Я и беременный босс

— Выключите кондиционер, пожалуйста.

— А сейчас что? Замёрзла?..

— Да, — поёжилась я.

— На улице — жара. Если я выключу кондиционер...

Я опять пошуршала пакетиком. У босса глаза едва ли не на лоб полезли.

— Что? Опять? А сейчас вас от чего тошнит?..

— От холода. Тошнота — защитная реакция моего организма, — соврала я, не моргнув и глазом. «Скоро и на тебя, Филиппок, такая же реакция разовьётся!» — мысленно добавила я.

Начальник остановил автомобиль и вышел. Странно... Что ему понадобилось?..

Через мгновение дверь автомобиля с моей стороны распахнулась, и босс накрыл меня пледом. Без единого слова. Быстро и аккуратно.

— Спасибо, — поблагодарила его я.

Автомобиль трону'лся с места, и незаметно для себя я задремала...

Меня разбудил лёгкий тычок в плечо.

— Что? Уже приехали? — хрипло спросила я, протирая глаза.

— Да, уже приехали. Вы проспали три часа в дороге.

Я незаметно утёрла с нижней губы ниточку слюны, пока босс вытаскивал чемоданы. Я потянулась и встала, сложила плед, протянув его начальнику.

— Нет, спасибо.

Филипп Борисович скользнул по мне насмешливым взглядом.

— Оставьте этот плед себе. Чувствую, что он вам очень понравился.

Я не успела поблагодарить босса, как он тут же выдал следом:

— Вы так блаженно пускали на плед слюни во сне.

Я посмотрела ему вслед. Обязательно было говорить последнее, да?.. Не мог сделать вид, что ничего не заметил?..

Никакого воспитания!..

И я, полыхая от негодования, сердито поплелась вслед за боссом в отель.Городок был захолустным, отелей в нём было всего два. Причём, один из двух отелей активно ремонтировали.

Я заранее забронировала номера в оставшемся отеле. Но в отеле нас ждал сюрприз.

— Нет брони на номера, — сказала девушка-администратор.

— Что? Я бронировала номера...

Босс оглядел меня насмешливым взглядом.

— Может быть, вы забыли это сделать, Анель?

— Да нет же... Я бронировала два одноместных номера. Один — класса «Люкс», второй — обыкновенный.

Администратор только развела руками.

— Свободных номеров мало... Когда вы бронировали номера?

— В начале недели. Во вторник, — уточнила я.

— А-а-а... Извиняемся за причинённые неудобства. Во вторник девочка работала, новенькая. Наверное, она что-то напутала.

— Не извиняю, — вмешался босс. — Нам нужны номера...

Администратор закивала быстро-быстро и уткнулась в монитор компьютера.

— Остался только один одноместный номер и несколько двухместных. Двухместный номер — общей площадью от 25 м2, с двумя раздельными кроватями и рабочей зоной с письменным столом. В стоимость номера входят завтрак «шведский стол», ежедневно две бутылки воды 0,5 л., чайный набор и посещение тренажерного зала, — проворно тараторила администратора отеля.

— Хорошо. Давайте нам двухместный номер, — обречённо вздохнул босс, махнув рукой.

Время уже было позднее, и усталость брала своё. Босс предложил мне отужинать в ресторане.


Ужинать мне не хотелось. Я вежливо отказалась от предложения начальника и легла спать. Следующий день обещал бьггь насыщенным...

Ночка тоже выдалась весёлой. Начальник проклинал местных поваров, зарекаясь впредь питаться в подобном «клоповнике», и нарезал круги по номеру, шествуя в известном направлении.

Я бы немного позлорадствовала. Но в номере не работал кондиционер, было душно и страшно хотелось пить. А потом, соответственно, хотелось писать. И словно нарочно, боссу заветная комната нужна была именно в те моменты, когда там находилась я.

В очередной раз позеленевший босс язвительно поинтересовался:

— Анель, вы решили выпить ежедневную норму питьевой воды этого отеля за нас двоих? Или только свою поллитровку успели приговорить?..

Отвечать что-то начальнику не было смысла.

Боженька уже наказал этого хама, заставив его преклонять колени перед фаянсовым сантехническим изделием.

