Граница лавы

Все сидящие за столом посмотрели на главного механика, седоватого гоберли, засидевшегося в звании капитана.

– Сэр, мы и так все сроки оттягивали, сколько было возможно. И командир просил – оттягивали, и вы просили – опять переносили. А у нас уже из компрессоров излучение шарашит так, что клепки в несущих конструкциях плавятся. Мы вот тут разбирали «тэ-восьмой», так пришлось эти клепки вышибать лазерным индуктором – прикипели напрочь! А ведь по правилам…

– Ладно-ладно, поняли вас, – перебил его начштаба и, вздохнув, полистал свой планшет, просматривая информацию. – Что у нас с планированием на момент ожидаемого прибытия этих бандитов?

– Если информация верна, у нас на этот временной период свободных бортов нет, – ответил планировщик.

– А надо, чтобы были. И чтобы не рейдер, а перехватчик. И чтобы два – для страховки. Это вам не лодочка на мультиджетах, это шаттл, который пушкой не остановить.

– А почему не остановить? – спросил майор-варвар, исполнявший обязанности начальника службы вооружения. – Вольфрамидовые тетрайдеры прошьют его, как мороженое.

– Если это будет обычный шаттл, то, конечно, одного рейдера было бы достаточно, но нам сообщили о дополнительном вооружении ракетного класса. А какой смысл укомплектовывать шаттл ракетами, если при этом не позаботиться о бронировании, хотя бы фасеточными структурами?

Зам по вооружению кивнул, соглашаясь. Если есть ракеты – наверняка будет и бронирование, а стало быть, легкие пушки рейдеров могли не сработать. К тому же рейдер не может развить нужную тягу, чтобы соскочить с луча наведения ракеты. А на шаттле наверняка стоят продвинутые системы – размеры позволяют.

– Итак, отдел планирования, я жду от вас реальных предложений… – сказал начштаба, и тогда офицер-планировщик поднялся.

– Сэр, для того чтобы освободить на временной период два перехватчика, придется пересмотреть всю схему патрулирования, и, возможно, мы упустим какие-то из мелких контрабандистских секций.

– Плевать на мелкие.

– Потребуется письменный приказ.

– Такой приказ будет, с командиром дистанции все уже согласовано.

– В таком случае мы напряженно поработаем, разошлем переделанные графики старшим патрулей и выделим пару перехватчиков.

– Благодарю вас, капитан, именно это я от вас и хотел услышать. И командир, разумеется, тоже.

– А что с ним, сэр? – уточнил начальник отдела психотренинга, старший лейтенант, недавно попавший в состав погранотряда.

Остальные, сидевшие за столом, опустили головы, уставившись в планшеты или рассматривая руки, а начштаба, нервно дернув головой и окинув всех строгим взглядом, сказал:

– Полковник Раймонд ранен.

– Ранен? – поразился старший лейтенант.

– Легко ранен. Он чистил оружие, и внезапно сработал бракованный боеприпас длительного хранения. Только небольшие ожоги, но пару дней он не сможет появляться на службе. И да – медицинская служба отряда уже оказывает ему помощь, если кому-то это интересно. А сейчас все могут быть свободны. От планировщиков жду новый график патрулирования и пару перехватчиков!





109


Когда все разошлись, начштаба перевел дух и, помассировав ладонями лицо, тряхнул головой. Сегодня предстояло завершить еще несколько дел, которые бежали чередой, одно за другим, и в одиночку тянуть эту работу было трудно.

Решив навестить командира пограничной дистанции, он вышел из просторного, по меркам космической станции, кабинета и решил пройтись по лестнице, не пользуясь лифтом, тем более что каюта командира находилась всего тремя ярусами ниже.

На лестнице царил полумрак – подсели осветительные панели, которые стояли тут с момента строительства базы, а ей уже минуло тридцать лет. Столько же было гравитационным соленоидам, и в некоторых местах гравитация скакала, отчего казалось, что ступени под ногами вибрируют. Ну и, конечно, регенерационные блоки – их давно уже следовало заменить, а не бесконечно продлевать эксплуатацию. Вот и сейчас на лестнице попахивало аммиаком, то же было в разного рода вспомогательных помещениях, куда из экономии поставлялся воздух эрзац-очистки, а полноценный шел в жилые и служебные помещения.

Дверь в каюту оказалась не заблокирована, хотя по инструкции все двери должны были блокироваться и открываться только после личной идентификации. Однако на базе вынужденно нарушались куда более серьезные инструкции, а уж эту не соблюдали все, кроме секретчиков, – у тех все было строго.

– Кто там? – спросил полковник, лежавший в мятом полевом обмундировании, которое он надевал всегда, когда у него случалась хворь. То есть примерно раз в три месяца.

