Космический вид на жительство

– Капитан, согласно уставу эта форма общения…

– Бро, заткнись.

– Это грубая форма обращения к дроиду. Возможно, ваш эмоциональный фон…

– Выполнить перезагрузку!

– Отклонено. Мы на боевом посту.

– Бродяга, вы там будете выяснять отношения с дроидом или же выполнять задание?! – взорвался полковник. Наверняка его лоб уже покрыли капельки пота.

– Бро, спящий режим! – Настроение окончательно испортилось. Если бы не задержавший его Уолкер, он бы успел проверить Бро и стереть лишние программы.

Уже не надеясь на робота-штурмана и потому внимательно следя за показаниями приборов, капитан Райс оттянул штурвал. Пилотник стремительно наклонился.

– Бродяга, отставить «штопор»! – Снова база, вечно диспетчеры вклиниваются. – Немедленно перейдите на плавное снижение в расчетную точку.

– Есть. – Пришлось подчиниться.

На экране появилось предупреждение: корабль вышел на линию Кармана – так называлась условная граница между космосом и верхними слоями атмосферы планеты. Все-таки благодаря маневру точка входа чуть отдалилась от города. Джерри не знал, какому умнику понадобилось так рассчитать координаты, чтобы учения проходили прямо над Вайомингом.

– База, это Бродяга. Я на позиции. Готов к выполнению задания, – отрапортовал пилот.

– Бродяга, это база. Выполнение задания разрешаю.

Джерри вздрогнул, узнав голос. Отец. Наверняка, послушав эту феерическую беседу, решил лично командовать учениями. Впрочем, капитану Райсу до этого не должно быть никакого дела.

– Бродяга – понял. Приступаю.

Пилот нажал на одно из изображений на сенсорной панели, складывая крылья «птички» на корпус: при вхождении в атмосферу их тонкие края могли обуглиться. Затем включил маневровые двигатели на полную мощность. И начал вхождение по тщательно рассчитанному эллиптическому пути, с тем чтобы, не касаясь плотных слоев атмосферы, облететь планету и вновь выпрыгнуть на орбиту.

– Тысяча метров от линии Кармана… Две тысячи… Разрешите фигуры пилотажа?

– Не разрешаю. Опускайтесь до десяти тысяч, потом поднимайтесь и выходите на орбиту. Что с перегрузками?

– При таком падении? – Джерри позволил себе саркастически усмехнуться. – Минимальны, скафандр почти полностью их компенсирует.

– Кислород?

– В норме. – Голос пилота звучал монотонно: господи, да пилоты-первокурсники летают быстрее, чем он! – Пять тысяч… Шесть…

– Бродяга, как самочувствие? – Снова отец.

Джерри просто видел, как он стоит в центре управления у огромного экрана, на который проецировалось все, что происходило с пилотниками. Командование наверняка замерло чуть поодаль, кроме Сент-Джонса: давний друг, он всегда пользовался некоторыми привилегиями своего положения.

– Состояние нормальное. Высота – шесть тысяч пятьсот… Системы исправны, так что скука полная. – Последние слова он пробурчал себе под нос.

Ему показалось или в ответ он услышал тихий смешок:

– Бродяга, поднимайтесь!

– Семь тысяч… вас понял. – Джерри потянул штурвал на себя, разворачивая «птичку» к звездам.

Пилотник послушно поднял нос и вдруг, вместо того чтобы набирать высоту, задрожал, затем замер и вновь начал падать вниз. Панель моргнула и погасла. Джерри чертыхнулся и положил ладонь на сканер. На экране высветилась надпись об отказе в идентификации. Повтор. Безуспешно. Дроид молчал. Плюнув на предписания, Джерри стянул перчатку скафандра и приложил руку. Ничего. Пилотник падал.

– Бродяга, что там у вас? – В голосе маршала послышалась тревога. – Почему вы снижаетесь? Вам дан приказ выйти на орбиту.

– Отказ систем. Пытаюсь подключить дроида, – проскрежетал он, вновь натягивая перчатку. – Бро, включить резервную систему.

Механический голос:

– Отказ. Идентификация не пройдена.

В голове звенело, желудок, казалось, опускается вниз, перегрузки возросли.

