Дракон для прилежной ученицы

Рагон восхищенно покачал головой. Вот ведь упрямая!

Девушка расставила жезлы как подобает, положила в центр пентаграммы книгу. Контрактник серьезно взглянул на Маори.

– Надеюсь, еще увидимся, – криво улыбнулся он. И добавил: – Если что-то пойдет не так, забудь обо мне.

Маори растерянно захлопала глазами.

– Я никогда тебя не забуду, – сказала она.

Избегая повисшей неловкой паузы, девушка встала лицом к пентаграмме, так, чтобы жезлы находились по обе стороны от нее, взяла лист бумаги, на котором вывела нужные формулы заклинаний, и начала читать вслух, делая сложные пассы свободной рукой.

Рагон закрыл глаза.

Сила прибывала резко, толчками. С каждой фразой Маори в него словно вливалась жизнь. Впервые за очень долгое время мужчина ощутил, как застучало его сердце. Сделал вдох – и чуть не лишился сознания, поняв, что чувствует запах хвои и снега. Это было так странно, почти неестественно! Так… радостно. Почти так же радостно, как, наверное, коснуться руки Маори. Нежной и теплой.

Как вдруг все исчезло. Рагон будто издалека услышал беспокойный вскрик Маори, закончившей читать заклинание, но уже ничего не мог сделать. Он проваливался в пустоту, и та неумолимо поглощала его, пока от Рагона не осталось совсем ничего.





* * *


На ватных ногах спустившись в лабораторию, Маори села за стол. Она пребывала в глубоком шоке от случившегося.

Заклинание не сработало… Как такое могло произойти? Она же все просчитала, буквально до каждой черточки, до каждого символа!

Одеревеневшими пальцами порывшись в сумке, Маори вытащила путеводитель и положила перед собой. Погладила корешок книги и вдруг разрыдалась, обессиленно опустив голову. Слезы капали на пустую черную обложку.





Глава 13




Сколько я ни пыталась изобразить брошь по памяти – картины в порталы не превращались, следовательно, что-то делала не так. Однако день за днем, после лекций, я регулярно старалась – надежда умирает последней. В итоге все должно получиться, просто обязано!

Ходить на лекции, выполнять домашние задания, общаться и, в целом, – делать вид, что все хорошо, у меня получалось неплохо. По крайней мере, так я думала.

Райя, к счастью, не дергала меня расспросами, но было видно, что она беспокоится – я то и дело ловила на себе ее тревожный взгляд. Мало того, у нее самой, похоже, возникли какие-то проблемы, которыми делиться со мной она не собиралась. Или это такое выражение обиды? Девушка постоянно куда-то отлучалась, выглядела задумчивее обычного. Я злилась на себя, но ничего не могла поделать – Райе в любом случае лучше не знать правды, крепче будет спать. А в ответ на молчание рассказа не дождешься, так что винить ее тоже не за что.

С Маори же последние несколько дней мы не сталкивались – видимо, ушла целиком и полностью в исследования. Неудивительно – после того пожара. Очередная вспышка Силы… Даже на лекциях ее довольно часто замещал другой артефактолог – фарн Аглория. Не сказать, чтобы это была приятная замена.

Радовало, что сегодня артефактологии не было вообще, а лекция по жизнетворению шла последней, дальше – выходные, которые я могла потратить на картины.

Эсса Фаули закончила раздавать домашнее задание, попрощалась и вышла, студенты дружно закопошились и стали медленно подтягиваться к выходу.

– Встретимся за обедом, – улыбнувшись, сказала мне Райя. – Надо еще забежать в одно место…

Она неопределенно махнула рукой, забросила легкую сумочку на плечо и бодро зашагала к двери. Я вздохнула. Примерно так и обстояли дела в последнее время – ни слова лишнего, ни общего времени. Как жаль терять такую хорошую подругу!

Пришлось задержаться – к следующему занятию нужно было подготовить лабораторную, а у меня не было никакого представления об инструментах, которые могут для этого пригодиться. Здесь же, прямо на стене, я давно уже приметила несколько разъясняющих табличек из серии «что для чего». Они находились прямо возле входа в подсобку.

В аудитории я осталась одна. Спешно выписав в тетрадь с табличек все необходимые названия, я уже закрывала сумку, как вдруг почувствовала, что сзади кто-то есть.

Резко обернувшись, увидела лицо фарна Земезиса. Он стоял почти вплотную ко мне.

Фарн оценивающе смотрел в глаза и улыбался краешками губ. Рукой он облокотился на шкаф, перекрывая дорогу к выходу. С чего бы это? Неужели это конец и он пришел меня убить? Вот уж на кого не подумала бы… Я перепугалась не на шутку, но виду не подала. «Помирать – так с честью!» – или как там говорится…

– Вы что-то потеряли? – услужливо поинтересовался Земезис.

В его темно-красных глазах читалась усмешка.

– Нет, – честно ответила я. – Вообще-то, как раз собираюсь уйти…

Увидев, что нападения ждать пока не приходится, я попыталась прошмыгнуть под рукой фарна, но он ловко перехватил мое запястье.

– Постойте, – вкрадчиво, с улыбкой сказал он. – Я хотел бы узнать у вас кое-что.


Я вздохнула. Да сколько уж можно?! Я что – энциклопедия «Всем обо всем»?!

