Игрушка олигарха

— Угу, и где этот партнер сейчас? — недовольно протянула женщина.

— За дверью стоит! — послышался голос Рогозина. Ничего не смогла с собой сделать — прыснула со смеху. Доктор и сама заулыбалась и подмигнула.

— А чего с собой не взяла? — спросила она.

— Не заслужил, — громко ответила. Я, конечно, все еще злилась на него, но мысль, что он не ушел, был рядом в такой тяжелый момент, приятно грела. Я была готова пройти через это.

— Ну, как знаешь! Итак, давай-ка, милая, посмотрим, что там у тебя. — Доктор вылила немного холодного геля на мой живот и надавила сканером. Тошнота вернулась, а я поморщилась и закусила губу.

— Как ощущения? — уточнила женщина.

— Не самый приятные. А долго еще?

Она какое-то время задумчиво рассматривала экран, еще один весел прямо надо мной, но ничего толкового я там не разглядела. Так и знала, что внутри меня все серо-черное.

— Хм. Задержка, три недели, говоришь?

Я кивнула в подтверждение.

— А раньше такие сбои в цикле были?

Призадумалась и покачала головой.

— Вообще-то, я не особо следила. Календарик не вела. Просто страдала, когда они начинались. Первые дни довольно болезненные.

Доктор слушала, продолжая пялиться в экран.

— Но после того, как начала принимать противозачаточные, боль притупилась, — добавила я на всякий случай.

— Вот! — воскликнула она и отложила сканер. — Что за препарат? Как давно принимаешь, и дата последнего приема?

Название я вспомнила, как и дату. После нашей последней ночи, когда я соблазняла Диму с применением наручников, отложила таблетки в дальний ящик. О чем я вспомнила еще, так это о рекомендации врача не совмещать противозачаточное с алкоголем.

— Вот блин! — воскликнула я. — Они не подействовали, да?

Доктор вытерла остатки геля, откинулась на спинку кресла и посмотрела на меня с неким укором.

— Юлия Алексеевна, — начала она, и я затаила дыхание. — Выдохни! Плода внутри тебя нет.

И я выдохнула с огромнейшим облегчением. Неописуемым. Словно, гора с плеч упала, словно, мне свыше дали второй шанс. И жизнь показалась не такой уж угрюмой.

— Задержку мог вызвать препарат. Не знаю, кто тебе его назначал, но он не самый лучший. Я тебе другой выпишу. Еще, как вариант, если ты пережила стресс…

— Пережила! — тут же заверила я.

— Ну вот! — Женщина принялась заполнять мою карточку. — На фоне этого могла быть и тошнота. Но я бы тебе посоветовала обследовать желудок. Знаю я вас, студентов. Едите что попало и то не всегда, да?

— Да, — скромно согласилась я. Сейчас была согласна на что угодно. Ничто бы не сравнилось с ужасами незапланированной беременности в восемнадцать!

— Вот! — Она протянула мне листок с названием противозачаточным и рекомендациями. — Береги себя! Юная совсем. Отучиться нужно нормально, а потом уж семью заводить. Это я личным опытом делюсь.

— Спасибо! — искренне поблагодарила я, вставая на ноги. Меня немного шатало, ни то ли от счастья, ни то ли от слабости. Лучше желудку-то не стало.

— Бери своего партнера, и идите прямиком в больницу, — добавила она, когда я схватилась за ручку двери. — А можно и по скорой.

Кивнула, открыла дверь и наткнулась на мрачную мину Дмитрия Сергеевича.

— Мда-а-а, — протянула доктор Берн. — А партнер ведь на неопытного не похож.

Дима вежливо попрощался и повел меня к администратору. Я так нервничала, когда бежала сюда, что совсем не подумала о деньгах. В кошельке была всего сотка, но к тому моменту, как я обнаружила это, Рогозин уже расплатился.

А после открыл для меня двери на улицу.

Я остановилась на крыльце и, закрыв глаза, вдохнула прохладный воздух полной грудью. Пронесло!

Теплые руки поползли по моим плечам к животу, а к спине прижалась твердая грудь. Дима чмокнул меня в макушку, и мы просто стояли так, словно и не было тех жутких трех недель страдания.

