Хочу тебя. И кофе…

– Нет же! Мы виделись на улице, и он просил встретиться после работы. Сказал, будет меня ждать.

– Ты его боишься? – я нашла взглядом Лота – вышибалу в нашем клубе. – Если что, у меня есть человечек. Он за полсотни баксов так разукрасит твоего Люция, что родная мама не опознает.

– Я не его боюсь, Рут, – Файнис снова всхлипнула, – а себя рядом с ним. Мне его не хватало. Не знаю, как это объяснить. Наверное, я просто идиотка или больная. Но я волновалась за него. Было бы за кого!

Я усмехнулась:

– Ясно. Ладно, приеду сегодня к тебе. Попробую уговорить кого-то из парней отвезти, и всё равно, выйдет только ближе к полуночи. Созвонимся после моего выступления, напомнишь адрес. Вечно его забываю. Всё, детка, мне пора! Долларовые купюры сами ко мне в трусики не залезут!

Поехать к Файнис удалось только спустя час, хорошо ещё, что Билли согласился стать моим водилой.

– Когда вернёшься? – спросил он, останавливаясь у нужного дома. Уже давно стемнело, но фонари на улице светили ярко, как днём.

– Как только высушу слёзы на хорошеньком личике Фай, – ответила я, страстно целуя Билли. – Замените меня завтра на какую-нибудь недотёпу. Хочу, чтоб народ хорошенько соскучился по мне.

– Как скажешь, детка, – он шлёпнул меня по заду, пока я выбиралась из тачки. – Пока! Привет мышке!

Тачка с визгом пропала из виду, а я пошла в подъезд, запрокинув голову и вглядываясь в окна. Где-то на седьмом этаже грустила одна глупая девчонка, сама не понимающая, чего хочет от жизни.

В зеркальном чистеньком лифте со мной оказались два старика. Бабулька крепко прижимала к себе мужичка и смотрела на меня враждебно. А вот дед не сводил влюблённых глаз с розовой лакированной мини-юбки.

– Сама тащусь, – сказала я ему, улыбнувшись. – У меня и бюстик в тему есть. Показать?

– Да как вы смеете? – бабулька яростно схватила мужика за голову и чуть не свернула ему шею, отворачивая. – Не смотри, милый, у тебя слабое сердце. Такая вульгарщина!

– Да, – хрипло ответил дедок. – Ты, безусловно, права, Мейбл.

– Конечно, она права, – заметила я. – Лучше смотри на свою сморщенную ягодку и будь здоров. А то у меня дефибрилляторов карманных с собой нет.

Оба обернулись с дико возмущёнными лицами, но тут двери лифта открылись, и я, послав старику воздушный поцелуй, покинула парочку, пожелав им неспокойной ночи.

Дальше я должна была, наконец, попасть к подруге, но в коридоре, у её двери, меня ждал сюрприз. Высокий такой, блондинистый, с потрясающими голубыми глазами.

Ну как потрясающими – глаза были действительно выразительными. Но волосы… Не терплю блондинок, блондинов. В моём вкусе всегда были брюнеты…

И ёжику было понятно, что передо мной тот самый – грёза Файнис, о котором она мне все уши прожужжала, как бы сама при этом не оправдывалась.

Мужчина стоял у нужной нам двоим двери, нерешительно перетаптывался, явно собираясь постучаться, и тут же передумывая.

Я медленно подошла ближе, по привычке покачивая бёдрами. Вынула жвачку изо рта и залепила глазок двери Файнис, чтобы та, не дай боже, не выглянула. Я ей, между прочим, собираюсь личную жизнь устроить, а то она сама может ещё полвека в недотрогу играть.

Малость офигевший от моих действий мужчина смерил меня долгим и пронзительным взглядом.

– Ты ничего не перепутала, милочка? – презрительно произнёс он, кривясь. – Здесь девочек по вызову никто не ждёт.

Я фыркнула.

– А вы хамло, Люциус. Или как вас там.

Глаза блондина округлились. Я же, не обращая внимания, впечатывала жвачку в окуляр глазка. Резинка, как назло, клеиться не хотела.

– Запахло дешёвкой, – произнёс он.

– Это вы зря. Между прочим, жвачка со вкусом ананаса и мяты – новый вкус, обещает массу положительных впечатлений и приятный аромат – парировала я, наконец отвлекаясь от глазка и поворачиваясь к собеседнику. – Что, чувство вины замучило? Или мстить?

– Ты кто вообще такая? – свирепея, прошипел мужчина.

– Не шипи! Шипелка отвалится, – хохотнула я. – Я – лучшая подруга Фай.

Глаза блондина, кажется, приготовились вывалиться из орбит.

– Ты?! Лучшая?! – не поверил он.

Я кивнула.

– В общем, слушай меня, – продолжила я. – Ты – редкостный козёл, и дружок твой тоже. Вы крепко обидели Фай, и если бы я её не знала, то спустила бы тебя прямо сейчас с лестницы.