Начштаба не ответил. Он прошел к холодильному шкафу, открыл его и критически осмотрел содержимое, представленное в основном бутылками со спиртным – початыми и почти пустыми. Потом взял баллон с газировкой, закрыл холодильник и, сбросив с кресла скомканный плед, сел и с облегчением вытянул ноги.

– Что нового? – хрипло спросил полковник.

– Спасал сегодня твою репутацию.

– Опять?

– Опять, – кивнул начштаба и сделал пару глотков газировки. – Я вот подумал: а что, если вместо азота в напиток добавлять другой газ?

– Браун, то, что я сейчас слышу, – бред? – страдальчески скривившись, уточнил полковник.

– Я дам тебе гель, – сказал начштаба, поднимаясь.

– Не нужно…

– Нужно, Фред. Очень нужно, – твердо произнес начштаба и, подойдя к шкафу, достал аптечку. Порылся в ней и извлек капсулу с нейтрализатором.


– Возьми и проглоти.

Полковник неохотно взял поданную капсулу и, сунув ее в рот, с трудом проглотил.

– Уф, она все равно не помогает. Легче не становится.

– Зато внешне ты будешь выглядеть вполне достойно, – сказал начштаба, возвращаясь в кресло.

– Что там с защитой моей репутации?

– Малыш Гумми, то есть лейтенант Сноу, интересовался, что с тобой случилось.

– И что случилось в этот раз?

– Ты ранен.

– Вот как? И серьезно?

– Нет, тебе повезло. Взрыв стрелкового боеприпаса.

– Диверсия?

– Нет, просто бракованный попался.

– Ну от этого никто не застрахован.

– От тебя потребуется приказ.

– Какой еще приказ?

– На изменение плана патрулирования?

– С какого это? – приподнялся с подушки командир.

– С такого, что нужно перехватить опасную цель, а нечем!

– Нечем?

– Нечем!.. – подтвердил начштаба и плеснул себе в высокий стакан для коктейля порцию рома. Секунду поколебался и долил до половины. – Нечем, едрена вошь. Довоевались до полного технического истощения… – сказал он и залпом выпил.





110


В назначенный временной интервал в засаде находились два перехватчика. Вернее, полтора. Один был полноценный, снятый с другого участка, для чего была увеличена зона патрулирования для его оставшегося в одиночестве коллеги. Другой вытащили из ремонтного бокса с экипажем в расширенном составе – помимо штатного пилота, на нем находилось два механика из ремонтной бригады. Они спешно доделывали работу в монтажной нише – под уровнем пола во вспомогательном эксплуатационном коридоре.

Ремонтники не переставая болтали и временами вступали в перепалки, когда их мнения по поводу той или иной манипуляции резко расходились. Самих слов слышно не было, однако подпольное пространство множилось разнонаправленным эхом, и оттого пилотом все это воспринималось как гудение какого-то гигантского сверчка.

Ему полагалось отдыхать еще половину суток, и он спокойно спал у себя в каюте, когда его вдруг подняли и потребовали немедленно явиться на службу. Ну кому бы такое понравилось?

Но и это еще не все. Как оказалось, его перехватчик все еще был в ремонте, и прекращать этот ремонт во время вынужденного внеочередного дежурства никто не собирался.

– Я не выйду в рейс с посторонними на борту! – заявил в ремонтном ангаре пилот.

– С посторонними он не выйдет, – повторил офицер-планировщик, пытавшийся всеми силами выполнить практически невыполнимый приказ начальства.

– Ну и пусть не выходит, – пожал плечами главный механик. И добавил что-то еще, что никто не услышал из-за включившейся на другом конце ангара трубогибки.

– А не мог бы ты прервать ремонт, а через сутки продолжить, а Китчер? – с умоляющими нотками в голосе попросил планировщик. – Мы горим, у нас суперграфик!

– У меня тоже график, и вон очередь из бортов – все с просрочкой технического обслуживания! Если я вовремя не сделаю работу, меня накажут!..

– Ты слышал, Илфи? – обратился тогда планировщик к насупленному пилоту, который даже не побрился, хотя ненавидел приходить на службу в таком виде.

– Мне это неинтересно. По инструкции я должен оставаться на борту один, а вы, сэр, предлагаете мне двух разбойников в кишках машины – в паре шагов от позитронной шины и реактора! А у них вон железки всякие – а ну как свалится что-то во время старта, искру выбьет и…

– Ладно гнать, кэп, – покачал головой главный механик. – Жила заизолированная, переборку силовых магистралей уже закончили. Парням нужно перебрать резервные механизмы – редукторный узел вала наведения мюонного поля и аварийный топливный компрессор. Ну и турбодетандер в системе воздухоочистки.

– К тому же у них все ключики на магнитных стропах, – добавил офицер-планировщик.

И заметив, что пилот начинает колебаться, он улыбнулся ему, как близкому родственнику, и сказал: