Я говорил, что люблю тебя?

На несколько секунд я застыла над стаканом. По-моему, это был самый жирный на свете напиток. При виде такого количества сливок меня замутило, лицо непроизвольно вытянулось в хмурой гримасе – я была не в состоянии даже в знак благодарности улыбнуться Тиффани. Дождавшись, когда они все посмотрят на меня, я опустила трубочку в стакан и втянула в себя глоток прохладного напитка. «Улыбаемся и киваем», – мысленно скомандовала я и четко выполнила свою команду, сделав вид, что это – самая крутая вещь, которую мне когда-либо доводилось пробовать. Когда же девчонки отвернулись, я быстро отставила стакан подальше от себя. Позже, когда все это растает на солнце, я прикинусь, что совсем о нем позабыла.

– Тот жуткий тип, который нас обычно обслуживает, любезно предоставил сегодня скидку, – сообщила Меган и, устроившись на полотенце, скрестила ноги. Она пальцем зацепила из стаканчика немного сливок и медленно его облизала. – А все потому, что Тифф с ним флиртовала.

– Я с ним не флиртовала! – возразила Тиффани и возмущенно хмыкнула.

Порывшись в сумке, я достала наушники, распутала их и нашла подходящий список воспроизведения. Потом легла на спину и праздно уставилась в небо. В наушниках гремела музыка, глаза прикрывали солнечные очки, ненавистный напиток стоял где-то в стороне, а вокруг сплетничали симпатичные девушки.

На пляже мы пробыли около пяти часов, на пирс решили не ходить, и когда мы с Рейчел вернулись на Дидре-авеню, я уже проголодалась. Слава богу, ужин у Эллы был почти готов.

– Твой папа что-то задерживается, поэтому с ужином придется немного повременить, – сказала она, когда я вошла в дом. – Ну, тебе понравилось на пляже?

– Угу, – ответила я. Вот, собственно, и весь наш разговор. Я пошла наверх, чтобы еще раз принять душ и приготовиться к поездке в Венис, Лос-Анджелес или Голливуд – с окончательным маршрутом мы так пока не определились, – и на лестнице после меня остались песчаные следы.

Я вымылась, оделась и была теперь полностью готова к выходу. Когда я на всякий случай подошла к зеркалу, чтобы еще раз убедиться, что аккуратно подвела глаза, снизу раздался голос отца. Значит, он наконец дома, и сейчас мы будем ужинать. Спустившись, я направилась на кухню, но чем ближе к ней подходила, тем отчетливей понимала, что говорит отец на повышенных тонах.

– Представляешь, что я только что видел? – Он просто кипел от злобы.

Медленно приблизившись к арке, я встала у стены и осторожно заглянула внутрь кухни. Элла была у плиты, отец – напротив Эллы, а прямо посредине между ними стоял Тайлер.

– Еду я себе по Эппиан-Уэй, чтобы закинуть по пути кое-какие документы, и угадай, кого я вдруг вижу на пляже?

Элла метнула взгляд на Тайлера.

– Я же велела тебе сидеть дома!

– Вот и я тоже подумал: «Тебя ведь наказали» и решил подойти спросить, что это еще за новости, – продолжил отец. – Твой сыночек сидит за столиком в компании парней, лет на десять его старше, и мечет на стол десяти-, двадцати- и пятидесятидолларовые купюры.

– Тайлер?! – Глаза Эллы сузились.

В ответ Тайлер покачал головой и хмыкнул:

– Бред собачий.

– Заткнись! – сорвался отец, закатывая кверху рукава рубахи и ослабляя галстук. – Я стоял буквально в двух шагах и, как последний дурак, смотрел, как он торгуется, выбрасывая денежки на стол. И как ты думаешь, что он сделал, когда ставка не сыграла? – Отец немного помолчал. – Затеял драку.

– Да этот козел мухлевал, – недовольно буркнул Тайлер, схватившись за столешницу и отклоняясь назад. – Я же не мог спустить ему этого с рук.

– Хочешь, чтобы тебя арестовали за нападение на человека? – Отец шагнул к Тайлеру, буравя его свирепым взглядом. – Провести жизнь в колонии для несовершеннолетних? Этого ты хочешь?

– Тайлер, ну сколько можно? – Элла, приложив руку ко лбу, тяжело вздохнула. Она выглядела скорее расстроенной, чем рассерженной. – Меньше всего я хочу, чтобы ты куда-нибудь вляпался.

– Здесь тебе не Лас-Вегас! – вклинился отец. И шагнул к Тайлеру еще ближе. – Какого черта ты творишь?

– Всего лишь живу. – Тайлер плотно сжал губы.

– Все. Сдаюсь. – Качая головой, отец развернулся, в знак поражения поднял руки вверх и вышел из кухни в патио. Ему явно не хватало свежего воздуха.

Элла открыла было рот, но так и не успела ничего сказать – хмыкнув, Тайлер вылетел в коридор. Я отскочила за угол, чтобы освободить ему проход, надеясь, что он меня не заметит. Не тут-то было. Развернувшись, он окинул меня пытливым взглядом.

– Я ведь должен тебя прихватить?

Как же мне не хотелось ехать с таким дерзким типом! Он и на дороге наверняка делает что хочет: ограничение скорости для него – пустой звук, да и сбить зазевавшегося ребенка ему – раз плюнуть.

– Вроде того.

– Я уезжаю прямо сейчас, – сказал Тайлер непререкаемым тоном. – Поэтому либо идем, либо оставайся.

