Легенда о Гвендолин

Радагар тихо засмеялся.

– Так давно люди преследовали чародеев, что даже забыли, что означает быть Проводником… Проводник указывает путь, путь в другие миры, он сопровождает живущих в них, он не убивает. Как берут себе лоцманов капитаны кораблей, как нанимают знающих дорогу при дальних путешествиях, так зовут к себе и Проводников. Но он и сам может позвать тех, кого вы называете демонами, так как только он сумеет провести их из одного мира в другой. Кто-то когда-то или повздорил с жителем другого пузырька, или еще что – сейчас и не понять. И обвинили мага, что привел на эту землю странника, а когда обвиняют – используют самые большие страхи людей. И вот что мы имеем – самых сильных чародеев, самых умелых магов обозвали убийцами, хотя на самом деле виноваты обычные человеческие глупость и неумение договариваться.

Радагар посидел еще немного, я все ждала, что он продолжит, но больше эту тему он не затрагивал. Невозможно сказать, сколько времени так прошло..

– Прежде чем я помогу тебе найти путь назад, – неожиданно прозвучал его голос, – ты должна ответить на один вопрос.

Я уставилась прямо на него, приглашая его говорить дальше.

– Чего ты хочешь? – спросил он.

Я стиснула зубы. Никому я не призналась бы, чего хочу больше всего. А тем более – ему.

– Я хочу стать первой чародейкой замка Единорога, – буркнула наконец я.

– Ты лжёшь, – усмешка отразилась у него на губах.

Я не могла не согласиться.

– Хорошо, – признала я и, оттолкнув его руку, поднялась в полный рост. Радагар тут же встал следом за мной, – ты прав. Это только первый шаг. Я хочу объединить всех чародеев этой страны. Под своим началом. Я хочу получить то, что ты обещал мне – но так и не дал.

– Ты лжёшь, – брови Радагара насмешливо взлетели вверх. Он продолжал улыбаться.

Я сжала кулаки и, не скрывая злости, уставилась на него.

«Я хочу чтобы ты снова был со мной, – металось в голове. – Но я никогда не скажу этого тебе».

Радагар безмолвствовал. Время шло, а он словно потерял дар речи. Затем протянул мне руку, и я взялась за нее. Он повёл меня по пустынной аллее прочь.

– Только зная ответ, – сказал он мне, – ты сможешь пройти сквозь врата.

И будто повинуясь его словам, в темноте перед нами образовался портал.

Я замерла. Остановилась, глядя то на портал, то на своего проводника.

– Ты пойдёшь со мной? – прошептала я.

– Я не могу. Я ушёл слишком далеко.

Мгновенное желание остаться здесь навсегда охватило меня. Я бросилась к нему, раскрыв руки для объятий, но ухватила только пустоту. Исчезли парк и деревья, аллея и Радагар. Остались лишь темнота и загадочный портал, ведущий в никуда.

Мне же не хотелось уже ничего. Если он не мог вернуться в мир, то и мне незачем было возвращаться назад.

И всё же я шагнула в портал.



Солнечные лучи подхватили меня, и я едва не рухнула в траву. Покачнулась, замерла, восстанавливая равновесие, и огляделась по сторонам.

Десятки глаз смотрели на меня. Лавина подскочила откуда-то сбоку и принялась меня обнимать. Седерик стоял совсем рядом, и я видела одобрение в его взгляде. Давным-давно никто не смотрел с подобным одобрением на меня.

Я едва сдерживала слёзы, сама не зная, почему они льются по моим щекам.

– Госпожа Гвендолин, – Седерик выступил вперёд и, поймав мою кисть, поцеловал кончики пальцев, – рад назвать вас первой чародейкой замка Единорога.



Конечно, это был ещё далеко не конец. Сама церемонии посвящения была устроена вечером, и я танцевала со множеством мужчин – тут чародейкам никто и ничего не запрещал. Мне с трудом удавалось запомнить все новые имена, и как я ни старалась, все, кого я узнала в тот вечер и во все следующие вечера в множестве замков Игвендола, все казались мне просто отражениями Эрики Аустрайх, Дзарна Сайса и других людей, которых мне не суждено было увидеть уже никогда.



Я сделала то, что собиралась, хоть на это и ушло два десятка лет. Я прекратила войну, убедив чародеев других замков одного за другим заключить союз со мной. Я больше не угрожала никому и никого не пыталась соблазнять – только объясняла, как объясняли мне все мои учителя.

Все вместе мы образовали конклав магов, с которым приходится теперь считаться каждому лорду, и каждый из лордов внимательно слушает, что советует ему его чародей.

Но сколько бы дней ни прошло, я не могу избавиться от чувства, что попала в другой мыльный пузырёк, ставший всего-то отражением того, настоящего, в котором я родилась.

Быть может, поэтому я каждый вечер прихожу сюда, на мыс Потерянных надежд, и подолгу смотрю на восток, но в сизом тумане, застлавшем горизонт, не могу разглядеть дороги домой.





