Идеальное искажение
Часть 10 из 32 Информация о книге
– Я бы… Он меня поцеловал, не позволяя договорить. Снова это чувство. Мерзко, противно, но одновременно… я же хотела этого, верно? Я хотела, чтобы он принадлежал мне, чтобы я не оставалась одна в это сложное время, чтобы рядом был человек, кто сможет меня защитить, как говорил Артемис… Нет. Всё это не должно было произойти вот так. Я не знала, почему Денис пришёл сюда. Было ли это его желание, или всё случилось потому, что он находился на улице, я – на балконе, а сегодня дул ветер? Его рука заскользила по моей шее. Он прижимал меня к себе так, будто я была его надеждой на спасение. Он делал это потому, что хотел сам, или потому, что само мироздание искажалось, когда я была рядом?.. Я с силой оттолкнула Дениса и отодвинулась. Утёрла губы рукой, меня трясло, я не могла сосредоточиться. Всё, что я знала – я не хочу этого. Нет. Не так. Только не так… Денис замер, напряжённо глядя на меня. – Ян… – Нет, – выдохнула я. Даже не посмотрев на него, поднялась с лавочки, зажмурилась, покачала головой. – Только не так. Не здесь. Не сейчас. Никогда… – Яна, послушай! Я сорвалась с места и понеслась прочь оттуда. Денис что-то кричал вслед, потом у меня звонил телефон, но я не обращала внимания. Мне нужно было найти безопасное место. Мне нужно было домой… Только после того, как за мной закрылась дверь в квартиру Магдалены, я смогла перевести дух. Я прижалась спиной к двери, опустилась на пол и закрыла глаза, даже не включив свет. Вот что имел в виду Артемис, когда говорил, что этот дар искажает всё вокруг. И мир, и людей, и даже мой разум. Он подчиняет себе всё, не позволяя понять, где реальность, а где мои желания. И мои ли эти желания? Телефон звякнул снова. Помедлив, я потянулась к нему, достала из кармана и принялась разбирать уведомления. Пару раз звонил Саша, спрашивал, не буду ли я против, если он сегодня вечером зайдёт. Я уже собиралась ответить отказом, но в последний момент всё же решила – стоит согласиться. Мне всё ещё нужен был человек рядом, в котором я могу быть уверена. Он рассказывал, что работает в Саратове, а на выходные уезжает в Белоглинск к друзьям, значит, я могла бы поехать вместе с ним. Путешествовать одна, даже на такие маленькие расстояния, я боялась. Несколько пропущенных, конечно, были от Дениса. Его номер не был записан в списке моих контактов – удалила однажды в процессе перепадов от любви до ненависти и обратно – но я знала его номер наизусть, а потому могла опознать. Кроме звонков было ещё сообщение, и я, забыв, как надо дышать, открыла его. «Детка, мы не закончили то, что начали на выпускном. Клянусь, я сделаю всё для того, чтобы тебе было хорошо. Позвони мне, давай встретимся…» Искажение всегда исполняло то, ради чего было запущено, и исправить это было невозможно. В тот день, когда всё началось, я пожелала вернуть Диму к его девушке, а Дениса… Дениса я просто пожелала. Получите, распишитесь… Теперь мне было вдвойне страшнее возвращаться домой и в три раза сильнее захотелось увидеть Сашу. Даже если он тоже появился рядом только потому, что искажение играло нашими жизнями, рядом с ним хотя бы не было страшно. И ему хотя бы хотелось доверять. Господи, дожить бы только до его прихода. И до прихода помощи от Артемиса… Саратов. Пятое июля, утро Помощь от Артемиса так и не пришла. Я связывалась с ним несколько раз, но он сказал, что что-то пошло не так, и пока мне придётся ещё немного подождать. «Даже с таким могущественным и подчинённым искажением я не становиться всемогущий, – писал он, и я ощущала горечь, исходящую от этих строк. – Потерпи немного. Когда я всё уладить, помощь быть обязательно». Как будто у меня был выбор. Спасибо хоть Саша пришёл – мы провели вместе прекрасный вечер, и он снова поклялся оберегать мой сон и разбудить, если мне снова приснится кошмар. Засыпая, я чувствовала, как он сжимает мою руку, и невольно думала о том, как мне повезло, когда я его встретила… На этот раз мне снилось моё детство… хотя, возможно, это был не сон, а мимолётное воспоминание, мелькнувшее в полудрёме. Я была маленькой девочкой в цветастом платье, гуляющей в одиночестве во дворе. Лето, раннее утро – кажется, часов восемь, может быть раньше. Я знала, что в нашем дворе есть ещё ребята, но, видимо, ранней пташкой среди них я была одна. – О, Яна! – послышался откуда-то сверху голос. – Ты Лизу ждёшь, да? Я завертела головой, посмотрела вверх. На меня смотрела незнакомая женщина и улыбалась. Я растерянно отошла в сторону, не зная, что ответить – я понятия не имела, кто такая Лиза. – Сейчас она выйдет, – пообещала женщина и исчезла в квартире. Я растерянно смотрела по сторонам, не понимая, о ком речь. На всякий случай я отошла в сторону и уже собиралась уйти на площадку, как вдруг из подъезда вышла незнакомая милая девочка. – Привет, Ян! – улыбнулась она. – Пойдём? Это был наш первый день знакомства с Лизой – точнее, первым он был для меня, мы явно встречались до этого, но я этого не помнила. И потому для меня так удивительно было, что эта незнакомая милая девочка так ласково со мной общается, что это воспоминание осталось со мной до сих пор. – Я так соскучилась! – улыбнулась Лиза и обняла меня. – Так давно не виделись… Что-то загрохотало в стороне, и сон