Частный детектив

– Мартен, – Матье сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться, опустился на стул напротив Бернана и продолжал уже спокойным голосом: – Прошу тебя, выслушай меня внимательно не перебивая. Хорошо?

– Я знаю все, о чем ты скажешь, – мышцы лица Бернана самопроизвольно дернулись.

– И тем не менее. Я обещаю тебе, что твой проект никто не прикроет. Он действительно очень перспективен, но несколько… несвоевременен, что ли. Нужно немного подождать, определиться с рынком сбыта, покупательским спросом. Без этого нельзя, понимаешь? И «Эль-Моторс» скажет тебе то же самое.

– Поль, не вешай мне лапшу на уши! Я уже имел беседу с Фарли, и он крайне заинтересован в моем проекте, – зло отмахнулся Бернан.

– Разумеется, заинтересован! – вновь вскинулся Матье. – Но это совсем не означает, что он тут же бросится налаживать выпуск новых приводов тебе в угоду! Ответ его будет тем же, что и мой.

– Откуда тебе это знать наверняка? Ты закоснел, и не видишь дальше собственного носа, Поль! Я устал, понимаешь, устал копаться в старых развалинах. Я не хочу больше ничего продлевать, нигде подставлять подпорки, ожидая, когда это изношенное барахло вконец развалится. Ведь это не ты, а я – я! – даю заключения по возможности продления сроков эксплуатации. Это я отвечаю, а не ты. И не ты, а я, если что, сяду в тюрьму, случись с ними авария. Ты хоть это понимаешь? И на меня давят, не желая списывать всю эту чертову рухлядь!

– Все мы за что-то отвечаем, Мартен! И у меня ответственности не меньше, уверяю тебя! К тому же твоя драгоценная «Эль-Моторс» обслуживает такую же технику и с той же степенью износа. И тебе это известно не хуже меня.

– Но у них, по крайней мере, я смогу найти себе работу поинтереснее!

– Тогда катись ко всем чертям, Мартен, – Матье вскочил со стула и закружил по комнате. – Мне надоело нянчиться с тобой, как с малым ребенком. Только предупреждаю сразу: MRQ-03 принадлежит не мне и не тебе, а компании, поэтому ничего и никуда ты с собой не возьмешь. И там, в своей распрекрасной «Эль-Моторс», будешь начинать все с нуля. В противном случае я буду вынужден вчинить и тебе и твоей обожаемой «Эль-Моторс» иск за кражу интеллектуальной собственности. Заруби себе это на носу!

Бернан порывисто вскочил на ноги, глаза его яростно засверкали.

– Ты мне угрожаешь?!

– Я тебя предупреждаю, Мартен. А угрожаешь мне ты. И мне надоели эти бесконечные пререкания на одну и ту же тему. Поэтому еще раз повторяю: ты волен поступать по-своему и катиться ко всем чертям, то есть, в «Эль-Моторс». – Матье отвернулся к окну, уставившись на раскинувшийся внизу пригород Сен-Реми. – Я тебя больше не задерживаю, Мартен.

Бернан некоторое время стоял, сверля взглядом спину Матье, потом вдруг сорвался с места и пулей вылетел из кабинета, хлопнув дверью. Матье, немного погодя, вернулся на свое место и спокойно принялся за свои дела, будто ничего не произошло.

Запись закончилась.

Следующая начиналась спустя десять минут: двери кабинета Матье вновь распахнулись, и в них вошел Бернан. Закрыв за собой дверь, он быстро прошел к столу и застыл около него, уперев тонкие пальцы в сверкающую полированную поверхность стола.

– Присаживайся, Мартен, – без малейших признаков раздражения предложил Матье. – Успокоился?

– Да. Ты извини, что я сорвался.

– Да нет, все в норме. Все мы на нервах от этой чертовой работы, с кем не бывает?

– Со мной это бывает слишком часто, – тихо произнес Бернан.

– Забыли, – предложил Матье, складывая руки на столе. – Так как, ты летишь или нет?

– Лечу, – поразмыслив, согласился Бернан.

– Вот и отлично! Давай я подброшу тебя на космодром, – Матье поднялся на ноги, оправляя пиджак и подтягивая узел галстука.

