Добейся меня, герой

– Вот и славно. Моему отцу точно не понравится то, что вы с ребенком. Он сразу решит, что вы охотница за деньгами.

– Так я и есть охотница за деньгами, – заявила Даниэль. – Если бы вы не предлагали денег, меня бы здесь не было. Мне нужны деньги, мистер Грейсон, а не женитьба.

– Зовите меня Джошуа и давайте перейдем на «ты», – сказал он. – Пошли.

Даниэль последовала за ним. Гостиная словно перенеслась в дом с обложки журнала. От кухни просто захватывало дух: все вокруг блестело, а нержавеющая сталь в окружении деревянных элементов являла собой причудливое сочетание современного и деревенского стиля.

Даниэль впервые оказалась в доме, где большое внимание уделялось деталям. До рождения Райли она жила со своей матерью, домашний декор включал в себя пластиковые цветы и вытертый коврик на кухне, который прикрывал полустертое пятно на линолеуме.

– На время нашего договора ты будешь жить здесь. Ты будешь присутствовать на семейных торжествах и рабочих мероприятиях.

– Тебя не смущает, что я не подхожу для этой роли?

– Нисколько. Люди, с которыми я веду бизнес, увлечены нетрадиционными вещами. Я уже говорил, что моя сестра Фейт является пионером в этой области.

– Великолепно, – одобрила Даниэль – Рада стать нестандартным дополнением к тебе.

– На самом деле мне плевать, рада ты или нет. В том смысле, что я тебе плачу и тебе не надо изображать радость.

Даниэль нахмурилась. Ей не понравилась эта отповедь.

– Нам нужно обсудить условия и прочее. Я понятия не имею, что тебе конкретно от меня надо, но о сексе речи быть не может. Я здесь для того, чтобы изображать твою невесту, как указано в объявлении.

Презрительная гримаса на его лице почти рассмешила Даниэль. Не рассмеялась она потому, что его реакция больно ударила по ее самолюбию.

– Думаю, я смогу контролировать себя, мисс Келли.

– Раз я могу называть тебя Джошуа, то и ты зови меня Даниэль, – предложила она.

– Договорились.

«Как же с ним трудно», – подумала Даниэль. Неудивительно, что у него нет женщины, готовой выйти за него замуж. Что-то с ним не так, и нужно выяснить, что именно. Ведь не без причины его отец решил искать сыну жену через объявление в газете. Такому богатому и чертовски красивому мужчине достаточно было бы щелкнуть пальцами, и к нему сбежались бы толпы желающих.

Все эти мысли вызывали у Даниэль сильную тревогу, но она отмахивалась от нее. Ради компенсации. Ей нужны были деньги.

– Что я буду делать в свободное время?

– Жить здесь, – ответил Джошуа. – К тому же у тебя ребенок. Уверен, что он отнимает у тебя много времени.

– Это Райли. И да, он действительно требует много времени. Он младенец.

Джошуа никак не отреагировал на ее слова.

– Он совсем беспомощный, ему требуются внимание и забота. Ой, ясно же, что ты этого не знаешь.

– Не знаю, – подтвердил Джошуа.

– Этот дом достаточно большой, чтобы ты и не узнал.

– Я работаю с заокеанскими компаниями, – сказал Джошуа, – и должен быть постоянно на связи, поэтому сплю всего несколько часов в сутки. Также я много времени провожу вне дома.

– Ты это к чему? – спросила Даниэль, отлично зная, что бесплатным сыр бывает только в мышеловке. Она с самого начала ждала от него подвоха и не удивилась бы, если бы он привел ее в свое подземелье и показал камеру пыток.

– Ни к чему.

– То есть я должна жить в этом прекрасном доме, носить твое кольцо, встречаться с семьей, вести себя отвратительно, и потом ты мне заплатишь?

– Таков уговор, мисс Келли.

– А что, если я украду столовое серебро?

Джошуа усмехнулся:

– Я все равно буду в выигрыше. Если ты уйдешь глубокой ночью, то не получишь денег, а я смогу сказать отцу, что из-за его объявления я связался с мошенницей и теперь мое сердце разбито.

Даниэль поняла: Джошуа определенно все продумал.

– Итак, мы… Неужели все это на самом деле?

– Нужно будет подписать кое-какие бумаги, но да, все на самом деле.

Джошуа сунул руку в карман джинсов, вынул маленькую бархатную коробочку и открыл ее. На подушечке лежало красивое бриллиантовое кольцо.

Предполагалось, что, преподнося это кольцо своей избраннице, он скажет, что любит ее, что она нужна ему. Однако такой момент так и не настал. Поэтому Джошуа просто достал кольцо и сказал:


– Дай сюда свою руку.

Даниэль подчинилась. Она не знала, чего ожидать. Что он опустится на одно колено? Что он наденет кольцо на ее безымянный палец?

Однако он просто положил его ей на ладонь.

