Фрейлина немедленного реагирования

— Она бы не стала выгораживать убийцу, да и ты не стал бы убивать Трою!

Глеб удивленно поднял глаза на Эридана:

— Не думал, что когда-нибудь задам тебе этот вопрос. Но, выходит, ты мне все же веришь?

Орлиное око сверкнуло голубым светом из-под белых волос герцога.

— Я никому не верю! Даже самому себе… — считая разговор оконченным, Тарфолд встал со стула и шагнул к выходу.

— Подожди, — остановил его магистр. — Зачем ты вообще сюда приходил? Просто рассказать о своих логических выводах?

Герцог сделал вид, что не услышал, и продолжил путь к двери.

— Эр, мне повторять дважды?

Начальник СБ глубоко вздохнул:

— Вот тебе два варианта: первый — проведать Трою, а второй — убедиться, что ты все же не убийца и не придушишь ее, оставшись с ней наедине в палате. Выбирай любой!

Зельевар удовлетворенно хмыкнул:

— Тогда у меня еще один вопрос.

Герцог медленно повернулся к Глебу и после недолгой паузы кивнул:

— Странно, мне казалось, допрашивать тебя буду я.

— Где Савойкина?

— Странный вопрос. Хочешь поблагодарить ее за спасение своей шкуры?

— Ты идиот, Эр! Тебе ее тоже поблагодарить, между прочим, не помешает!

— Это за что же? — На лице начальника СБ выразилось искреннее недоумение, смешанное с неожиданной злобой.

— Она ведь могла рассказать всем полную правду. С начала вечера, о том, как и при каких обстоятельствах оказалась в моей спальне! Но не стала этого делать…

— И что теперь? Мне расплакаться и начать умиляться? — Голос мужчины повысился на несколько тонов. — Могла бы рассказать и выиграть платье! Она ведь его так хотела! Странно, что не воспользовалась такой удачной возможностью!

— Так ты уже знаешь о споре?! — удивился Глеб. — И не бежишь никого убивать и отчислять из Академии? Эр, тебя случайно не подменили?

— Я допрошу каждого, кто был сегодня в Академии. Вплоть до горных крыс! И только потом решу — кого отчислять, а кого оставлять на обучении!

— Узнаю сурового Эридана. И все же ты не ответил, где Савойкина?

— Телепортирована в свою комнату! Она достаточно сегодня путалась под ногами!

Бросив фразу, герцог развернулся на пятках и двинулся к двери.

— К слову… — тихо прошептал вслед уходящему магистр, зная, что Эридан все равно услышит. — Про тебя она не рассказала именно для того, чтобы не выиграть этот спор. Ей стало тебя жаль…

Подумала, что лучше голой,

Чем ранить выбитое сердце.

Не будет тьмы она узором

И призраком ушедшей смерти.

И нет обиды в ней ни капли

За грубый тот поступок твой.

И герцога ей очень жалко,

И так побитого судьбой.





Рука Эридана зависла над дверной ручкой лишь на мгновение, пока он принимал решение, а в следующий миг яркая вспышка телепортации известила зельевара, что его визави решил покинуть палату далеким от классического способом.






* * *


Яркий солнечный день. Я открываю резные ставни окна, чтобы дать свежему ветру ворваться в комнату. Вместе с легким морским бризом в помещение, словно внезапное цунами, вносятся птичьи голоса из цветущего сада и великолепные дурманящие запахи роз. Я бы предпочла, чтобы под окнами цвели гладиолусы, пускай у них и нет аромата. Но садовник сказал, что в этом мире таких цветов не существует. Надо будет обязательно попросить Трою, чтобы в следующую Луну принесла пару саженцев.

— Эль! Ты уже проснулась? — В мою дверь без стука врывается Кристина, она шуршит путающимися юбками, но бежит очень спешно, словно несет самые важные в жизни новости.

— Что случилось?

— Ты не поверишь! — восторженно начинает подруга, и мне сразу хочется съязвить и продолжить ее фразу:

— Вы с Якиным улетаете в Гагры???

Кристина хмурится и несильно бьет меня по плечу:

— Дурка! Все намного круче! Мне пришел конверт! Такой же, как вчера Анфисе!

Я завороженно смотрю на подругу, и меня терзают противоречивые чувства — я одновременно невероятно рада за нее и в то же время завидую белой завистью… Мне ведь конверта не приходило…

Но я улыбаюсь и кидаюсь обнимать Кристинку…

— Поверить не могу! Ты уже ответила? Согласилась?!

— Конечно! — расплывается подруга. — Я его как только увидела, сразу поняла — от такого мужика надо иметь детей! Эль, я выхожу заму-у-ж!!!

Попискивая от счастья, Кристина едва ли не прыгает по комнате. Это странно и удивительно, видеть брюнетку такой легкой, взбалмошной, несерьезной.

— Как это было? Он принес конверт сам или попросил кого? — требую я, но ответа не дожидаюсь, потому что картина вдруг резко меняется.

Вечер. Прохладно. Я вновь стою у окна, но теперь пытаюсь его закрыть. Ветер с моря усиливается, отчего захлопнуть ставни становится сложнее, между створками постоянно путаются легкие тюлевые занавески.

— Тебе помочь? — раздается за спиной его голос, а теплая рука ложится на талию и притягивает к себе.

Мне приятно, ведь я прижимаюсь спиной к его телу, а горячее дыхание путешествует по моей шее. Но в то же время обидно:

— Нет, не стоит, я сама! — И, высвобождаясь из объятий, продолжаю упрямо сражаться с окнами.

— Вот почему ты такая?

Кажется, он тоже обиделся.

— Какая?

— Вредная.

Я пожимаю плечами и наконец-то закрываю злосчастные створки. Они захлопываются, дребезжа стеклами.

— Ну так найди другую… В твоем положении — это не должно стать большой проблемой!

— Все дело в конверте? — догадавшись о причинах моего настроения, спрашивает он.

А я решаю обернуться, чтобы высказать ему все в глаза.

— Я не собираюсь становиться королевской любовницей! — вспыхиваю гневом и тут же осекаюсь, потому что вижу того, кого не ожидала увидеть.

Эридана, который с нежнейшей улыбкой протягивает мне белоснежный конверт…





* * *


Глаза я раскрыла так же резко, как и вскочила с постели. Рывком.

Хотелось вылить на себя ушат ледяной воды, нырнуть в прорубь, убиться головой об стену пол, кафельную плитку.

Тело горело, голова трещала. И дурацкий сон все не хотел идти из головы.

Приснится же такое!