– Хорошо, – как-то отстраненно, словно нехотя согласился Бернан.

Матье приблизился к нему, приобнял за плечи одной рукой, и они вместе вышли в приемную.

Запись закончилась, и Дюпон включил другую.

…Бернан сидел за консолью, судя по всему, на своем рабочем месте. Его окружали всевозможные приборы с экранами и без, с горящими непрестанно и мигающими глазками светодиодов на панелях, соединенные друг с другом множеством проводов. Бернан был занят тем, что отбирал какие-то файлы и складывал их в отдельную папку. Это продолжалось минут тридцать. Пару раз мимо Бернана проходили какие-то люди, но тот ни на что вокруг не реагировал, продолжая сосредоточенно заниматься своим делом.

Дюпон быстро промотал запись вперед, и остановил на том месте, где Бернан вставил в консоль флэш-стик, затем подхватил в голообъеме отобранные файлы и кинул их на появившийся образ носителя информации. В объеме возникла надпись «Введите разовый код безопасности!», и ниже – пустая строчка для ввода. Достав из кармана инп, Бернан покопался в нем и быстро ввел десять цифр. Надпись пропала, и началось копирование.

Дождавшись его окончания, Бернан вынул из консоли флэш-стик, положил его в маленький пластиковый плоский контейнер и убрал во внутренний карман пиджака. Затем выключил консоль и ушел.

«Значит, Бернан в десять пятнадцать совершенно законно скинул необходимую ему информацию на флэш-стик, воспользовавшись выданным ему для этой цели одноразовым паролем, и отправился на встречу с Матье, где пробыл до десяти сорока пяти, – подытожил Дюпон, внося в записную книжку пометки. – Теперь посмотрим четвертую запись».

На следующей записи Матье с Бернаном прошли из лифта к рамкам безопасности. Здесь произошла некоторая заминка, в ходе которой Бернан был тщательно проверен. Но он при этом оставался совершенно спокоен и даже шутил с Матье, прошедшим контроль первым и ожидавшим его по ту сторону линии контроля. Затем они вместе быстро пересекли холл. Народу в холле в этот момент было довольно много, но все уступали дорогу Матье, здороваясь с ним. Покинув здание, Бернан с Матье сели в один из флаеров. Тяжелая машина тут же взмыла в воздух.

«Да, никакого криминала, как и утверждал Матье. Поэтому у Бернана и не возникло никаких осложнений с проносом флэш-стика через контрольные рамки системы безопасности».

Дюпон задумчиво погладил переносицу. В голове тлело какое-то странное ощущение, будто он что-то упустил – что-то очень важное. Но что?

Промотав последнюю запись еще пару раз и так ничего и не обнаружив существенного, Дюпон отмахнулся от назойливой мысли, приписав ее желанию найти разгадку тайны там, где ее нет – такое с ним частенько случалось.

Нужно было копать в другом направлении.

Подняв над головой сцепленные руки, Дюпон потянулся, разминая затекшие от долгого сидения суставы.

В прихожей хлопнула дверь, и по коридору процокали каблучки. В дверь кабинета заглянула любопытная мордашка Селин.

– Приветик! – поздоровалась она. – Ты еще не ложился?


– Какой там! – отмахнулся Дюпон. – Нужно перебрать уйму информации.

– Хороший улов? – разуваясь, поинтересовалась девушка.

– Не то чтобы очень, но все же, – в своем духе отозвался Дюпон. – Бумаги, записи. Вот, сижу просматриваю.

– Ложился бы спать, – посоветовала ему Селин. – Уже двенадцатый час, как-никак.

– Я еще немного поработаю. Свари мне кофе, если нетрудно.

– Хорошо, только переоденусь, – шурша домашними тапками и на ходу расстегивая кофточку, девушка торопливо поднялась по лестнице на второй этаж.

Дюпон, потерев пальцами красные от усталости глаза, вернулся к работе. Свернув файлы с видеозаписями, он перешел к документам на флаеры.

Первыми шли извещения Технического отдела о скором окончании срока действия разрешения на эксплуатацию обеих машин и необходимости продления их ресурса. У первого флаера, принадлежащего Службе безопасности, срок эксплуатации завершался второго июня. У второго и того позже – десятого.