Люциус фыркнул, явно не веря в мои способности. Хотя это он зря. Работая в стрип-клубе и не такому научишься, чтобы защитить себя от пьяной клиентуры.

– Но ты типа вся такая небезразличная и очень переживаешь за подругу, так? – в его глазах сверкнуло бешенство.

– Типа того, – кивнула я. – Угадал. И так как переживаю за неё, то хочу добра. Но не уверена, что ты – то самое добро, хотя она скучает. После ваших игр Фай превратилась в собственную тень. Прикрывается дорогими шмотками и холодной улыбкой, как у дохлой рыбы… но это не она! Так вот, если ты пришёл мстить…


– Нет. Я пришёл поговорить с ней, – смилостивился и ответил Люциус. – Мне больше ничего не нужно. Только разговор с Фай.

– Отпад, – я похлопала его по груди, чем вызвала новую порцию негодующих взглядов. – Тогда давай ключи от квартиры, где остановился. Или отеля, неважно. Что там у тебя?

Я призывно поманила пальцами, намекая чтобы он шевелился побыстрее.

– Ты рехнулась? – не понял меня мужик. – Какие ключи?

– Простые, – пожала плечами я. – У тебя есть два варианта. Первый – ты упрямишься, и тогда я иду вместе с тобой в квартиру к моей лучше подруге. И разговор у вас сто пудов не сложится. Потому что я буду там. Всю-всю ночь. Смотреть за вами, слушать вас, подначивать Фай… Либо вариант два. Ты даёшь мне ключи, и так как мне негде ночевать, я перекантуюсь там эту ночь. У тебя же появится отличная возможность поговорить. Без свидетелей.

Послышался скрип зубов. Похоже, Люциус мучительно соображал, при этом продолжая пялиться на меня так, будто мечтал прожечь во мне смертельную дыру.

– Думай быстрее, – поторопила я. – У меня и так был тяжёлый день, я устала, хочу спать. А у Файнис точно найдётся для меня местечко.

– Стерва! – выдохнул блондин, сдаваясь. – Отель «Гранд», номер на имя Люциуса Мелроуза. Скажешь, что ты мне кем-нибудь приходишься. Мне перезвонят, я подтвержу.

Я ослепительно улыбнулась.

– Вот видишь, какой ты сообразительный, – похлопала я по плечу этого змея. – А потому благословляю тебя на примирение с Фай. Если что, даже замолвлю за тебя хорошее словечко.

– И почему у меня ощущение, что твоё доброе словечко обойдётся мне дорого? – медленно, но недовольно произнёс ухажёр Фай.

Я улыбнулась ещё шире.

– Потому что ты умный человек с бизнес-жилкой. Всё видишь заранее, – похвалила я его. – А теперь всё, чао-какао.

Я круто развернулась и двинулась к выходу из этого здания.

– Постой, – донеслось вслед. – Как тебя зовут вообще?

– Рут! – ответила я. И, обернувшись, добавила: – Скажи ей, что я приходила, но не смогла остаться. И учти, Мелроуз. Если ты обидишь Фай, я тебе точно яйца оторву. Без шуток.



Файнис

Звонок в дверь раздался как раз в минуту моего отчаяния. Я уже собиралась снова звонить Рут.

Где её носит, когда она так нужна?

Открыла дверь, даже не спрашивая, кто там, и… обмерла.

– Ты?

– Я, – покаянно согласился Люциус. – Пустишь?

– Нет.

– Тогда мне придётся просидеть у твоей двери всю ночь, – как-то слишком спокойно согласился он.

– Не нужно, – я постаралась вернуть себе самообладание. – Ко мне вот-вот должен прийти Ру… Роберт. Мой бойфренд. Сомневаюсь, что ему понравится твоё тело на пороге любимой женщины.

– Ого, Роберт? – Люциус покачал головой. – Ты совсем не умеешь лгать, Фай.

– Умею! – упрямо заявила я. Опомнившись, добавила: – Это не шутка. У меня есть мужчина, и он скоро придёт. Я думала, это он.

– Та, кого ты ждёшь, не придёт, – Люций облокотился на дверной косяк, устало вздохнул. – Рут ушла.

– Что ты ей наговорил?! – вспылила я. – Какого чёрта?!

– Я?! Помилуй, – он вымученно рассмеялся, и у меня отчего-то сжалось сердце – таким несчастным выглядел Мелроуз. – Эта твоя подружка – просто ураган в мини-юбке. Отняла ключи от моего номера в гостинице и благословила на разговор, а потом умчалась покорять ночной город.

– Предательница, – я покачала головой. – Это не похоже на неё.

– Она сказала, что у нас ещё не всё потеряно, Фай. Это меня обнадёжило.

– Зря. Уходи, – я попыталась закрыть дверь.

К моему удивлению, Люций не стал сопротивляться. Просто отошёл и замер, стоя напротив. Последнее, что увидела – были его глаза. Просящие, а не приказывающие.

В носу защипало.

– Я не буду плакать из-за него, – приказала себе тихо. – Больше никогда.

Посмотрела в глазок.