Он резко выдохнул и направился к двери. Элла окликнула его, запрещая покидать дом, но он даже не остановился.

Я оглянулась на кухню. Элла едва сдерживала слезы, отец задумчиво бродил взад-вперед по двору. Что-то для приятного времяпрепровождения эта компания казалась весьма сомнительной – оставаться здесь не хотелось. Вздохнув, я метнулась к входной двери. Тайлер уже почти дошел до машины.

– Подожди, – окликнула я его.

Семейный ужин так и не состоялся.





8





Машина Тайлера была припаркована диагонально тротуару и парковочной разметке. Это до какой же степени надо выйти из себя, чтобы так встать? Явно он был тогда на взводе – не меньше, чем сейчас. Тайлер распахнул дверцу и помедлил, встречая меня пристальным взглядом.

– Что? – спросила я, приблизившись.

– Ну? – требовательно спросил он и, подняв брови, кивнул на машину. Я пробежалась глазами по белому кузову в поисках чего-либо необычного, однако ничего не заметила. – Ты хоть знаешь, что это за автомобиль? – Тайлер посмотрел на меня так, словно я полная идиотка, которая впервые в жизни слышит о подушках безопасности. Чтобы не ошибиться, я на всякий случай обошла авто и взглянула на логотип. Четыре сцепленных металлических кольца.

– «Ауди»?

– «Ауди Р8», – снисходительно поправил Тайлер с надменной ухмылкой.

– И что? Надо, хлопая в ладоши, прыгать от восторга?

Он положил руку на верхнюю кромку двери и засмеялся.

– Какие же вы, девчонки, бестолковые. Ты упала бы в обморок, если бы услышала, сколько она стоит.

– Да пошел ты! – буркнула я, качая головой, и потянулась к двери и скользнула внутрь. Ничего себе! В салоне стояло лишь два кресла, вокруг – лишь кожа и металл. Наверное, это и в самом деле была очень дорогая тачка. Пришлось прикусить язык.

– Позвони Тиффани, – сказал Тайлер, сев рядом и закрыв дверцу. Резко дернув кистью, он швырнул мне на колени свой телефон и завел двигатель.

– Ты имеешь в виду свою девушку? От которой ты то отлипнуть не можешь, а то вообще не замечаешь?

Уголки губ Тайлера поползли вверх, мой желудок, наоборот, заклокотал от возмущения. В жизни не встречала человека с таким обширным набором недостатков, который к тому же еще и думает, что все вокруг достойно осмеяния.

– Вот дурак! – тихо пробормотала я, сгребла телефон и, отклонившись от Тайлера, уставилась в окно. Тайлер дал по газам, и машина рванула вниз по улице.

– Позвони, – снова сказал он. – Потому что я не знаю, куда ехать.

Вздохнув, я выпрямилась и, перевернув телефон, посмотрела на экран.

– Код?

– Четыре, три, пять, пять.

Я быстро ввела цифры и, разблокировав аппарат, залезла в «контакты».

– Ее номер у тебя в «любимых», на каком-то кодовом слове или…

– Ага, на слове «ад», – цинично ответил Тайлер. Несмотря на то, что он был в своем репертуаре, это не мешало ему внимательно следить за дорогой и крепко держать в руках руль. – Звони.

Подчиняясь просьбе, а скорее, требованию, я пробежалась по списку контактов и нашла номер Тиффани. От моего внимания не укрылось, как много у него контактов, и большинство абонентов – девушки. Я набрала Тиффани.

– Малыш, что случилось? – отозвалась Тиффани.

От такого обращения я сморщила нос.

– Это Иден. Тайлер ведет машину. Куда мы сегодня едем?

– К знаку Hollywood, – мгновенно ответила Тиффани. – Все сошлись на том, что обязательно надо тебе его показать. Это потрясающе. – От предвкушения чего-то необычайного я закусила губу. Мне всегда очень хотелось там побывать, и хотя поехать в Венис тоже было бы здорово, все-таки я обрадовалась, что они выбрали именно Hollywood. – Вы уже выехали?

– Да-а. – Я заикнулась, потому что машину резко бросило в сторону. Водитель из Тайлера оказался никудышный. Непонятно, как вообще ему дали права.

– Сейчас напишу остальным, узнаю, готовы ли они. В любом случае, встречаемся на месте, – четко проговорила Тиффани. – Включи на секундочку громкую связь.

Я отняла телефон от уха и, нажав нужную кнопку, поднесла аппарат поближе к Тайлеру.

– Да? – сказал он. Стоило ему лишь на какое-то мгновение опустить взгляд, как пришлось тут же резко тормозить, потому что впереди был знак «Стоп», который он заметил слишком поздно.

– Целый день тебя сегодня не слышала! – донесся из динамиков голос Тиффани. Тайлер пренебрежительно закатил глаза. – Мать тебя простила?

Тайлер предостерегающе покачал мне головой.

– Не-а. Весь день проторчал дома, – ответил он.

– Фигово, – сказала Тиффани. Бедная, бедная девочка. Пребывает в полном неведении. – Просто не терпится тебя увидеть! Постараемся приехать побыстрее. Ждите у ранчо «Сансет».

– Договорились.

– Люблю тебя!

– Угу. – Тайлер взял у меня из рук телефон и нажал «отбой». Зевнув, откинулся на спинку кресла и пригладил рукой волосы.

Я хмыкнула, не в силах поверить своим ушам, глаза округлились от удивления. С каждым днем, с каждым часом он вынуждал меня презирать его все больше и больше.