Фарн Земезис, не ослабляя хватки, отвел меня к одной из парт, усадил на стул, а сам присел на столешницу, принял удобную позу и уставился на меня с самым серьезным видом. И не смутился тем, что я пялюсь на него, как на сумасшедшего, – видимо, столь эксцентричное поведение было для него вариантом нормы. Жаль, что он не ведет у нас лекций, интересно было бы поприсутствовать хоть на одной…

– Итак, Маргарита, – мелодично пропел фарн.

– Да? – подняв брови, спросила я.

– Не желаете ли вы вернуться домой, в свой мир? – склонив голову набок, поинтересовался Земезис.

Меня будто громом поразило.

– Домой?.. – растерянно повторила я. – Как? Ведь мне сказали, что это невозможно…

В голове перемешалось все. Конечно, я хочу домой! С другой стороны – в Альсторне, безусловно, интересно. А еще тут есть Аравель… У которого намечается пышная свадьба. Я отчего-то разозлилась и скрестила руки на груди.

– Хотите сказать, вы можете вернуть меня назад? Или это был чисто теоретический вопрос?

Фарн Земезис расхохотался.

– Теоретический?.. – Он утер большим пальцем слезинку, выступившую от смеха, и тут же посерьезнел. – Нет, я действительно могу тебе помочь.

Я нахмурилась. С чего это он мне тут тыкает? Или он, как и Маори, – сейчас не фарн, а просто друг? Совсем запуталась…

– Так можно прямо сейчас?.. – спросила я, прекрасно понимая, что бесплатный сыр только в мышеловке, но более выгодным показалось сыграть дурочку. – Почему же именно я? Ведь многие попадают в Альсторн с помощью путеводителей.

– Совсем не многие, – покачал головой фарн. – Да и ты – девушка особенная, если уж на то пошло. Тебе сейчас нечего делать в замке.

Мужской взгляд неторопливо скользил по моему лицу, то останавливаясь на губах, то поднимаясь чуть выше, к глазам. К стыду своему, я вдруг почувствовала, как сердце забилось быстрее. Видимо, особый магнетизм фарна Земезиса, про который сплетничала вся академия, не обошел стороной и меня. Главное – не поддаваться его чарам… А то вон уже и пальцами хочется зарыться в рубиново блестящие и, наверное, мягкие пряди…

– Итак, – фарн многозначительно качнул головой и выставил указательный палец для пущего эффекта, – для того, чтобы попасть домой, ты должна принести мне из кабинета ректора маленький красный кристалл с серебряной окантовкой.

Сердце рухнуло куда-то в район пяток. Именно так я описала бы кристалл, который хотела использовать Маори для телепортации Саяны в Ральмон! Зачем он понадобился фарну? И как убедить Маори его отдать…

– Видишь ли… – Земезис досадливо поджал губы. – Сам я никак не могу туда попасть – на кабинет наложено особое заклинание. Разрешения выдаются лишь фарном Элегиасом. А ты, – он подмигнул, – я уверен, что-нибудь придумаешь.

– Попробую… – с сомнением протянула я.

Декан жизнетворителей вздохнул с таким видом, будто я его чем-то безнадежно расстроила.

– Дело в том, что это – моя вещь, – сказал он. – И пришло время забрать ее назад.

Я кивнула. Не терпелось поскорее выйти отсюда. Столь близкое присутствие фарна Земезиса отчего-то вызывало странную приятную тревогу, от которой перемешивались буквально все мысли, оставляя в голове лишь текущий момент.

Из порочащих репутацию мыслей меня вырвал насмешливый голос фарна. Судя по всему, он отлично понимал, что со мной происходит.

– О нашем разговоре – никому ни слова, – наклонившись, прошептал он. Потом внезапно подскочил и качнул головой. – Или я это уже говорил?..

Я неловко улыбнулась и начала вставать. Фарн Земезис же так и остался сидеть на столе, задумчиво наблюдая за моей попыткой ретироваться. Стоило мне задвинуть стул – и я оказалась почти вплотную к фарну, но не засмущалась, а наоборот, собрав все силы в кулак, взглянула ему прямо в глаза.

– Сделаю все, что в моих силах, – прошептала едва слышно. – Очень хочу вернуться домой.

В теплых глазах фарна появились нотки сочувствия.

– Я понимаю, – ответил он так же тихо.

А потом внезапно поднял руку и заправил мне за ухо прядь выбившихся волос. От его прикосновения словно ударило током. Я резко помотала головой из стороны в сторону в попытке отогнать наваждение. Фарн рассмеялся.

– Здесь нет никакой магии, Маргарита. Ты тоже мне очень нравишься, – усмехнулся он и, легко спрыгнув со стола, отправился восвояси.

Я даже ответить ничего не успела, так и застыла, хлопая глазами и пытаясь осознать – что это только что сейчас было?..





* * *


Я писала изображения загадочной броши раз за разом, но все впустую. Как жаль, что, пока была возможность, я не изучила эту вещицу вдоль и поперек!

Рабочий день сменился выходным, впереди оставался еще один – до учебы времени полно. Здорово, что можно не беспокоиться о холстах – они сами собой появлялись в шкафу, стоило только захотеть. Сколько сейчас времени? Я перевела взгляд на часы. Пять вечера. А такое ощущение, словно пять утра!

Устало отбросив очередную неудавшуюся картину, я потерла глаза. За последние сутки спала от силы часа три, перекусывала тем, что нашла в буфете. А большего мне и не надо – когда нервничаю, кусок в горло не лезет…