Она взяла кольцо и вдруг осознала, что держит в руке больше денег, чем могла бы заработать за всю свою жизнь. Хотя нет. В течение следующего месяца она заработает достаточно, чтобы обеспечить себя и Райли. И тогда она получит постоянную опеку над ним.

У нее была нелегкая жизнь – постоянные переезды, сомнительные дяди, которых постоянно приводила мать, голод, холод, страх, неопределенность… Такой судьбы для Райли она не хотела и намеревалась обеспечить надежную защиту своему единоутробному брату. И ради этого она была готова пойти на эту сделку и даже расхаживать по дому в сексуальном костюме мишки Тедди, если того захочет Джошуа. Ведь это малая цена за будущее Райли.

– Да, – сказала Даниэль, взвешивая кольцо, – малая.





Глава 2




Следуя за Даниэль по коридору, Джошуа сожалел о том, что у него нет домработницы. Какая-нибудь пожилая британка очень пригодилась бы в сложившейся ситуации. Ей Даниель с ребенком пришлась бы по душе, а вот о нем такого сказать было нельзя. Его не покидало ощущение, что его захватили. Это, конечно, было глупостью, так как он сам все затеял, правда только после того, как увидел отцовское объявление. И не важно, что у отца мягкое сердце и что им движут благие намерения. Главное – это то, что он устал от постоянного давления, от муссирования этой темы на всех семейных сборищах, от требований создать семью.

Этому не бывать.

Когда-то он думал, что его будущее станет именно таким. Он с нетерпением ждал его. Но потом ему стало ясно, что людям, уверявшим его, что лучше любить и потерять, чем совсем не любить, никогда не доводилось переживать потерю.

Его вполне устраивал холостяцкий образ жизни. А когда ему бывало одиноко, он вызывал к себе женщину и проводил с ней несколько часов в постели или на заднем сиденье своей машины. Любовь не входила в его планы.

– У тебя большой дом, – сказала Даниэль.

В ее голосе он услышал нотки осуждения, которые ему показались неправильными, учитывая обстоятельства. Как-никак, он тот, кто платит ей за то, что она притворяется его женой. И тот, кто живет в этом огромном доме. С другой стороны, она единственная откликнулась на объявление, размещенное абсолютно чужим человеком. Так что получается, что ей не пристало что-либо критиковать здесь.

– Да, большой.

– А зачем? В смысле ты живешь здесь один?

– Размер имеет значение, – ответил Джошуа, не обращая внимания на то, что младенец у нее на руках начал хныкать и извиваться.

– Ну да, – сухо произнесла она, – я жила в многоквартирных домах поменьше этого.

Джошуа остановился и повернулся к ней:

– И что дальше? Я должен тебе посочувствовать? Укорить себя за то, что живу в большом доме? Поверь мне, я начинал с малого. Но я предпочел жить лучше, нежели мои родители. И я добился этого. Заслужил.

– Ах, ну да. В таком случае я заслужила свое тяжелое положение.

– Я ничего не знаю про твою жизнь, Даниэль. А самое главное, что и не хочу знать. – Джошуа вдруг сообразил, что впервые назвал ее по имени.

– Великолепно. Аналогично. За исключением того, что я буду жить в твоем доме, так что мне поневоле придется узнать какие-то стороны твоей жизни. И тогда может возникнуть разговор вроде этого. Кстати, если ты собираешься что-то предполагать обо мне, то будь готов, что я отвечу тем же.

– Я не обязан. Насколько я знаю, я работодатель, а ты работник. И это значит, что если я захочу поведать тебе о своих детских психологических травмах, то тебе придется лечь на мою кушетку и послушать. И наоборот, если я не хочу ничего знать о твоих травмах, то не обязан узнавать. Все, что мне нужно, – это вкладывать в тебя деньги, пока ты не замолчишь.

– Ух ты. Я всю жизнь ждала именно такого предложения. Я как раз люблю поговорить. И меня трудно заткнуть. Это означает, что я еще очень долго буду получать деньги.

– Не испытывайте мое терпение, мисс Келли, – сказал Джошуа. Ему совершенно ничего не хотелось знать о ее детстве или что ее сюда принесло, какое у нее прошлое. Его не волновало, кто отец ребенка и как она оказалась в такой ситуации. Это его не касалось и ему было безразлично.

– «Не испытывайте мое терпение, мисс Келли», – повторила Даниэль, и Джошуа догадался, что она его передразнивает.

– Серьезно? – спросил Джошуа.

– Что? Ты что, рассчитываешь, что тебе не прилетит за твое свинство?

– Я рассчитываю, что могу делать что угодно, так как я плачу тебе.

– Ты же не захочешь, чтобы я наряжалась в костюм медвежонка Тедди и пылесосила?

– Что?

Даниэль переложила младенца с одной руки на другую.

– Слушай, чувак, это многим по душе. Им нравятся плюшевые игрушки, точнее, им нравятся люди, одетые, как мягкие игрушки.

– Мне нет.