Дерзкий, юный и мертвый

– Я не хочу отдавать бамбино, но…

На глаза у нее навернулись слезы, и она торопливо их смахнула.

– Знаю, – тихо произнесла Луиза. А что еще можно было сказать?

В дверь вдруг зазвонили, потом раздались три глухих удара, будто кулаком. Миссис Брюстер подпрыгнула и чуть не уронила чашки с блюдцами, которые выставляла на стол.

– Сидите здесь, – велела она и выскочила из кухни.

Луиза держала Даниэля на коленях, но тот, когда портниха вышла, захныкал и стал ужом сползать на пол.

Из коридоре донеслись громкие голоса.

Миссис Брюстер торопливо сыпала словами – английскими и итальянскими вперемешку, путая их сильнее обычного, – умоляя кого-то повременить с оплатой, ведь у нее совершенно не осталось денег.

Другие голоса были мужскими, отрывистыми, с заметным южным акцентом. Луиза не поняла, сколько их: двое, трое?

Даниэль выронил хлебную корку и протяжно заскулил; нижняя губа у него затряслась.

Голоса зазвучали тише. Должно быть, незваные гости, как ни пыталась их выставить портниха, прошли в мастерскую.

На минуту Луиза упустила мальчика из виду, а когда спохватилась, тот уже выполз в коридор и зарыдал в полный голос. Она хотела было выбежать за ним – но поздно!

– Это еще кто? – донеслось сквозь приоткрытую дверь.

– Просто мальчик, – с явным отчаянием сказала миссис Брюстер.

– Не твой же? Медицина на такие чудеса пока не способна, – загоготал один из мужчин.

– Что, ясли на дому решила устроить? – Второй, судя по голосу, был совсем молодым.

Даниэль замолчал. То ли миссис Брюстер взяла его на руки, то ли сам он в гнетущей обстановке затих. Луиза по опыту знала, как тонко дети чувствуют настроение взрослых, пусть даже не понимают, в чем дело.

– Слышь, – сказал первый, – тебе небось за присмотр приплачивают, а?

Миссис Брюстер не ответила, по крайней мере, Луиза ничего не услышала.

– Вот и славно, – сказал второй. – В общем, если в следующий раз тебе будет опять нечем платить, мы вместо денег заберем мальчишку. Он смазливый, его охотно купят. Это будет справедливо, согласись?

И снова тишина в ответ. Через пару секунд входная дверь хлопнула, и Луиза осмелилась выйти из кухни. Она прошла в мастерскую и увидела, как миссис Брюстер баюкает Даниэля – малыш уже не плакал, хотя от прежней его радости не осталось и следа.

На столе возле швейной машинки лежал большой коричневый сверток.

– Они снова придут, – промолвила миссис Брюстер.

Под глазами у нее еще отчетливее выступили темные круги.

– Кто – они?

Портниха сгорбилась и опустила голову, прячась от взгляда.

– «Слоны». Чаще приходит другой. Он приносит разные ткани, а я должна отдавать за них деньги. А эти очень грубые, они всегда меня запугивают.

– Хотите сказать, что вы шьете из тканей, которые вам приносят эти люди?

Получается, портниха сознательно берет краденые товары?

Миссис Брюстер все-таки призналась, хоть и не без труда.

– Приходится. В магазине я такие купить не смогу. Это его мать – она нас свела. И ткани очень хорошие… Что мне делать?! Чем им заплатить?!

– Мы что-нибудь придумаем, – твердо сказала Луиза. – Даю слово.

По правде говоря, она не имела права давать такие обещания. Однако она не могла бросить мальчишку в беде. В конце концов, Даниэль ни в чем не виноват, просто родился под несчастливой звездой. Луиза по себе знала, каково это. Надо забрать его отсюда. Вопрос лишь – куда?





Глава 43





Забрать Даниэля у миссис Брюстер не составило особого труда, хотя в момент расставания старуха чуть не расплакалась. Портниха вручила Луизе тощую матерчатую сумку с вещами мальчика, где лежало немного одежды, пара игрушек и фотография Далси, не в рамке, просто зажатая между двумя открытками и перевязанная ленточкой.

От Эдриана Кертиса – ничего.

Миссис Брюстер скорбно кривила губы.

– Я буду по нему скучать.

– Знаю, – кивнула Луиза. – Уверена, что Далси обязательно найдет способ вас поблагодарить. Вы очень хорошо о нем заботились.

