если сможешь, я выйду отсюда, и мы больше никогда вновь не поднимем этот вопрос.

Я впиваюсь в него взглядом, однако молчу, и тогда на его лице появляется порочная улыбка, а палец давит еще сильнее, что почти лишает меня остатков здравого смысла.

– Скажи, что ты не изнываешь от желания быть взятой мною.

Как бы я ни пыталась, не могу прекратить желать того блаженства, что он предлагает. Древесные нотки его одеколона окружают меня, впитываются в меня, обостряя чувства. Мое тело жаждет опереться на его стальное тело. Мне так этого не хватает. В то мгновение, когда я понимаю, что начинаю реагировать, и мои бедра вращаются, я вновь напрягаюсь и пытаюсь сдерживаться. Я стискиваю зубы и изо всех сил сопротивляюсь бешеному желанию об него потереться. Закрыв глаза, я опускаю голову, чтобы он не слышал моего поверхностного дыхания. Держись, Талия.

– Если я сдвинусь… – его голос прямо возле моего уха, дыхание такое чувственное, согревающее мою кожу. – Ты разобьешься на осколки для меня? Нет ничего более прекрасного, чем видеть, как ты кончаешь от моих прикосновений. Покажи мне, черт побери, что ты ощущаешь все это так же интенсивно, как и я!

Я хныкаю, а мои руки трясутся, пока я пытаюсь казаться абсолютно спокойной и не позволять своим бедрам раскачиваться.

Себастьян еще дважды проводит пальцем по моему клитору, а затем сдвигает трусики в сторону и проводит между моих ног.

– Маленькая Рэд, ты слишком мокрая для той, кто ничего не хочет.

Когда он отстраняется, я вскидываю голову, готовая убить его за самодовольство, однако я теряю дар речи при виде чистого удовольствия, написанного у него на лице. Глаза закрыты, щеки втянуты, пока он облизывает свои пальцы.

Глухо застонав, Себастьян резко распахивает свои голубые глаза и в этот же момент вытаскивает пальцы изо рта. У меня едва ли есть шанс озадачиться, почему они такие мокрые, как он быстро скользит ими глубоко внутрь меня.

Я задыхаюсь от этого приятного вторжения, стенки моего влагалища плотно обхватывают его пальцы, а бедра начинают двигаться сами по себе. Издав первобытный рык, он толкает пальцы еще вверх, так, что я встаю на носочки и оказываюсь прямо напротив его тела. Удерживая меня от движений, он наклоняется ближе, пока мы становимся нос к носу, и говорит яростным тоном:

– Я, бл*ть, хочу пописать вокруг тебя, чтобы каждому вокруг было предельно ясно, что ты моя, но ты хотя бы выйдешь отсюда с моей частичкой внутри себя.

Еще больше приблизив губы к моему уху, он говорит еще более грубым голосом:

– А в следующий раз, я заклеймлю тебя так, что ни у кого точно не возникнет никаких вопросов.

Он отпускает мои руки, и в эту же секунду с беспощадной решимостью вынимает свои пальцы из меня.

В ярости от своей неспособности контролировать физические позывы рядом с ним, я толкаю его.

– Это полная хрень. Следующего раза не будет.

– Хрень, это что ты отрицаешь то, чего мы оба хотим. Больше не позволяй ему к тебе прикасаться.

– Ты зае*бал! – Я хватаюсь за дверную ручку, а моя рука трясется от сексуального напряжения внутри меня.

– Талия.

Его голос спокойный. Я поворачиваюсь, в надежде, что он хочет извиниться, учитывая, что он не назвал меня Наталией.

Руки сложены на груди, глаза смотрят с вызовом.

– В любое время, как будешь готова.



Глава 10.



Талия




Музыка уже играет, когда я захожу в танцевальный зал. При виде меня, бросающую свою сумочку на стол, Джаред отвлекается от разговора с группой людей на противоположной стороне, и его глаза загораются. У меня едва есть шанс увидеть, что Кэс отправила мне в ответ на сообщение «Я хочу прибить своего телохранителя», которое я написала ей по пути обратно в танцевальный зал, как Джаред оказывается рядом, протягивая руку:

— Потанцуй со мной.

