Бездушная

Шиарра шла по улицам Феира и не видела окружающего, её эмоции застыли, как мошки в сиропе, и в душе царила пустота. Вдруг стало всё равно, что будет дальше, и что скажут родители, как посмотрят на неё. Жить дальше, с чистого листа? Она никогда не представляла свою жизнь вне Дворца, и уж тем более, кого-то другого рядом… Шиарра свернула на тихую улочку, в середине которой и находился дом родителей, и ещё больше замедлила шаг, сердце гулко колотилось в груди, и проснулся страх. А ну, как не примут? Сочтут, что она опозорила семью своим возвращением? Куда ей идти, без денег, без занятия? Ши поёжилась, подавила малодушное желание вернуться во Дворец и умолять простить, и направилась к дому. Изящную кованую решётку обвивали колючие стебли дикой розы, алые розетки яркими звёздочками разбавляли густую зелень. От калитки к крыльцу шла дорожка, посыпанная мелким гравием, на лужайке с обеих сторон пестрели клумбы – мама любила разводить цветы. Шиарра сглотнула и толкнула калитку, ступив на дорожку. «Вдруг дома никого нет?..» – мелькнула суматошная мысль. Вдруг экономку уволили? Вдруг она тоже по делам ушла?

Когда девушка поднялась на крыльцо, её нервы натянулись до предела, а в горле стало сухо, как в пустыне. Она дрожащими пальцами потянулась к шнуру звонка и дёрнула, чутко прислушавшись к приглушённой трели внутри дома. Мгновения до того, как по ту сторону раздались шаги, тянулись для Ши бесконечно, но наконец дверь распахнулась…

– Шиарра? – на неё удивлённо смотрела мама. – Неожиданно, – она улыбнулась. – Ты в гости, тебя отпустили? – она посторонилась, пропуская девушку.

– Нет, мама, – тихо ответила Ши, отведя взгляд и шагнув в просторный холл, в котором вкусно пахло деревом и воском. – Я вернулась. Домой.

На лице женщины отразилось недоумение, потом улыбка увяла. Она помолчала, прикрыла дверь и повернулась к дочери.

– Пойдём, поговорим, – негромко произнесла мама и подхватила Ши под руку.

Шиарра подавила вздох. Это будет самый сложный разговор за всю её жизнь, но его не избежать.



На этот раз Танния гуляла с Силанной – обедали девушки все вместе, в том числе и Бездушная. Она решила, что сторониться других, когда они ей ничего не сделали, не слишком вежливо с её стороны, да и если Таннии предстоит здесь жить, лучше попробовать наладить отношения с остальными. Им накрыли в большой светлой столовой, и в общем, обед прошёл довольно приятно в беспечной болтовне, шутках и смехе. Правда, Тан больше помалкивала, отвечая на вопросы односложно, и в основном слушала вполуха. Обстановка за столом царила непринуждённая и дружелюбная, и постепенно Танния поймала себя на том, что ей нравится слушать разговоры о нехитрых девичьих радостях и развлечениях, и даже захотелось как-нибудь присоединиться…

Ну а после обеда Силанна предложила прогуляться вместе до озера, и Тан согласилась.

– Откуда ты, Танния? – полюбопытствовала Лан, пока они неторопливо шли по коридорам и переходам Дворца. – Ты ничего о себе не рассказываешь, – девушка покосилась на Бездушную.

Тан чуть нахмурилась.

– Я плохо помню своё прошлое, – медленно ответила она. – Знаю только, что жила не в Феире.

– Понятно, ну ладно, – Силанна не стала расспрашивать дальше. – Хочешь поплавать? День такой жаркий сегодня, – предложила она с улыбкой.

Танния кивнула – она ничего не имела против. На пляже никого не было, они выбрали самую дальнюю часть, отгороженную пышными кустами – именно сюда Бездушная приходила с Корхиллом не так давно. От воспоминаний по телу Тан прошла тёплая волна, но девушка отогнала картинки, избавилась от лёгкого платья и вслед за Силанной зашла в озеро. Она хотела отплыть чуть подальше от Лан, но та вдруг с весёлым смехом плеснула ей в лицо, и Танния от неожиданности фыркнула, в ответ стукнув ладошкой по воде. Над озером колокольчиком разнёсся звонкий голос Силанны, её глаза ярко блестели, а щёки разрумянились, и по мраморно-белой коже стекали хрустальные капельки, радужно посверкивая, как маленькие звёздочки. Влажные пряди прилипли к вискам, а под прозрачной водой виднелись розовые соски, собравшиеся в твёрдые горошины. Лан опять плеснула, а Танния, замерев, невидяще уставилась перед собой, внезапно перед глазами всплыла другая картинка, не озера, но горной речки, в которую с уступа с шумом стекал небольшой водопад.