– Отказ дроида. Перехожу полностью на ручное управление. – Джерри попытался активировать панель напрямую. – Отказ систем. Падаю. Просчитайте траекторию.

– Сэр, он падает прямо на Вайоминг! – проорал кто-то в панике.

Послышался шум, кто-то куда-то побежал. Связь так и не отключили, и Джерри слышал все, что происходит в центре управления.

– Если он рухнет – разнесет полгорода.

– Это же армагеддон… – прошептал кто-то.


– Попробовать отвести его? – Кажется, это Люк.

– Как? Он входит в плотные слои атмосферы…

За стеклом кабины Джерри заметил первые язычки пламени.

– Почему он вообще оказался там? Мы же согласовывали другой район… – Этот говорил растерянно.

Пилотник все снижался, болтаясь из стороны в сторону.

– Разбираться будем после. – Голос Уолкера звучал как в тумане. – Рассчитать все возможные варианты!

– И невозможные! – Снова отец.

– Вариантов нет, учитывая скорость падения и ветра… Сэр, пилотник придется сбивать ракетами в воздухе.

– Что?! – Маршал уже не сдерживался. – Вы что, идиоты?! Там же мо… человек!!!

– К сожалению, сэр, выбора нет. Если он рухнет, пострадают сотни.

Молчание. Тяжелое и долгое. Затем снова отец.

– Джер? – Голос маршала звучал очень странно.

– Я все слышал. Дайте мне время. После прохождения верхних слоев я попытаюсь запустить систему. Если не удастся – сбивайте.

– Я не отдам этого приказа. – Отец почти шептал это.

– Отдашь. Тебе некуда деваться. Дайте расчет потоков ветра, попытаюсь катапультироваться в случае неудачи.

– Катапультируйся сейчас! – приказал командующий.

– Это невозможно, сэр, – вмешался кто-то. – На этой высоте он сгорит, а ниже… мы не сможем сбить чисто. Осколки упадут на город.

Джерри откинулся на спинку кресла. За стеклом кабины полыхало пламя. Охваченный огнем пилотник падал почти вертикально вниз, усиливая и без того тяжелые перегрузки. Пилот уже не видел, что творится по бокам от него, он изо всех сил старался не пропустить момент вхождения в нижние слои атмосферы. Если крылья не раскроются, это конец.

Вновь вспомнилась Анна-Бель, ее сияющие глаза тогда, в ресторане. «Именно поэтому ты стал пилотом?» Она ждала его. И Джерри не мог ее подвести.

Ни ее, ни отца, который сейчас стоял и беспомощно смотрел на экран, понимая, что должен отдать приказ убить своего единственного сына. Надо было действовать, и действовать очень быстро. Джерри еще раз бросил взгляд на панель. Приборы молчали. По всему экрану шла надпись: «Отказ идентификации».

– База, дайте высоту, – приказал пилот, голос был хриплым.

– Восемьдесят километров.

Самая плохая высота. Надо пролететь еще двадцать километров вниз и лишь потом пробовать.

– Что ты задумал? – Голос отца звучал напряженно.

– Попытаюсь вручную расправить крылья и спланировать на воду. Это единственный шанс. Если не получится – сбивайте!

– Маршал, системы готовы. Мы ждем вашего приказа.

Снова молчание, тяжелое.

– Сын, у тебя есть четверть часа, – наконец сказал командующий.

– Давай высоту каждые пять километров.

– Это безумие… – прошептал кто-то и осекся.

– Семьдесят. – Маршал-протектор отстранил диспетчеров. – Джер, ты меня слышишь?

– Слышу, – кивнул он.

К черту старые обиды! Главное, попытаться посадить пилотник и выжить. Отец ждет от него этого, Анна-Бель ждет, он не может подвести.

– Шестьдесят пять… – Долгое молчание. – Шестьдесят. Расправляй крылья!

– Рано. Я еще горю.

– Расправляй крылья! Это приказ!

Капитан Райс лишь усмехнулся. Выждав еще немного, он без особой надежды потянулся к очередной кнопке, дублирующей основную систему, нажал, затем потянул штурвал на себя, опуская нос. Пилотник несколько раз болтануло вверх-вниз, затем он выровнялся. Падение замедлилось. Повернув голову – периферийное зрение уже отказывало из-за перегрузок, – он увидел, что короткие крылья «птички» все-таки раскрылись.