Ложный рассвет

– Если бы вы не сказали, что работали копом, я бы уже сам обо всем догадался. На что вам Джо Билли?

– Он проходил тут вчера. Прямо по реке.

– Я видел, как он достает со дна всякую всячину.

– Значит, Хэнгин-Мосс, говорите?

– Аккуратнее, не теребите его понапрасну. Будете докучать, и он вас за яйца подвесит, а парень вы не маленький. – Улыбнувшись, Флойд сплюнул за борт. – Ладно, пора сомиков отвезти в магазин, а то лед тает.

Вместе с пачкой табака у него из кармана выглядывал блокнотик на спирали.

– Если дадите листочек бумаги, я оставлю вам свой номер мобильника.

– Конечно. – Флойд вынул блокнот.

– Если встретите кого-то, кто видел или слышал что-нибудь поблизости от места преступления, позвоните.

Флойд дернул за шнур зажигания, и старенький мотор тут же завелся. Лодку окутали клубы сизого дыма. Перед тем как опустить пропеллер в воду, Флойд еще раз глянул на меня и Макс.

– Вы с нашей рекой еще не знакомы. Будьте осторожны. Ну, вы меня поняли.

Я смотрел, как медленные воды Сент-Джонс огибают поворот напротив причала, и вспоминал, как держал руку девушки, как угасала в ней жизнь. За поворотом таилось нечто зловещее, тихое, как вода в реке, и куда темнее. Невидимое и едва ощутимое, оно поджидало у себя в логове слабых, сломленных душой и телом.

Я посмотрел на Макс:

– Ну вот, нас предупредили. Что будем делать?

Макс гавкнула и посеменила к краю пирса. Там остановилась и обернулась ко мне. Встав подле собаки, я вместе с ней посмотрел на наши отражения в черной воде.

Может, и на нас в ответ смотрело нечто из глубины?



Я упаковал стрелу для экспресс-доставки в Майями, Рону Гамильтону, с пометкой «Конфиденциально». Потом сел за компьютер и быстро накатал ему письмо:

«Утром придет посылка. Обработай ее по полной, пожалуйста. Посмотри, что есть на пропавшего человека по имени Клэйтон Саскинд. Дата рождения неизвестна, последнее место жительства – округ Волуси. Еще пробей по базе: трупы за последние два года, найденные в Эверглейдс».





Глава 10




Когда я направился к двери, солнце уже позолотило верхушки деревьев вдоль берега. Макс провожала меня к выходу через весь дом. У порога села на задние лапы и, чуть склонив голову набок, посмотрела, как я запираю дверь. Казалось, еще чуть-чуть, и собака заговорит.

– Жди тут, Макс, – сказал я. – За пару часиков обернусь. – Такса одарила меня недоверчивым взглядом карих глаз в черной обводке. Вчера я обещал ей то же самое, а в итоге она чуть не заработала почечную инфекцию. – Ну ладно, едешь со мной, расспросим мистера Билли. Будешь меня прикрывать – больше-то некому.

Белая надпись на кипарисовой вывеске почти полностью выцвела, но я все же разобрал: «Снасти, пиво, лодки». Под дубами и капустными пальмами стояли дома на колесах, деревенские хижины, а ближе к реке – чуть ли не антикварный трейлер «Эйрстрим» серебристого цвета. Я припарковался у магазина рыболовных принадлежностей.

Грянул выстрел.

Макс принялась лаять.

– Тише, тише! – Я слегка – чтобы Макс ненароком не выпрыгнула наружу – приоткрыл окно. Потом сунул за пояс пистолет и огляделся. Никого не видно. Тогда я вылез из джипа. – Сидеть, Макс! Не высовывайся!

Прогремел второй выстрел – со стороны реки. Я метнулся к бочке для мусора у насыпи, откуда хорошо просматривался берег футах в пятидесяти внизу. Спустился к причалу по ветхим деревянным ступеням.

Там я застал босоногого, голого по пояс неопрятного типа с дробовиком двенадцатого калибра. На обеих руках у него виднелись старые поблекшие татуировки. Рядом терлись двое подростков.

– Пап, я его веслом достану, – сказал один, указывая на заросли травы. Прихватив весло в одной из плоскодонок, он подцепил в зарослях здоровенного щитомордника. Половина головы у змеи отсутствовала.

– Еще живой! – воскликнул второй мальчишка, тот, что помоложе.

