Мама на нуле

Но в целом, если весь опыт материнства не приносит никакого удовольствия, если все время грустно и радостной перспективы тоже не видится, то это повод поговорить в семье о том, чем можно помочь.

Интересно, что папы тоже часто испытывают послеродовую депрессию. Статистика довольно печальна: 50 % мужчин в тех семьях, где у матери послеродовая депрессия, тоже ее испытывают. И бывает так, что сначала тяжелое состояние накрывает маму, папа держится, держится, держится, и, когда мама более-менее выходит из этого состояния, оно накрывает папу.

Отцовская депрессия проявляется в том, что он начинает пропадать на работе, появляются зависимости (алкоголь, наркотики и так далее), раздражительность, агрессия. Мы редко связываем эти симптомы с депрессией. Принято считать, что человек в депрессии лежит на кровати, свернувшись калачиком, и смотрит в стенку. Так тоже бывает, но есть масса других проявлений, и зачастую они совсем не похожи на то, что мы ожидаем увидеть.





Терапия




Можно ли справиться с послеродовой депрессией или психозом самостоятельно? Иногда – да. Вопрос, за какое время и какой ценой.

Статистические данные по послеродовому психозу очень впечатляющие – 5 % матерей кончает жизнь самоубийством, 4 % риска, что будет убит младенец.

А ведь это состояние, в принципе, достаточно хорошо купируется при помощи медицинских препаратов и госпитализации.

Иногда женщины и мужчины живут в депрессивном состоянии годами, и люди порой просто не знают, что можно жить иначе, до тех пор пока депрессия не пройдет или не будет начато лечение. Поэтому все-таки рекомендуется обратиться к психотерапевту, психиатру, клиническому психологу.

При послеродовой депрессии лечение проводится комплексно, с разных сторон. Это не только медикаментозная терапия и психотерапия, но и работа с социальной или клинической ситуацией. Мы можем годами проводить психотерапию, но если женщина не спит, не ест и у нее проблемы с физическим здоровьем (например с щитовидной железой), то психотерапия не поможет. Важно исключить другие диагнозы и понять, что будет эффективным. Необходим комплексный и индивидуальный подход.

У россиян есть очень большой страх перед визитом к психиатру, страх получить диагноз, поэтому очень часто можно слышать такие рассуждения: «Да, послеродовая депрессия, но не такая, чтобы это было прямо что-то ужасное». На самом деле депрессия может иметь разные степени выраженности, а психиатр может поставить диагноз и прописать лекарства.

Да, это часть психиатрии, но не все эти состояния требуют госпитализации в психиатрическую клинику и пожизненного лечения медикаментами. Более того, наоборот, послеродовые расстройства настроения достаточно хорошо лечатся, если вовремя начать ими заниматься.

В мире и в России психотерапевтический формат обращения с депрессиями – когнитивно-бихевиоральная терапия (мыслительно-поведенческая). Это направление, которое сейчас наиболее популярно в страховой медицине. Психоаналитические подходы для страховок не очень удобны, потому что долгие и дорогие. А про психотерапию мы знаем, что больший эффект оказывает даже не столько подход, в котором работает специалист, сколько тот терапевтический контакт, который у него устанавливается (или не устанавливается) с клиентом.

При депрессивных состояниях могут использоваться разные подходы. Есть, например, эмоционально фокусированная терапия, которая работает в концепции теории привязанности. По большому счету, многие методики пересекаются. Выбор очень широкий, и чаще всего женщина просто находит кого-то, кто ей приглянулся, кого ей посоветовали, с кем она начинает чувствовать себя лучше, и дальше они движутся в выбранном направлении.

Иногда женщина начинает с визита к психотерапевту. У нас, в России, это, как правило, специалист с психиатрическим образованием. Но человек, который окончил мединститут со специализацией в психиатрии и получил диплом, автоматически не становится психотерапевтом. Он должен пройти дополнительное обучение.

Психологи тоже бывают разные. Есть психологи-консультанты, психологи по работе с нормой и с ситуациями, которые возникают у людей в норме. Есть клинические психологи. Есть психологи, прошедшие дополнительное обучение психотерапии.

Часто можно начать с похода просто к опытному психотерапевту, будь он с психиатрическим или психологическим образованием, но обязательно с дополнительным – по психотерапии. Если это психотерапевт-психолог, человек, который имеет опыт работы с клиническими состояниями, то у него обычно есть психиатр, к которому он может направить, если нужно.

Психиатр может сам проводить психотерапию или перенаправить на нее в дополнение к медикаментозному лечению.