На мгновение мы притворились, что в мире больше никого не было. А наших чувств достаточно для того, чтобы согреть друг друга в самую холодную пору.






Глава 26




Дима первый разбавил тишину.

— Поехали?

— Куда? — возмутилась я. То, что его с Надей больше ничего не связывало, вовсе не означало, что я так просто брошусь ему на шею. Между нами все еще была пропасть.

— В больницу, — твердо заявил Рогозин. — Что доктор сказала? Ты себя видела? Зеленая, как овощ.

И тут Дима окончательно меня добил:

— Питалась одними крекерами и консервами.

Я разорвала объятия и с укором взглянула ему в глаза.

— Ты совсем обнаглел? — Это впервые я позволяла себе подобный тон. Но, даже несмотря на его недовольный, даже злой взгляд, ни страха, ни стыда не испытывала. — Камеры у меня установил, да? А ты знаешь, что это незаконно? Ну да, тебе же на все и всех плевать с высокой горы.

Высказавшись, я развернулась, намереваясь уйти, но Рогозин схватил меня за руку. Последнее слово всегда за ним, как я могла забыть?

— Только на кухне и в коридоре, — вдруг отчитался он. — В гостиной и в спальне прослушка. И в телефоне. Еще Санек присматривал за тобой, когда выходила.

Он развернул меня к себе лицом.

— Думаешь, я мог бы так просто оставить тебя после того, что учудил этот гнида бритоголовый?

Он с минуту проникновенно смотрел мне в глаза, ожидая понимания. И в какой — то мере я даже была благодарна ему за заботу. Меньше всего мне хотелось разборок с бывшими друзьями Димы.

Кивнула.

— Но теперь — то можешь это все убрать и перестать заниматься чепухой.

Он недовольно покачал головой.

— Теперь я лично присмотрю за тобой.

И словно по сигналу к крыльцу подъехал знакомый седан. Из него вышли Сенечка и Санек — тот самый охранник неприветливой наружности, которого я встретила в квартире Димы.

— Доброе утро, Юлия Алексеевна, — поприветствовал меня Саша и открыл заднюю дверцу. Арсений просто кивнул и улыбнулся самой искренней улыбкой. Он мне всегда нравился.

— Спасибо, — съязвила я. — Сама как — нибудь доберусь.

— Юляш, — шепнул на ухо Дима. Видимо, не хотел устраивать сцен при своих подчиненных. — Если сама не сядешь, я тебя украду.

— Посреди бела дня? В людном месте? — с сомнением спросила я. — О — очень сомневаюсь, Дмитрий Сергеевич.

Улица и в самом деле была оживленной. Из — за угла даже выехала патрульная машина, и я, послав Димке победный взгляд, смело пошла в сторону дома. Вслед мне послышалась отборная ругань. Улыбнулась! Настроение заметно улучшилось, и желудок перестал ныть. Вот! Еще ромашкового чайку попью, и все устаканится. Вспомнила о родителях. Они ведь ждут, а я даже не позвонила.

Почувствовав спиной взгляд, обернулась. Дима тихо шел следом, а парни почти бесшумно «крались» за мной на машине. И лица у последних были отчего — то очень счастливыми.

— Это ты меня так провожаешь? — поинтересовалась я.

Дима покачал головой и догнал меня.

— Нет. Это я выжидаю.

— А — а — а, — понимающе протянула я.

— Угу. Вот сейчас, смотри, — он указал пальцем куда — то вперед, и я проследила взгядом. — Гайцы за угол завернут, и я тебя точно украду.

Я и пискнуть не успела, как он схватил меня за талию и всунул в салон машины, двери которой уже были открыты ловким охранником.

— Рогозин! — зашипела я. — Пусти!

— Дмитрий Сергеевич, у вас нет чувства дежавю? — издевательски протянул Сеня.

— Предатель! — крикнула я ему.

— К Павловскому рули давай, — строго приказал Дима. — Сань, а ты позвони, предупреди.

Еще с минуту я вслушивалась в телефонный разговор, из которого сообразила, что меня везли в какую — то частную клинику к какому — то крутому специалисту. Дима все это время держал меня за талию одной рукой, а второй успокаивающе гладил по голове и плечам. Я изредка на него шипела и огрызалась, как и положено обиженным на весь мир девицам.