«Странно, – подумал Дюпон. – Получается, на момент совершения преступления обе машины могли эксплуатироваться. И совершенно непонятно, зачем было передавать на продление ресурса технику, которая может работать еще две-три недели? Или так положено? – он побарабанил пальцами по столу. – Надо будет уточнить этот вопрос».

Сделав соответствующую пометку в записной книжке, он вернулся к документам. В этот момент в кабинет вошла Селин, неся в руке бокал с кофе. На девушке был коротенький домашний халатик, половинки которого она придерживала на груди пальцами свободной руки.

– Я не стала делать слишком крепкий, – сказала она, ставя бокал на стол. – А то будешь потом всю ночь слоняться по дому.

– Спасибо, – поблагодарил сестру Дюпон и сделал небольшой глоток. – Самое то.

– Я пошла ополоснусь и спать, если не нужна.

– Нет-нет, отдыхай. Спокойной ночи.

Взяв горячий бокал обеими руками, Дюпон поднес его к губам, но тут раздался гулкий перелив видеовызова.

– Кому не спится: – недовольно проворчал Дюпон, отставляя бокал и разворачивая в рабочем объеме консоли вызов.

В окошке возникло худощавое подвижное лицо Жана Матье.

– Э-э… добрый вечер, мсье Дюпон! – поздоровался тот, выпячивая и вновь задвигая острый подбородок. – Надеюсь, я вас не разбудил?

– Добрый вечер, мсье Матье. Нет, я еще не ложился. Что у вас?

– Я подумал, вам будет небезынтересно узнать… – небольшая пауза. – Это касается дела отца.

– Слушаю вас внимательно, – Дюпон придвинулся ближе, сцепив пальцы рук на столе.

– Не знаю, в курсе вы или нет, но у отца был, э-э… так сказать, небольшой конфликт с мсье Бернаном перед самым его отлетом.

– Я в курсе, – едва заметно кивнул Дюпон. – Ваш отец уже поделился со мной подробностями этого конфликта.

– Да-да, конечно. Но дело в том, что я тоже имел беседу с мсье Бернаном сразу после того, как тот покинул кабинет отца. И мне подумалось, вы должны быть в курсе.

«Это интересно! Почему же у меня нет записи этой беседы?» – несколько удивился Дюпон, а вслух спросил: – Мсье Матье, а где конкретно происходила ваша беседа?

– В туалетной комнате, – пояснил Жан, пальцами приглаживая волосы на лбу. – Когда я вошел, мсье Бернан стоял у умывальника и смотрелся в зеркало, будто сквозь свое отражение.

– То есть, вы хотите сказать, он был погружен в себя.

– Именно! Сначала я не обратил на него никакого внимания, поскольку был не в курсе их очередной перепалки с отцом. Я поздоровался с мсье Бернаном, но он то ли не расслышал меня, то ли вовсе не заметил, продолжая что-то бубнить себе под нос. Тогда я спросил его, что случилось? Вы не поверите, – всплеснул руками Жан, – такой бурной реакции я никогда еще у него не видел! Он костерил отца минут пять, а после заявил, что больше не намерен ни минуты оставаться в нашей компании. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы успокоить его и отговорить от опрометчивых поступков.

– Вы не спрашивали его, что, собственно, послужило поводом для столь бурного проявления чувств?

– Разумеется, я поинтересовался, – важно надул впалые щеки Жан. – Мсье Бернан заявил, что не видит смысла в своей работе, и он годами занимается пустым делом, растрачивая свой талант. Ну и тому подобное в том же духе.

– Понятно, – Дюпон помассировал подбородок. – И что же произошло дальше?

– Дальше? Дальше, немного успокоившись, мсье Бернан нашел для себя возможным извиниться за свой неконтролируемый срыв и обещал еще раз спокойно поговорить с отцом.

– И поговорил?

– Да, он сразу же отправился в кабинет отца, где они быстро помирились.

– Понятно. Спасибо за информацию, мсье Матье. – Дюпон медленно откинулся назад. – Это все?

– Да.

– Если еще что-нибудь вспомните, обязательно позвоните.

– Разумеется, мсье Дюпон! Надеюсь, что помог.