Основная проблема, независимо от подхода, – недостаточная изученность феномена послеродовой депрессии. Очень мало исследований, практически нет никаких вспомогательных материалов для женщин. Нет никакого скрининга, например в женской консультации, на перинатальную депрессию (то есть во время беременности), которая повышает риск послеродовой депрессии. И все это несмотря на высокую частотность. Такую же, как, например, у гестационного диабета ОРУ, на который женщин проверяют несколько раз за все время беременности.

Еще одна проблема – в России очень мало психиатров, которые работают по современным протоколам и могут, к примеру, назначать препараты, антидепрессанты, совместимые с грудным вскармливанием. У нас стандартно рекомендуют отказаться от кормления, некоторых мам это травмирует дополнительно, потому что иногда для них это единственная ниточка, связывающая их с идеей, что они все-таки достаточно хорошие мамы. У нас нет палат, куда может госпитализироваться мама с младенцем, женщину надолго разлучают с малышом, бывает, что на три-четыре недели. Да у нас пока и нет никаких отделений для послеродовых расстройств настроения. Практически отсутствует информация о психологической травме в родах. Более того, мало психотерапевтов и психологов, которые в принципе в этом разбираются. Часто психологи обесценивают опыт мамы: «Подумаешь, родила и родила, и чего тут переживаешь? Все так рожают». Иногда они советуют «использовать анестезию в родах и расслабиться». Я знаю пример, когда психиатр говорил, что послеродовая депрессия – выдуманный диагноз, а женщине надо просто взять себя в руки и заняться домом и детьми.

У нас пока что плохо простроены границы компетенции каждого специалиста в этих помогающих профессиях. Выходит, что не случайно женщины интуитивно опасаются обращаться за помощью. Потому что это действительно риск. Диплом или какое-нибудь свидетельство о квалификации, по большому счету, ничего не гарантирует. Плюс этический аспект: некомпетентное поведение психотерапевта, психиатра или психолога – тоже не редкость. Все это может привести женщину к дополнительному психологическому травмированию.





Что делать?




В коррекции послеродовых состояний важно постараться не разлучать мать и младенца. Не все состояния требуют госпитализации. Обычно это послеродовой психоз либо очень глубокая депрессия или биполярное расстройство в стадии мании. Если говорить о психотерапии, то это могут быть встречи со специалистом раз-два в неделю. Длительная разлука мамы с младенцем – дополнительная травма и для женщины, и для ее близких, и для ребенка. Особенно в тех семьях, где изначально был твердый настрой на постоянную близость с младенцем: исключительно грудное вскармливание, ношение в слинге и так далее.

Безопасны ли антидепрессанты, или это однозначно зло?

Всегда необходим выбор, взвешивание рисков и преимуществ, в случае если, например, женщина продолжает кормить грудью. Статистика показывает, что мамы, которые не принимают антидепрессанты, когда они им показаны, из-за того что хотят кормить грудью, – кормят меньше, поскольку их состояние ухудшается. Стоит знать, что прием эффективных препаратов не всегда означает, что нужно лечь в клинику или прекратить грудное вскармливание.





Эдинбургская шкала послеродовой депрессии




Анкета

Отметьте в каждом пункте утверждение, наиболее соответствующее Вашему состоянию на протяжении последней недели, не только сегодня.




Я смеялась и была в состоянии видеть хорошие стороны жизни:

1) так же, как всегда;

2) теперь несколько меньше, чем всегда;

3) определенно меньше;

4) совсем не вижу.



Я смотрела в будущее с оптимизмом:

1) так же, как всегда;

2) меньше, чем обычно;

3) определенно меньше, чем обычно;

4) вряд ли.



Я безосновательно винила себя, если что-то шло не так, в большинстве случаев.

1) Да, иногда.

2) Нет, не часто.

3) Нет, никогда.



Безо всякой видимой причины я стала раздражительной и обеспокоенной.

1) Нет, нисколько.

2) Едва ли когда-нибудь.

3) Да, иногда.

4) Да, очень часто.



Я могла начать бояться и паниковать без веского повода.

1) Да, довольно много.

2) Да, иногда.

3) Нет, не много.

4) Нет, нисколько.



Я чувствовала, что ситуация выходит из-под моего контроля.

1) Да, большинство времени я не была готова справиться с нею вообще.

2) Да, иногда я не справлялась так же, как обычно.

3) Нет, большинство времени я справлялась достаточно хорошо.

4) Нет, я справлялась так же, как всегда.



Я чувствовала себя такой несчастной, что с трудом засыпала.

1) Да, большинство времени.