Где-то есть ты

– Вот именно! – Дашка осушила бокал и махнула им перед моим носом. – Давай не будем ругаться из-за такой глупости, хорошо? Ну, переспала я с ним пару раз. Это же просто перепих! И ничего не значит для меня.

– ?..

– Тем более вы расстались, и давно. А мне тоже хотелось тепла и крепких мужских рук. Я думаю, ты не должна обижаться.

– Что? Я не понимаю…

– Не стоит рушить нашу дружбу из-за человека, с которым у тебя были несерьёзные отношения когда-то. Саша того не стоит. Так что не кипятись. Не думала, что ты вот так заведешься! На тебе ж лица нет!

– Когда?! – гневно спросила я. – Когда это было у вас?

– О, – она закатила глаза и оперлась на дверной косяк, пытаясь вспомнить, – в марте… И в апреле… И недели две назад… ещё раз. И всё!

Даша подняла вверх руки, словно отметая вину.

– Но я же любила его, – произнесла я севшим голосом.

– Только давай без слёз, хорошо? Это всего лишь мужик! Если бы я ещё воспринимала все глупости так же близко к сердцу, влюблялась в каждого второго, то точно бы плохо кончила – как ты.

– Как ты могла? – только и хватило сил вымолвить у меня.

– Нет, ты что, и впрямь будешь убиваться из-за такой ерунды?

– Мне нечего больше тебе сказать, – я встала.

– Если ты хочешь, я признаю, что виновата! – воскликнула Даша и улыбнулась.

– Пошла отсюда!

– Что? – переспросила она, посмотрев на меня сверху вниз.

– Пошла отсюда к чертям собачьим! Быстро!

– Да пошла ты сама! – крикнула Дашка, бросила бокал на диван и ушла, громко хлопнув дверью.

Не зная, как реагировать на такие новости, я уставилась в окно, постояла молча, не проронив ни единой слезинки, закрыла кабинет на ключ и вернулась в зал.

Пары кружились в медленном танце под мелодичную песню, а в середине им задавали ритм жених с невестой. В темноте трудно было кого-то разглядеть, но Митя сам подошёл ко мне и пригласил на танец. Я положила руки ему на плечи и притянула поближе к себе. От этой близости и от его запаха по моей коже побежали шальные мурашки.

– Обними меня покрепче, – прошептала я, встала на цыпочки и поцеловала его прямо в губы.





30 мая 2010 года




Я высунула голову из-под одеяла и осмотрелась:

– Мить, это на улице так гремит?

– Похоже, что гроза, – сделал он вывод и положил голову на подушку.

– Люблю грозу в начале мая! – рассмеялась я, прижалась поближе и провела пальчиком по его груди.

– Уже конец мая.

– Да-да! – согласилась я. – Не умничай. Мы, кстати, уже второй день из постели не вылезаем, это что-то ненормальное…

– Так меня же три недели в стране не было, я просто соскучился! – рассмеялся Митя и поцеловал меня в макушку.

– И теперь ты будешь со мной каждый день! Я тебя так ждала, каждый день с ума сходила!

– Да, любимая! И мне так хорошо от этого! Правда, меня зовут обратно в Милан… – Он выпятил вперёд губу, явно хвастаясь.

– Никуда тебя не отпущу, – я ущипнула его за ногу, – так долго была одна и теперь мне хочется окунуться в эти чувства с головой! Хочется зацеловать тебя до смерти, приготовить тебе ужин, посидеть на твоих коленках, поглаживая эти волосы-пёрышки…

Нас прервал внезапно зазвонивший телефон.

– Да, – ответил Митя, потягиваясь, – ничего. Ну ладно, заходи.


– Кто это был? – спросила я, когда он повесил трубку.

– Хм, – произнёс он и повернулся ко мне, – это был Саня.

– Что ему нужно? – Я почувствовала лёгкое покалывание в груди.

– Хочет зайти, у него какое-то дело ко мне.

– Так поздно?

– А что я сделаю? Он будет через десять минут.

– Может, ты выйдешь к нему в подъезд?

– Вот ещё, зачем это? – буркнул Митя, вставая.

Я вскочила и, схватив одежду, начала быстро натягивать её на себя. Это было минутное помешательство, даже не успела задуматься, как всё это выглядит со стороны.

– Устанавливаешь рекорд по одеванию? – Митя посмотрел на меня разочарованно. – Боишься, что он застанет тебя со мной и всё поймёт?