Даниэль играл с кубиками, не замечая ничего вокруг. Даже когда Луиза присела на корточки и дотронулась до его плеча, он не шевельнулся, сосредоточенно пристраивая красный деревянный брусок поверх желтого.

Миссис Брюстер окликнула его:

– Бамбино, слушайся эту леди.

Только тогда он поднял голову, и Луиза увидела в глубине голубых глаз свое отражение.

– Даниэль, пойдем, я отведу тебя к родным. Они за тобой присмотрят.

Мальчик молча отвернулся и взял новый кубик.

– Нам пора. Давай купим тебе к чаю тортик? Шоколадный. Ты любишь шоколадный тортик, Даниэль?

Голос у нее задрожал. Если малыш будет упрямиться, ей не хватит решимости увести его силой. В конце концов Луиза просто подняла Даниэля и прижала к себе. Тот извернулся, выкрутил руку, сжимая и разжимая пятерню, и зажмурил глаза. Губы затряслись – он был готов разрыдаться.

– Дайте ему кубик, пожалуйста, – попросила Луиза, и миссис Брюстер сунула ему красный.

Даниэль сграбастал его и, прильнув щекой к Луизиной шее, обеими руками прижал к себе деревяшку, словно величайшее на свете сокровище.



Лишь оказавшись на улице, Луиза осознала весь ужас своего необдуманного поступка. На ее попечении оказался трехлетний мальчишка, и если план провалится, идти им будет некуда.

Было поздно, поэтому Луиза купила в ближайшем кафе булочку. Даниэль с аппетитом стал ее уплетать, а Луиза посадила его на пол телефонной будки. У родственников Далси должна быть фамилия Лонг, и если она и впрямь из «Сорока воровок», то жить они должны где-то в Ламберте, неподалеку от «Слона и замка». Луиза просмотрела телефонный справочник и вскоре нашла три подходящих адреса. Записала их, потом позвонила в полицейский участок на Вайн-стрит и оставила для Гая и Мэри Мун сообщение с просьбой встретиться с ней на станции Ламберт сегодня в одиннадцать вечера. Только бы хватило времени…

День выдался долгим, Даниэль устал и оттягивал ей руки, поэтому Луиза решила взять от Эрлс-Корта до Ламберта такси. Правда, уйдут деньги, которые она отложила для матери…

Поездка на южный берег Темзы – водителю пришлось сразу отдать половину платы, иначе он, услыхав, что предстоит переезд через мост, стал ворчать («Обратно-то катить задарма») – заняла около часа. Луиза откинулась на спинку, Даниэль крепко спал, а мимо неслись уличные фонари, красиво озарявшие набережную. Вскоре такси принялось петлять по узким улочкам, где почти не было других автомобилей. Дважды водитель останавливался и спрашивал дорогу у прохожих.

По нужному адресу Луиза попросила водителя подождать и, оставив Даниэля в машине, постучала в первую дверь. Открывшая ей женщина сказала, что Лонги давно переехали, а куда, она не знает.

По второму адресу никто не отозвался, а сам дом выглядел пустым.

Луиза запаниковала, испугавшись, что так и не найдет сестру Далси.

Третий дом – номер тридцать три по Джоан-стрит – тоже был темным, только в верхнем окошке горел свет, желтым полумесяцем просачиваясь сквозь задернутые занавески. Таксист сжалился и выключил счетчик. Он поставил автомобиль, не заглушая двигатель, на обочину дороги. Даниэль лежал на заднем сиденье, чуть слышно посапывая и чмокая губами. Луиза постучала в дверь и, дрожа, застыла на крыльце. Через какое-то время – мимо по другой стороне улицы успел прошагать мужчина – Луиза снова постучала, и наконец внутри послышались шаги и лязг отпираемых замков.

Дверь открыл невысокий мужчина в полосатой фланелевой пижаме, которую нянюшка Бло немедля отправила бы в стирку.

– Чего надо? – спросил он довольно грубо.

– Я подруга Далси, – сказала Луиза.

Мужчина высунул голову:

– Кто еще с вами?

– Никого.

– А что за такси стоит?

Мужчина был чем-то напуган, оттого держался нелюбезно.

– Мое, водитель меня ждет. Пожалуйста, не волнуйтесь. Я просто хочу найти сестру Далси, Марию.

Мужчина отшатнулся:

– Где Мария, я не знаю!

Он захлопнул дверь и стал яростно щелкать замками.

Ну конечно: услышал, что она ищет Марию, и решил, что Луиза явилась по приказу Элис Даймонд. Вот она глупая!..