Я позволяю ему вытащить себя на танцпол, отчасти потому, что мне нужно было отвлечься, отчасти потому, что я так раздражена тем, что Себастьян диктует мне с кем проводить время. Он говорит, что секс — это все, что он может мне дать, но каким бы фантастическим ни был наш секс, я должна держаться от мужчины подальше.

Мы с Джаредом танцуем среди толпы людей около часа под последние популярные попсовые новинки и несколько рождественских миксов. Видимо Центральное Издательство Мидтауна — это веселье и шум, открытый бар и музыка. В конце концов, сотни людей находятся на танцполе и наслаждаются.

Около часа мы танцуем в больших группах, и я улыбаюсь каждый раз, когда вижу Кайлу, танцующую несколько ближе к Джареду. Я ничего не могу поделать, но удивляюсь, почему он не ушел к ней. Когда она поднимает на него свои карие глаза, я вижу обожание, а он кажется и не замечает этого. Ее не нужно добиваться. Я скольжу взглядом вокруг и вижу группу парней, пытающихся сделать все, чтобы прорваться к танцующим в центре девушкам.

Несмотря на эволюцию, мужчины, по-прежнему, охотники, даже когда дело касается женщин. В чем удовольствие охотиться на добычу, если ровно через две секунды она будет лежать и предлагать себя?

Мой взгляд возвращается к Джареду, поющему строчку из «Все, что я хочу на Рождество, это ты», когда он захватывает мою руку и кружит меня.

Он не очень хорошо умеет петь, но делает это с энтузиазмом, поэтому я усмехаюсь и позволяю ему закружить меня. Прокружив еще раз, он прижимает меня сильнее и перестает петь.

— Ты знаешь, почему я не перестаю просить об ужине с тобой?

Я киваю:

— Потому что я не сказала «да».

Смеясь, он сжимает мою талию и ведет нас по кругу, его взгляд скользит по моему лицу, оценивая.

— Нет, это потому что ты красивая, умная, талантливая и у тебя большой потенциал.

Из-за его комплимента я краснею, но, в то время как он обнимает меня и притягивает ближе, приятное ощущение от объятий не сравниться с тем теплом, что поселяется в моем сердце, когда Себастьян просто смотрит на меня.

И вдруг я понимаю, что имел в виду Себастьян, говоря: «ты хотя бы выйдешь отсюда с моей частичкой внутри себя». Его пальцы были не только первобытным способом заклеймить меня, но и показать мне, что он на самом деле хотел сделать со мной в том шкафу.

Непрошенные воспоминания о его тяжелом теле на мне и скользящей глубоко во мне эрекции заставляют мои щеки гореть. Я тотчас отодвигаюсь от Джареда, нуждаясь в пространстве.

«Черт, этот мужчина невыносим!»

— Я… эм.. здесь очень жарко. Мне нужно выпить.

— Конечно, давай возьмем тебе что-нибудь.

Джаред усмехается, сжимает мою ладонь и начинает толкать меня сквозь толпу, и я вдруг понимаю, он думает, что мой комментарий был о нем.

Я быстро следую за ним, затем высвобождаю свою руку и говорю:

— Кстати об ужине, я хочу поговорить с тобой.

Он останавливается на краю танцпола и поворачивается, сжимая мои плечи.

— Ты сказала, что хочешь подождать конца тура. Я уважаю это.

Я качаю головой

— Нет, ты не понимаешь. Я думаю, будет лучше, если мы останемся коллегами. Я не хочу разрушать наши отличные рабочие отношения.

Огорчение мелькает на его лице, затем он улыбается.

— Тур, как этот, всегда напряженный. Добавь к этому письма с угрозами, и я уверен, это подтолкнет тебя к краю.

— Но…

Его пальцы напрягаются, и он качает головой.

— Мы поговорим об этом на следующей неделе, когда станет спокойнее.

Поворачиваясь, он направляется к бару, оставляя мне выбор, но заканчивая разговор на сегодня.

Немного позже Уильям подходит к нам с Джаредом, когда мы потягиваем выпивку.

— Поздравляю, маленькая леди. Ты восходящая звезда.

Я ставлю пустой бокал на стол и протягиваю свою руку в попытке пожать его, но он смеется и обнимает меня.

— Здесь, в Центральном Издательстве Мидтауна, мы семья. — Отступая, он кладет руку на мои плечи. – Не могу дождаться, что ты выкинешь в следующий раз.

Я улыбаюсь ему:

— У меня есть несколько идей.