оборвался. Я открыла глаза и уставилась в потолок. К горлу подкатил комок. Кажется, я начинаю понимать, что это значит – потерять её. Мы были вместе с самого детства, и… – Да, я думаю, это был приступ, – послышался голос Саши из другой комнаты. – Во всяком случае, он был очень похож на настоящий. Он немного помолчал. Я повернулась на другой бок, зажмурилась, обняла себя за плечи. В комнате было прохладно, тянул сквозняк – видимо, балкон был открыт. – Ну знаешь, я ещё ни разу не видел, чтобы приступы начинались на подъёме, – продолжал Саша. – В смысле, в ранней фазе подъёма, а у неё явно ранняя фаза… если она есть. И… Он снова замолчал. Я накрылась с головой каким-то пледом или тонким одеялом, лежавшим рядом, как будто надеялась, что это поможет мне укрыться от голоса Саши и остаться наедине со своей болью. Не помогло. – Слушай, в этой ситуации мы не можем знать точно, ясно? – вспыхнул Саша. – Я выбрал её потому, что ей была нужна помощь здесь и сейчас! И да, если помощь понадобится где-то ещё, я поеду туда. Всё просто! Я приподнялась, вытащила подушку и накрыла ею голову. Но даже это не помогло мне заглушить его голос. – Всем тяжело, Лукич, всем без исключения, – с горечью сказал Саша. – Считай, что мы на войне, что выбираем, кому жить, а кому умереть. И тут приходится думать головой, а не сердце слушать. Понял? Я застыла. Страшно было подумать, о чём он мог так говорить. Подушка съехала с головы и упала на диван рядом, я стянула с себя одеяло. – Набери меня, если новости будут, – сказал Саша. – Пока выжидаем. Всё, до связи. Послышались шаги. Я поспешно укрылась одеялом и притворилась спящей. – Если что, я всё слышал, – раздался над ухом голос Саши. Я не пошевелилась. Почувствовала, как он опустился на диван рядом, положил руку на моё плечо… и резким движением стянул одеяло. Яркий свет ударил в глаза, я сжалась в комок и отвернулась. – Эй! – Не хочешь рассказать, что тебе снилось? – спросил Саша. – Я слышал, как ты плакала. Клянусь, я кожей чувствовала, что вопрос был о тех снах, где я разговаривала с двойниками, но именно об этом мне хотелось говорить меньше всего на свете. – И с чего я должна говорить с тобой об этом? – буркнула я. Попыталась нащупать одеяло и снова завернуться в него, но Саша снова не позволил. На этот раз он полностью стянул его с меня, и я осталась беззащитной перед сквозняком, тянущим с балкона. Интересно, был бы он таким смелым, если бы знал, что на самом деле со мной происходит и при каких обстоятельствах? – Считай, что я начинающий Зигмунд Фрейд или Карл Юнг, – усмехнулся Саша. – Ставлю диагнозы по снам, и… – Ни тот, ни другой не ставили диагнозы по снам, – простонала я. – Дай поспать, а? – Ну, значит, будем считать, что это мой способ познакомиться поближе, – не унимался Саша. – Ну давай, чего тебе это стоит? На мгновение я даже зависла. И обернулась, чтобы убедиться, что он не шутит. – В смысле? – В прямом, – Саша пожал плечами. – Если хочешь узнать что-то о человеке, узнай, что последнее ему снилось. Он смотрел на меня и улыбался так, что на мгновение я подумала о том, что смогу сдаться. Но не успела даже рот раскрыть – в стороне послышался щелчок, и уже через мгновение входная дверь распахнулась. – Спасибо, Наталья Николаевна, я обязательно зайду, – послышался напряжённый голос Магдалены. – Сейчас, подожди, цветок-то отдам, – отозвался голос хозяйки квартиры. Она вернулась. Хвала небесам. Я села, оглянулась на Сашу, он кивнул. Наверное, мне стоило первой подойти – в конце концов, о том, что здесь за последнее время побывало больше народа, чем мы договаривались, она не знала. – Я попозже заберу, – выдавила Магда. – Наталья Николаевна, пожалуйста… – Нет, сейчас! – властно отозвалась хозяйка. – Знаю я вас, усвистите и опять ничего не сделаете! Саша отвернулся. Я поискала взглядом свои джинсы и футболку, стянула пижаму и быстро переоделась. Из коридора послышался стук, звон ключей. Я хлопнула Сашу по плечу, соскользнула с дивана и направилась на выход из комнаты. Магдалена стояла растерянная на пороге квартиры, а невидимая из-за кучи курток хозяйка протягивала ей раскидистую домашнюю пальму в половину человеческого роста высотой, высаженную в огромный круглый горшок. Магдалена рядом с ним казалась ещё более маленькой и худенькой, чем была на самом деле. – Да ты брось свои мешки-то, – комментировала хозяйка. – Тут донести-то… – Не надо, пожалуйста, – выдохнула Магда. – Бери давай! Что-то изменилось, я даже не могла объяснить, что именно; это было похоже на то, как будто прямо в коридоре подул ветер, но движения воздуха не чувствовалось. Магдалена застонала и упала на колени, накрыла руками голову. Резко дёрнулась и упала на пол пальма, послышался звон разбившегося горшка, земля рассыпалась по полу. Я не успела пойти на помощь – из комнаты вылетел Саша и, оттолкнув меня, бросился к Магде. – Уходите к себе! – велел он хозяйке. – Ей плохо, не до вас сейчас! – Но это… – Идите! Всё решим потом! Хлопнула дверь, вздрогнули висевшие на вешалке куртки. Я собиралась подойти к Магде, но Саша, как будто почувствовав мой порыв, жестом попросил остановиться. Магдалена сжалась в комок, раскачивалась из стороны в сторону, и то, как чёрная земля рассыпалась по её белому платью, было видно даже в полумраке коридора.