Анель

Посещение обувной фабрики стало тем ещё испытанием.

Въедливый запах кожи и клея был таким насыщенным, что я едва выдержала обязательное посещение производства, пулей метнувшись на улицу. Радовало только то, что босс выглядел не лучше меня. Он ещё не пришёл в себя после ночных бдений.

Оказалось, что на этом наши мучения ещё не окончились. Нам нужно было посетить концерт в местном Дворце Культуры. Потому что Филипп Борисович был меценат-с и пожертвовал значительную сумму на обновление театральных декораций.

Я мужественно держалась на протяжение полутора часов на летней жаре, но потом сдалась. Я подумала, что начальник больше не нуждается в моих услутах и решила прогуляться до отеля.

До отеля было минут пять ходьбы. Я поплелась в направлении отеля, решив срезать путь через парк, и села на скамейку. У меня затрезвонил сотовый телефон.

Я перевела дыхание, чтобы не сопеть, как лошадь после скачки, и выудила телефон из сумочки. Звонил Гриша. Я удивилась.

Последний раз Гриша присылал мне дежурное сообщение с поздравлениями на день России. Больше ничего. Зачем ему понадобилось звонить мне сейчас?..

Я хотела сбросить звонок, но потом всё же ответила.

— Привет, Анель! — пылко поприветствовал меня Гриша.

Надо же!.. Анель... И не сокращает до «Аня»? Но я рано обрадовалась, потому что следом Гриша произнёс, не дожидаясь моего ответа.

— Ань...

— Привет, Гриша, — устало вздохнула я, чувствуя себя трёхсотлетней старутпкой. — Анель...

— Да-да, солнышко... Конечно, Анель... Я просто волнуюсь и путаюсь в словах, в буквах...

Так... Солнышком Гриша называл меня в самом начале наших отношении.

— Что-то случилось? — спросила я.

— Случилось! — трагически заявил Гриша. — Случилось то, что я — болван.

— Погоди, Гриша... Может, не всё так печально? — утешила я бывшего. — Может быть, врач погорячился с диагнозом?

— Анель... Я не о том. Я просто не знаю, как тебе сказать. Потому что чувствую себя самой последней свиньёй... Но на днях я видел тебя в городе. Издалека. И вдрут понял... Анель, я был слеп.

— Что?.. — спросила я, поражённая таким бурным потоком слов от бывшего.

— Я был слеп. Но я вовремя прозрел. Ещё не поздно всё исправить! — горячо заверил меня Гриша. — Я смотрел на тебя, красивую и счастливую... С круглым животом. И понял, что внутри меня что-то перевернулось.

— Гриша, я сто раз говорила, не увлекайся фаст-фудом!..

— Анель... Ты не воспринимаешь мои слова всерьёз. И я сам тому’ виной. Но я вдрут понял... Это было словно озарение. Да, пусть будет озарением. Но я понял, чего я лишаюсь!.. Семья... любимая жена... Я могу' быть счастливым, но сам несколько месяцев назад оттолкнуш своё счастье.

— Гриша? — спросила я. — Не понимаю, к чему’ ты ведёшь.

— Прости меня, — проникновенно сказал Гриша. — Я испугался ответственности и сбежал, как самый последний трус. Но теперь я понял свою ошибку. Я хочу исправить её. Хочу быть с тобой и с малышом... Позволь мне быть рядом.

Я едва язык не проглотила от удивления. Чувство, пронзившее меня насквозь, было сложно назвать удивлением. Это был лёгкий культурный шок, который огрел меня по голове, словно пыльный мешок.

— Анель. Не молчи, пожалуйста. Дай мне шанс всё исправить! Я уже три дня хожу сам не свой. Я не могу ни есть, ни спать... Я места себе не нахожу и постоянно думаю о тебе. Мне ужасно стыдно за то, каким слизняком я был в начале. Анель, ты просто чудо... Ты поступила очень мудро и смело, оставив ребёнка. Позволь мне участвовать в вашей жизни?.. Пожалуйста...

Надо же, как внезапно и неожиданно парня заела совесть.

— Скажи, к тебе сейчас можно прийти? — не отступал Гриша.

— Гриш, я сейчас не в городе... Я в рабочей командировке.