Еще темнее

– Вопросов? Обо мне? Я могу ответить на любой твой вопрос обо мне.

Она улыбается.

– Да, но я хочу услышать непредвзятое мнение дорогостоящего шарлатана.

Я обнимаю ее и завожу ее руки за спину.

– Это хорошая идея?

Гляжу в ее удивленные глаза. Они смягчаются, и она предлагает забыть про Флинна, высвобождает руку из хватки и нежно касается моей щеки.

– О чем ты беспокоишься?

– Что ты уйдешь.

– Кристиан, сколько раз тебе говорить: я никуда не собираюсь. Ты уже сказал мне самое страшное. Я не ухожу от тебя.

– Тогда почему ты мне не ответила?

– Не ответила? Тебе?

– Ана, ты знаешь, о чем я говорю.

Она вздыхает и хмурит брови.

– Кристиан, я хочу убедиться, что меня будет тебе достаточно. Вот и все.

– И ты не хочешь верить моим словам? – Я разжимаю объятия.

Когда она поймет, что она – это все, чего я когда-либо желал.

– Кристиан, все произошло так быстро, – говорит она. – А ты мне сам признался, что в тебе можно найти пятьдесят оттенков порочности. Я не могу дать тебе то, в чем ты нуждаешься. Это просто не по мне. Но из-за этого я ощущаю свою неадекватность, особенно после того, как увидела тебя рядом с Лейлой. Кто даст гарантию, что однажды ты не встретишь женщину, которой нравится делать то же, что и тебе? И кто даст гарантию, что ты не… ну… не польстишься на нее? На ту, которая больше удовлетворит твои потребности. – Она отворачивается и смотрит в сторону.

– У меня было несколько женщин, которым нравилось делать то же, что и я. Ни одна из них не нравилась мне так, как ты. У меня никогда не возникало эмоциональной связи ни с одной из них. Только с тобой, Ана.

– Потому что ты никогда не давал им шансов на это. Ты проводил слишком много времени, запертый в своей крепости. Ладно, давай поговорим об этом потом. Мне надо идти на работу. Может, доктор Флинн поможет нам что-то понять.

Она права. Зачем говорить об этом на автомобильной стоянке.

– Пойдем. – Я протягиваю ей руку, и мы вместе идем к зданию SIP.



Тейлор заезжает за мной на «Ауди», и мы едем в Грей-Хаус.

Я был заперт в своей крепости?

Пожалуй.

Смотрю в окно. Жители пригородов торопятся на работу, озабоченные будничными хлопотами. Здесь, на заднем сиденье автомобиля, я далек от всего. Всегда был далек. И в детстве, и потом, когда стал взрослым, я возвел вокруг себя стены собственной крепости.

Я боялся этого чувства.

Боялся чувствовать что-либо, кроме гнева.

Моего постоянного спутника.

Это она имеет в виду? Если да, то именно она дала мне ключ, чтобы я мог совершить побег. И все, что ее удерживает, – это мнение Флинна.

Может, выслушав то, что он скажет ей, она даст согласие.

Парень может надеяться.

На краткий момент я позволяю себе почувствовать, что такое настоящий оптимизм.

Это пугает.

Это может плохо кончиться. Опять.

Жужжит мой телефон. Это Ана.

– Анастейша. Все в порядке?

– Они только что предложили мне должность Джека – ну, временно, – выпаливает она без всякого вступления.


– Ты шутишь?

– Ты и на этот раз вмешался? – В ее голосе звучат грозные нотки.

– Нет. Нет, абсолютно не вмешивался. При всем моем уважении к тебе, Анастейша, ты проработала в редакции чуть больше недели. Пойми меня правильно.

– Понятно, – говорит она, уже с легким унынием. – Вероятно, Джек в самом деле меня хвалил.

– Неужели? – Я страшно рад, что этот слизняк убрался из ее жизни. – Ну, малышка, раз они считают, что ты справишься, тогда я не сомневаюсь, что это так и будет. Поздравляю. Надо отпраздновать такое событие после встречи с Флинном.

– Хм-м. Ты точно не имеешь к этому никакого отношения?

Неужели она думает, что я ее обманываю? Может, из-за моего вчерашнего признания?

Или, может, они дали ей работу, потому что я не позволил им нанимать новых сотрудников?

– Ты ставишь под сомнение мои слова? Мне это не нравится.

– Извини, – поспешно говорит она.

– Если тебе что-нибудь понадобится, дай мне знать. Я приеду. И, Анастейша…

– Что?

– Пользуйся «блэкберри».

– Да, Кристиан.

Я игнорирую сарказм в ее голосе и, покачав головой, вздыхаю.

– Я серьезно тебе говорю. Если я буду тебе нужен, я мгновенно приеду.

– О’кей, – говорит она. – Мне пора. Сейчас возьмусь за работу.

– Если я понадоблюсь… Я серьезно… – повторяю я.

– Я знаю. Спасибо, Кристиан. Я люблю тебя.

Эти три коротких слова.

Раньше они меня пугали, а теперь я не дождусь, когда она скажет их снова.

– Я тоже люблю тебя, малышка.

– Поговорим с тобой позже.

– Пока, детка.

Тейлор подъезжает к Грей-Хаусу.

– Хосе Родригес привезет завтра в «Эскалу» несколько портретов, – говорю я ему.

– Я скажу Гейл.

– Он останется ночевать.

Тейлор с удивлением смотрит на меня в зеркало заднего вида.

– Скажи Гейл и это, – добавляю я.

– Да, сэр.



Пока лифт поднимает меня на нужный этаж, позволяю себе кратко пофантазировать насчет семейной жизни. Какая странная эта надежда. Что-то, к чему я совсем не привык. Я мечтаю, как я поеду с Аной в Европу, в Азию. Я могу показать ей мир. Мы можем поехать куда угодно. Я могу показать ей Англию, ей там по-нравится.

И мы вернемся домой в «Эскалу».

«Эскала»? Пожалуй, моя квартира хранит слишком много воспоминаний о других женщинах. Надо купить дом, который будет только нашим, и мы создадим там наши воспоминания.

Но сохраним «Эскалу». Все-таки центр города. Тут удобно.

Створки лифта раздвигаются.