– Митя! А как ты себе это представляешь?! – Поняв свою ошибку, я поддалась панике и перешла на крик. – Заходит твой друг, видит меня здесь с тобой в одной постели. Это нормально?!

– Я думаю, что ему пора сказать о наших отношениях, – на его лице была написана такая отчаянная грусть.

– И вы здесь сцепитесь! Вашей дружбе сразу придёт конец! – воскликнула я и бросилась застилать постель.

– Что ты предлагаешь? Никогда ему не говорить?! Тогда к чему ведут наши отношения? Какой тогда в них смысл?! Всю жизнь будем скрываться? – Митя подошёл и схватил меня за плечи.

– Не знаю! Ну не так же ему сообщать!

– Ты просто боишься, что он узнает! Разочаруется в тебе! Никогда больше не посмотрит в твою сторону. Этого боишься, да?! Хочешь быть с ним? – Митя вырвал из моих рук постельное бельё. – Да оставь ты эту чёртову простынь в покое!

– Не трогай меня! – Я попыталась вырваться из его рук. – Чего ты хочешь?! Да убери ты свои руки!

– Да он шевелит всё, что шевелится! А ты боишься, что он увидит тебя счастливой! – Митя отпустил меня и швырнул простынь на пол. – Даже с подругой твоей спал, а ты всё ещё считаешь его святым!

Я бросилась на него с кулаками:

– Так, значит, ты всё знал?!

– Знал! – ответил он, отмахиваясь.

– Значит, это всё было просто местью?! Ты решил Дашке отомстить с помощью меня?!

– Дура!

– Ты никогда меня не любил, лицемер!

– А ты?! – заорал он что было сил. – Так ты меня любишь, да?! Вскочила как сумасшедшая, чтобы сделать вид, что ничего у нас не было! Зачем мне нужна такая? Ха…

Глядя, как он, отвернувшись, качает головой, я схватила сумку, ключи от машины, надела балетки и бросила на прощание:

– Да пошли вы все! Мне никто не нужен! Как вы все меня достали! Вали в свою Италию, понял?! Жить не даёте спокойно. Дашке он решил отомстить, руки мне выворачивает. Иди в задницу, Митя…

Я хлопнула дверью со всей силы и помчалась по лестнице вниз, перепрыгивая сразу через три ступеньки.



И зачем я вскочила, чтобы одеться? Выдала свои чувства. Конечно, мне не хотелось, чтобы Саша наблюдал такое зрелище! Мы с Митей в неглиже лежим и нежимся в объятиях друг друга. С другой стороны, он столько раз меня предал. Неужели я не имею право на счастье?

Слёзы ручьём полились из моих глаз. Больше всего я психанула оттого, что Митя сразу вывел меня на чистую воду. Ткнул мне в лицо тем, во что я так не хотела верить.

Выбежав из подъезда, я тут же насквозь промокла. С неба лил сильнейший дождь. Забравшись в машину, выругалась и бросила сумку на соседнее сидение. Не быть мне счастливой! Нигде он меня не оставляет, этот Саша, словно преследует. Никак не хочет уйти из моей жизни!

Я завела автомобиль и на большой скорости понеслась по дороге прочь из города. Мне стало так стыдно за всё, что я наговорила Мите. С таким грузом на душе я теперь не смогу вернуться к нему. И почему я такая несчастливая? Неудачи словно идут за мной по пятам.

Дворники совсем не помогают! Непроглядная темень. Так даже лучше. Мне уже самой хочется умереть. Надоела эта беспокойная жизнь. С визгом притормозив у заправки, я накинула капюшон и вышла. Купив бутылку водки, я спрятала её за пазуху и направилась к выходу.

– Чёртов ублюдок! – крикнула я вслед мужчине в телогрейке, с которым столкнулась в дверях. Пришлось искать на асфальте ключи от машины. И это прямо под дождём. Вся одежда пропиталась влагой. – Смотри, куда идёшь!

Я села в машину, сняла мокрую ветровку, отвинтила пробку с бутылки и приложилась губами к горлышку. Водка потекла струйками прямо по шее и обожгла гортань. Мне это даже понравилось – боль притупила все другие чувства. Я завела мотор и направила автомобиль в сторону от города. Видимость – нулевая. На часах – почти полночь.

Включив музыку на всю громкость, я отхлебнула ещё водки и запела. Вытирая слёзы, кричала, подпевая, пока окончательно не охрипла. За окном мелькали поля, лес, поселки.