Магическая практика

— Глянакамандусий не одоблит васе поведение.

На это ребенок номер один ответил:

— А посреди дороги за чертой города и ночью она сидела с разрешения Рэнарна, по-вашему?

— Мнодя бегаля, усталя, лешиля посидеть. Углёзы зызни неть.

— Правда? — ехидно поинтересовался первый ребенок. — А тот факт, что она перепугана и явно находится под влиянием, вас не смутил?

И у малыша выросли крылья. Огромные серебристые крылья. Они заслонили всю площадь у фонтана, а потом мне показалось, что мы понеслись вверх. Но нет, вокруг все так же шумели дети, журчали фонтаны, пели птицы… Потом меня затошнило, из-за того, что начало двоиться в глазах, а вся картинка реальности стала подрагивать… И не перестала дрожать, даже когда меня поставили на ноги.

А потом я увидела Влады… в смысле, Главнокомандующего. Ни на кого ни глядя, он подошел ко мне, усадил на что-то невидимое, сел напротив, почему-то на стул, приблизил свое лицо ко мне и строго спросил:

— Госпожа Радович, вы меня видите?

— Да… — прошептала, чувствуя слабость, тошноту и головокружение от подрагивающей перед глазами картинки реальности, в которой только Черный дракон и сохранял четкость очертаний.

И я старалась смотреть исключительно на него, чтобы не стошнило.

— Вы, похоже, догадались, что на вас оказали влияние иллюзией, так? — последовал следующий вопрос.

Я снова ответила:

— Да…

— И как вы догадались?

Судорожно вздохнув, я взволнованно выдохнула:

— Меня тошнит…

Главнокомандующий нахмурился, затем достал из кармана платок, передал мне и сказал:

— Начнет рвать, не сдерживайтесь.

Тяжело дыша, с трудом проговорила:

— Вам лучше отсесть подальше… как минимум.

— Переживу! — отчеканил он. — Так как вы догадались?

— Камешки, — тяжело дыша и стараясь сдержать тошноту, сообщила я. — Они начали шуршать. Как в прошлый раз. Я остановилась, не знала, куда двигаться дальше, опустилась на землю… Потом проплывающий воздушник подтвердил мои подозрения по поводу наведенной иллюзии.

— Вам следовало обратиться за помощью, — холодно сказал Главнокомандующий. — Моих служащих вы могли и не заметить, но воздушник мгновенно отреагировал бы на призыв о помощи. Почему вы молчали?

— Я не знала! — воскликнула расстроенно. — Ни о том, что там были ваши служащие, ни о возможности обратиться к воздушникам. Я думала, что я совершенно одна и меня сейчас… убьют. Ой…

Перед моими глазами вся картинка вдруг заиграла яркими пульсирующими цветами радуги. Так, фонтан стал кислотно-зеленым, дети-драконята отчаянно фиолетовыми, взрослые окрасились в сине-желтую крапинку, деревья приобрели красный оттенок! И только Главнокомандующий не изменился, став для меня якорем в этом шокирующем нереальностью мельтешащем мире.

— Смотрите на меня, — догадавшись каким-то образом, что все стало хуже, произнес Черный дракон. — На меня, концентрируйтесь на глазах.

Я сконцентрировалась. На удивительных проницательных серебристо-зеленых глазах. И почувствовала, как постепенно отступает тошнота, даже несмотря на то, что все вокруг начало еще и кружиться.

— Милада, вы проходили защиту от иллюзий?

— Нет, — прошептала я. — И вы знаете, мне кажется это очень странным.

— Мне тоже, — серьезно подтвердил дракон.

И тут же задал новый вопрос:

— Зачем вы сунулись одна в город?

Вот на это отвечать мне не хотелось вовсе. И, откровенно смутившись, я опустила взгляд…

— Стоять! — рыкнул вдруг Главнокомандующий. — Смотреть мне в глаза, не отрываясь, живо!

Подчинилась мгновенно, в ужасе глядя на дракона.

— М-да, — зло произнес он, — хотел действовать мягче, но не выйдет. Прости.

И низ живота свело от боли! Сильной, интенсивной настолько, что и так не отличающаяся стабильностью иллюзия заискрилась и начала стремительно темнеть.


— Терпи! — жестко произнес дракон, схватив за подбородок и заставляя смотреть на себя.

И я смотрела, обхватив живот руками, закусив губу и чувствуя, как по щекам текут слезы… Текут и текут, и падают на руки, и…

А затем иллюзия разбилась на сотни осколков. Те, подрагивая и вращаясь, вдруг обратились остриями ко мне и ринулись на меня же, целясь в глаза…

— Продолжай смотреть на меня! — раздался приказ.