– Да сдох он, – ответил отец. – Посмертный рефлекс, вот он и дергается. Клади его на землю, парень. Енот придет и схавает. – Заметив меня, он сказал: – Я тут чистил рыбу на берегу, а эта гадина подползла и как схватит целого краппи[3]. Чуть не сожрала, прямо у меня под носом. Ну ничего, я эту сволочь проучил хорошенько.

– Вряд ли она вернется за добавкой, – заметил я.

Отложив дробовик в сторону, мужчина достал пачку «Кэмела» и, вытряхнув из нее сигарету, прикурил от зажигалки «Зиппо». Глубоко затянулся. Глядя на реку, выдохнул две струи дыма через нос.

– Река кишит ими. Щитомордники – самые сволочные из змеюк.


– Хорошо клюет? – спросил я, оглядывая улов.

– Не жалуюсь, – ответил он, затянувшись второй раз. – Каждый год сюда с пацанами приезжаю. Нормально так ловится, разве что три года назад река высоко стояла – не порыбачили.

– Джо Билли знаете? Он живет здесь, в лагере.

– Не, не знаю такого. Спросите в магазине у Дорис.

– Спасибо.

Тип кивнул и бросил окурок в сторону дохлой змеи.

Макс, высунув нос в окно, следила, как я вхожу в магазин. Мне сразу же вспомнился образ старого флоридского магазина рыболовных снастей с выцветшей почтовой открытки без обратного адреса. За стойкой, прибитая к кипарисовой доске, висела покрытая лаком шкура шестифутовой гремучей змеи. Рядом с сыром и чесалками для спины из когтей аллигатора на полках стояли банки с маринованными яйцами и лотки с творогом.

В магазине никого не было, только висели, приколотые к стене, образы призраков: отец помогал дочери тянуть из реки сома; босоногий мужчина в полукомбинезоне держал в руках окуня размером с жареную индейку.

– Помочь чем? – Хозяин стоял на пороге боковой двери и вытирал руки о полотенце. Лицо дружелюбное, румяное, потное.

– Дорис тут? – спросил я.

– Нет. Я, кстати, Карл. Дохлых синцов из бака вылавливал, вот и не слышал, как вы вошли.

– Знаете Джо Билли?

– Что-то не припомню такого. Он тут жилье снимает?

– Говорят, что да.

– Дружок ваш?

– Он мне ремонтные услуги предлагал – вот, решил воспользоваться ими.

– Не знаю никого по имени Джо Билли. В сине-белом трейлере в двух сотнях футов налево отсюда живет одна ведьма, у нее спросите.

– Ведьма?

– Я бы к ней не ходил, разве что этот тип и правда вам нужен.

– Что так?

– Сами узнаете, если задержитесь.





Глава 11




Я медленно ехал по лагерю, оглядывая трейлеры и хижины, пытаясь на глаз определить, в котором или в которой мог бы жить Джо Билли. Все они, впрочем, выглядели почти одинаково. Я словно угодил в эпоху 1950-х: трейлеры цвета картофельных очистков чуть не разваливались; деревянные домишки были окрашены во все возможные оттенки болотно-зеленого, у многих имелись передние двери-ширмы, и у всех – жестяные крыши.

У старинного трейлера женщина средних лет поливала пластиковые с виду цветы. Надпись на табличке у газона гласила: «Парапсихологические услуги. Преподобная Джейн».

Я остановился и вышел из машины. Женщина даже не обернулась, однако я знал: она следит за мной. Убранные назад волосы покрывал ярко-розовый платок; еще на ней был просторный темно-синий сарафан с желтыми совами. Я подошел ближе и заметил, что под алебастровой кожей у нее на лбу проглядывает тонкая сеточка синих вен. В изумрудных глазах читалась отстраненность.

С реки задул легкий ветерок, и зазвенели китайские колокольчики, висевшие, точно праздничные гирлянды, на нижних ветках дуба.

Женщина ждала, что я заговорю первым.

– Вы здесь живете?

– Два года как, – ответила она. – Перебралась сюда из Кассадаги, там много медиумов.

Голос ее звучал не просто сухо. Он был невероятно далек и холоден.

– Я вашу вывеску увидел, вот и решил, что вы сможете помочь, рассказать о…

– Я знаю, зачем вы приехали, – перебила она меня, воздев руку. – Вам что-то нужно.

– В общем-то, правильно. Теперь моя очередь: вы преподобная Джейн, угадал?

Она кивнула, плеснув воды под подсолнух размером с круглый противень.