Глава 35





Мою башню в семнадцать этажей, подпирающую собой грозовые тучи, наполняют ученики.

Я никому не запрещаю выходить и силой никого не держу – какой в этом смысл? Я не принимаю в Академию тех, кто ищет здесь укрытия от закона Игвендола, разве что этот закон действительно несправедлив.

Здесь нет убийц. Много месяцев я провела, изучая старинные фолианты, чтобы вернуть смысл истинному назначению дара Проводников. По моему приказу был восстановлен утёс, на котором находится ближайший вход в Лабиринт Луны, хотя мы всё ещё не обследовали его целиком.

Не буду хвастаться и утверждать, что магия наполнила Игвендол. Магия была здесь всегда, и её оказалось куда больше, чем в Аустрайхе, где на каждого способного колдовать надевали магические кандалы.

В основном время я провожу в заботах об Академии, вырываясь сюда, на утёс, лишь на пару часов в день.

Одна и та же мысль не даёт мне покоя, как я ни стараюсь избавиться от тебя.

Столько времени прошло. Где ты теперь? Стоил ли весь этот путь того, чтобы я потеряла тебя?

Радагар.

Иногда ты снишься мне по ночам, но больше нет сомнений, что это всего лишь сны. А иногда я вижу во сне бесконечную серую мглу и огоньки, и мне кажется, что один из них – настоящий ты.

Я не знаю заклятья, которое позволило бы мне вернуть тебя назад. Но если бы и знала… я боюсь. Что ты будешь делать, когда снова ступишь в этот мир?

Днём и ночью я думаю об этом, стоит остаться одной. И хотя ответов по-прежнему нет, я всё-таки продолжаю искать способ тебя призвать.



– Гвен! – голос Лавины вырывает меня из раздумий. Я смотрю на неё, и с каждой новой морщинкой на её лице вижу, как меняюсь сама.

Буду ли я такая тебе нужна? Ты бессмертен… А я только человек. Не захочешь ли ты снова пожертвовать мной?

Ни на один из вопросов ответа нет.

– Гвен, все собрались за столом.

Мне остаётся только кивнуть и последовать за ней.

Лавина отыскала свой дар и стала моей первой помощницей. Она верна мне все прошедшие двадцать лет. Никогда я помыслить не могла, что у меня появится подруга, которой можно доверять. Для которой не потребуется демон, чтобы следить, не предала ли она меня.

Порой я вспоминаю Бриану. Я все-таки решилась установить контакт и иногда даже заглядываю в своей прежний дом её глазами.

Физэн забыл её, и большую часть жизни она провела в загородном гареме, не имея возможности предстать перед ним. Увидеть его мне ни разу не удалось – но мне и не хочется за ним наблюдать.

Иногда я стучусь в сердце Дейдре. Она все еще служит Дзарну и она счастлива. Дом Сайсов забрал её к себе. Временами мне кажется, что Дейдре полюбила его – с такой нежностью она чистит ему одежду и готовит постель. А может, она такая сама по себе…

Я бы отозвала контракты, которые заключила, чтобы контролировать их, но не могу. Остаётся лишь отпустить их и надеяться, что демон, разделивший тело с Дейдре, никому не причинит вреда.



Лавина как всегда не соврала. Все ученики собрались за длинным столом. Сегодня особенный день. В этот день, в последнюю ночь осени, восемнадцать лет назад была основана Академия Проводников.

Я занимаю место во главе стола. Улыбаюсь всем, кто, проходя мимо, касается рукой моего плеча.

Иногда я теряюсь, не в силах определить, чем заслужила их любовь. Одна-единственная цель все эти годы вела меня: я хотела ещё раз увидеть тебя.

Ты стал моим наваждением. Моим помешательством, куда более опасным, чем в те времена, когда говорил со мной.

Иногда я думаю: может, я сама придумала нашу судьбу? Может, я никогда не смогу тебя вернуть?

Но если поверить в это, то всё, что я сделала за прошедшие годы теряет смысл.

Я не знаю, живёт в тебе добро или зло. Я вообще не уверена, что они существуют на земле. Но каким бы ты ни был, я верю, что однажды сумею возвратить тебя. Мы встретимся снова, в мире живых. Я загляну в твои глаза – настоящие глаза, которые принадлежат только тебе. Ты обнимешь меня и больше никогда не уйдёшь.

Иногда я думаю: «Что если ты ненавидишь меня? Если не захочешь быть со мной?»

Но тогда я отвечаю себе: «Ничего. Я сумею тебя подчинить. Зачем-то же воля богов наделила меня колдовством.»



Музыка наполняет обеденную залу, магические огни мерцают по углам, осыпая радужными бликами лица сидящих за столом. Они смеются, шутят, разговаривают между собой. Изредка кто-то поглядывает на меня – с неизменной теплотой.

Стараюсь ничем не выдать себя. Не показать, что мысли мои сейчас далеко-далеко.

Чтобы войти в наш мир, демону нужна плоть. Но ни тебе, ни мне это не подойдёт. Больше ты не посмеешь обвинить меня в том, что я люблю не тебя.