Еще темнее

– Я буду ждать тебя на улице.

– О’кей.

Слава богу, я думал, она захочет вернуться к себе домой.

– Я все еще злюсь на тебя, – шепчет она. – Нам нужно о многом поговорить.

– Знаю. Жду тебя в семь тридцать.

– Ладно. Пока. – Она заканчивает разговор.

– Давай посидим тут и подождем ее, – говорю я Тейлору и гляжу на дверь издательства.

– О’кей, сэр.

Сижу и слушаю, как дождь барабанит по крыше автомобиля и уносит куда-то мои мысли. Уносит мое счастливое место.



Через час дверь распахивается, и выходит она. Тейлор открывает заднюю дверцу. Ана, наклонив голову, торопится к нам под струями дождя.

Не представляю себе, что она будет делать или говорить, когда она садится рядом со мной, но она трясет головой и брызгает на меня и на сиденье.

Мне хочется ее обнять.

– Привет, – бормочет она, и ее обеспокоенные глаза встречаются с моими.

– Привет, – отвечаю я, беру ее за руку и крепко сжимаю. – Ты все еще злишься?

– Не знаю, – бурчит она.

Я подношу ее руку к губам и целую поочередно каждый пальчик.

– День был хреновый, – говорю я.

– Да, верно. – Она вздыхает, откидывается на спинку кресла и вроде бы позволяет себе немного расслабиться.

– Теперь, раз ты здесь, жизнь налаживается.

Вожу большим пальцем по тыльной стороне ее ладони, наслаждаясь контактом. Тейлор умело лавирует в вечернем потоке транспорта. Дневные напряги постепенно отходят на задний план, я успокаиваюсь.

Она здесь. В безопасности.

Она со мной.

Тейлор останавливает машину у входа в «Эскалу», не знаю почему. Но Ана уже открывает дверцу, я выскакиваю следом за ней, и мы бежим под дождем к дому. В вестибюле ждем лифт. Я держу Ану за руку, а сам непрестанно сканирую улицу сквозь стеклянную стену. На всякий случай.

– Как я понимаю, вы еще не нашли Лейлу, – говорит Ана.

– Нет. Уэлч все еще ищет.

Мы входим в лифт, створки закрываются. Ана смотрит на меня, широко раскрыв глаза, и я не могу отвести глаз от ее ангельского лица. В наших взглядах соединяются моя тоска и ее страсть. Она облизывает губы.

И тут начинается. Внезапно, ниоткуда – страсть, взаимное притяжение, будто статическое электричество.

– Ты чувствуешь? – шепчу я.

– Да.

– Ох, Ана. – Я больше не могу терпеть даже крошечное расстояние между нами. Я протягиваю к ней руки, обнимаю и запрокидываю ее голову. Мои губы ищут и находят ее рот, ощущают вибрацию от ее стонов. Ана запускает пальцы в мои волосы, а я прижимаю ее к стенке кабины. – Я очень не люблю спорить с тобой. – Я хочу всю ее, каждый дюйм. Прямо сейчас. Прямо тут. Хочу убедиться, что у нас все в порядке.

Реакция Аны следует немедленно. Ее голод и страсть взрываются в нашем поцелуе. Ее язык нетерпеливо и жадно сплетается с моим. Тело прижимается ко мне в жажде облегчения. Я задираю на ней юбку, глажу пальцами ее бедра, ощущая под кружевом теплое и упругое тело.

– Господи Иисусе, ты надела чулки, – бормочу я и веду пальцем вдоль края чулок. – Я хочу посмотреть… – И я задираю юбку еще выше, до верха бедер.

Сделав шаг назад, я любуюсь Аной и нажимаю кнопку «стоп». Лифт останавливается между двадцать вторым и двадцать третьим этажами. Я тяжело дышу, я хочу ее, а она стоит передо мной словно богиня, глядит на меня потемневшим страстным взглядом. Ее грудь вздымается, когда она набирает воздух в легкие.

– Распусти волосы.

Ана срывает заколку, волосы густым облаком падают на плечи, на грудь.

– Расстегни две верхние пуговки на блузке, – шепчу я, чувствуя, как твердеет, наливается силой мой орел.


Ана приоткрывает рот и медленно, очень медленно расстегивает первую пуговицу. Сделав крошечную паузу, дотрагивается пальцами до второй и тоже расстегивает. Неторопливо. Дразня меня. Наконец из распахнутой блузки выглядывают ее груди.

– Ты не представляешь, насколько ты меня возбуждаешь! – Я слышу страсть в своем голосе.

Она вонзает зубы в нижнюю губу и качает головой.

Мне кажется, что я вот-вот взорвусь. Закрываю глаза и пытаюсь взять тело под контроль. Шагаю к Ане и опираюсь ладонями на стенку лифта, по обе стороны от ее лица. Она поднимает лицо навстречу, и наши глаза встречаются.

Я наклоняюсь к ней.

– Уверен, что вы знаете это, мисс Стил. Уверен, что вам нравится доводить меня до исступления.

– Разве я довожу тебя до исступления? – шепчет она.

– Во всем, Анастейша. Ты сирена, богиня.

Я подхватываю ее ногу выше колена и кладу себе на талию. Медленно наклоняюсь и прижимаюсь к ней. Моя эрекция касается священного местечка между ее ляжками. Я провожу губами по ее горлу. Мой язык пробует, наслаждается ею. Она обхватывает меня за шею и, прижимаясь, выгибает бедра.

– Сейчас я тебя возьму, – сообщаю я со стоном, подхватываю ее, поднимаю выше. Выхватываю из кармана презерватив. Расстегиваю ширинку.

– Держись крепче, малышка.

Она еще крепче обхватывает меня за шею. Я показываю ей пакетик из фольги. Она прикусывает уголок зубами, я тяну, и мы вскрываем его.

– Молодец.

Я чуть отхожу назад и надеваю чертов презерватив.

– Господи, не могу дождаться, когда пройдут шесть дней.

Тогда больше никаких презервативов.

Веду большим пальцем по ее бедру.

Кружево. Это хорошо.

– Надеюсь, ты не очень дорожишь этими трусиками.

В ответ слышу лишь учащенное дыхание. Я засовываю большие пальцы за нижний шов и рву его, открывая себе доступ.

Не отрывая от нее глаз, медленно беру ее.

Какая она сладкая, черт возьми.

Она выгибает спину, закрывает глаза и стонет.

Я выхожу и снова медленно вхожу в нее.

Это то, чего мне хочется.

Это то, что мне было нужно.

После такого дрянного дня.

Она никуда не убегает.

Она здесь.

Со мной.

Для меня.

– Ты моя, Анастейша. – Мои слова обдают жаром ее горло.

– Да. Твоя. Когда ты привыкнешь к этому?

Ее слова – словно вздох. Именно это я и хочу слышать. Мне надо их слышать. Теперь я беру ее быстро, яростно. Она нужна мне. С каждым вскриком, вздохом я понимаю, что я тоже ей нужен. Я растворяюсь в ней, чувствую, как она по спирали теряет контроль.

– Ох, детка, – со стоном восклицаю я, и она бурно пульсирует вокруг меня, кричит от страсти.

Я сливаюсь с ней, шепчу ее имя. Целую ее, прижимаю к себе, постепенно приходя в себя. Мы стоим, касаясь друг друга лбами, она закрыла глаза.

– Ох, Ана, ты так мне нужна. – Я закрываю глаза и целую ее в лоб, благодарный судьбе, что нашел ее.

– И ты мне, Кристиан, – шепчет она.