Я не посмела ослушаться, глядя на Черного дракона и думая, что это последние секунды моей жизни…

А затем осколки рухнули, так и не долетев до меня где-то двух пальцев.

Просто рухнули белесой пылью на отполированный до блеска черный каменный пол и исчезли. И я в полнейшем изумлении увидела, что сижу в кресле в огромном кабинете, за окнами — ночной яркий город, Главнокомандующий сидит на стуле напротив меня, за его спиной стоит мрачный новый Владыка, а у дверей замерли, вытянувшись по струнке, три дракона в черном.

— Легче? — отпуская мой подбородок, спросил Черный дракон.

— Да… — вытирая мокрые дорожки на щеках, прошептала я. Затем, вспомнив о благодарности, прошептала: — Спасибо.

— Не за что, — сухо ответил Главнокомандующий.

Поднявшись, он развернулся, чтобы отодвинуть стул, и, увидев Владыку, мрачно, гораздо мрачнее, чем при разговоре со мной, вопросил:

— Ты еще тут?

Напряженно взирающий на меня Гаррат-Ррат-Эгиатар мгновенно сменил выражение лица, лучезарно улыбнулся брату и насмешливо сообщил:

— Да, ты знаешь, остался на всякий случай, чтобы вмешаться, если ты начнешь лечить ее своим излюбленным способом… ну там битье по лицу и всякое такое…

Посмотрев на него так, что улыбаться Владыка не то чтобы перестал, но улыбка заметно померкла, Главнокомандующий отодвинул стул от меня, подошел к массивному деревянному столу, сел явно на свое место и приказал:

— Посторонних вон из управления.

Стоящие у дверей драконы нервно дернулись, но, прежде чем они успели приступить к удалению, новый Владыка подошел ко мне, галантно поклонился и протянул руку со словами:

— Нам здесь не рады, позвольте проводить вас, дорогая.

— Я сказал — посторонние! — отчеканил Главнокомандующий.

И вот тогда Владыка, явно пытаясь изобразить смертельную обиду, развернулся к брату и воскликнул:

— То есть посторонний здесь только я?!

— Ты всегда умел делать правильные выводы, — открывая папку с бумагами, подтвердил Главнокомандующий. После чего обратился ко мне: — Милада, если вам требуется ванная комната — от гобелена направо.

И он указал направление кончиком писчего пера.

Благодарно кивнув, я попыталась встать и… и как-то неожиданно едва не упала, но была поддержана драконьей магией, от чего тут же снова заболел низ живота, и я не сразу заметила, что Владыка тоже попытался мне помочь, но был отодвинут частью того же заклинания, что удерживало меня.

— Гаррат, — прозвучал раздраженный голос Главнокомандующего, — в моем присутствии девушке совершенно не требуется твоя помощь. Ты свободен. Милада, вам легче?

— Кажется, — неуверенно ответила я.

И отправилась в ванную комнату, осторожно ступая и продолжая ощущать магию, незримо опекавшую меня и не отступившую даже в ванной комнате, когда я плотно закрыла дверь.





* * *


Ванная оказалась темная, выполненная из черного, с золотистыми вкраплениями мрамора, и мрачность атмосферы не скрасил даже ярко вспыхнувший свет. Оглядевшись, я направилась к зеркалу и расположенной в его основании умывальной чаше, заполнившейся водой при моем приближении.

Всмотревшись в свое отражение, увидела, насколько красными, болезненно-воспаленными стали глаза. Словно я готовилась к сессии и не спала неделю… Один раз в моей ученической жизни такое уже было, и вот тогда глаза выглядели примерно так же — воспаленные, покрытые сеточкой лопнувших сосудиков, больные… И видок у меня сейчас был — краше в гроб кладут.

Тщательно умывшись, я пригладила растрепавшиеся волосы, с грустью заметила, что платье на коленях порвалось местами, видимо, не слишком удачно я рухнула тогда на дорогу, и даже не ощутила этого, так что пришлось еще и саднящие колени тоже вымыть.

Кое-как приведя себя в порядок, я покинула ванную комнату.

Осторожно открыв дверь, увидела, что Главнокомандующий остался в кабинете один, и неловко замерла на пороге.

— Да проходите уже, — устало сказал Черный дракон.

Нерешительно потоптавшись на месте, осторожно прошла в кабинет, остановилась напротив стола.