– Лессель, Лесси! – другой, такой же звонкий, но помоложе, голос звал из глубин памяти. – Иди сюда, ныряй, тут неглубоко!

И вот уже в заводи веселятся и дурачатся две девушки, одна из которых – сама Танния… Нет, Лессель.

– …Тан! – ворвалась в воспоминания Бездушной Силанна. – Ну ты чего?

И в лицо ей полетел очередной веер брызг, а потом девушка с тем же весёлым визгом прыгнула на Таннию, повалив её прямо в воду. Бездушная не ожидала такого подвоха, чуть не хлебнула воды, забарахтавшись и вцепившись в Силанну, а та, задорно хохоча, помогла Тан выпрямиться и сесть в мелкой воде.

– Меня зовут Лессель, – неожиданно даже для самой себя произнесла вдруг Бездушная и… губы сами сложились в немного кривую, неуверенную улыбку.

Силанна сделалась серьёзной, склонила голову на бок и одарила девушку пристальным взглядом. Потом мягко провела ладонью по щеке, стирая капли, и ответила:

– Лессель, красивое имя. Оно тебе идёт больше, – и снова улыбнулась, ясно и открыто. – Пойдём плавать? – предложила она, ухватив Бездушную за руку и потянув за собой.

Они хорошо отдохнули на пляже, вволю подурачились, и Лессель не хотелось уходить – ей нравилось здесь, у озера, ощущать на обнажённом теле невидимый прохладный шёлк воды, нежиться под тёплыми лучами солнышка. А ещё, ей нравилось, как смотрит на неё Силанна. Сейчас, когда рядом не было Корхилла, Лессель приятно общество девушки, и не хотелось делить его ни с кем. Но возвращаться всё равно пришло время, солнце потихоньку уже склонялось к закату.

– Корхилл может вернуться, и ему понадобится кто-то из нас, – пояснила Силанна, одеваясь. – Лучше надолго из Дворца не отлучаться, если Карателя там нет.

– Но ведь я ему не нужна, – Лессель покосилась на Силанну. – Я его гостья, я не могу… помочь ему так, как вы помогаете, – девушка чуть запнулась, подбирая нужные слова. – Я бы хотела погулять, это можно?

– Конечно, – с искренним удивлением ответила Лан. – Гуляй, если тебе хочется. Придёшь на ужин? – спросила она, поднимаясь по ступенькам на дворцовую галерею.

– Наверное, – кивнула Лесси. – Я просто пройдусь немного и вернусь.

– Хорошо! – Силанна вдруг наклонилась и звонко чмокнула Бездушную в щёку. – Приходи, Лессель! – и девушка убежала по коридору в глубь Дворца.

…Она снова забрела к одному из внутренних двориков, погружённая в размышления о недавней прогулке к озеру. Вновь и вновь Лессель прокручивала в голове случившееся там, свои ощущения и… да, кажется, эмоции. Они щекотали изнутри, как пузырьки, и наверное именно поэтому у неё получилось улыбнуться по-настоящему, вспомнив что-то из прошлого. Лесси словно глотнула свежего воздуха, и это состояние ей понравилось. А самое главное, оно не торопилось уходить, словно растворившись в крови и незримо присутствуя на границе сознания. Лессель вздохнула полной грудью, очнулась от размышлений и оглянулась: она стояла в уютном садике, окружённом галереей с тонкими витыми колоннами из розоватого камня, вокруг росли пышные кусты, чьи листья были похожи на раскрытый веер, откуда-то доносилось журчание. А впереди, на скамейке, сидела ещё одна Бездушная, над ней склонился Каратель. Лессель замерла, не зная, то ли тихо уйти, то ли обозначить своё присутствие, а мужчина прижался к губам девушки, аккуратно вставил ей в причёску ярко-алый цветок и с улыбкой сказал:

– Держи, Улли, заслужила. Я вернусь позже.

– Хорошо, Риммер, – отозвалась она и осторожно коснулась пальцами цветка в волосах. – Спасибо.

– Не скучай, – Каратель провёл тыльной стороной ладони по её щеке, выпрямился и вышел из садика через другой вход.

Лессель же шагнула вперёд, решив пообщаться с той, которая делила с ней прошлое в Костяной Башне. Лесси вдруг стало интересно, а как живут другие девушки, которых привели во Дворец Чувства?

– Привет… Уллира? – запнувшись, произнесла Лессель и даже вспомнила, как зовут эту Бездушную.

Та подняла голову, окинув гостью внимательным взглядом.

– Танния? – немного неуверенно ответила Уллира.

– Лессель, – поправила её собеседница и присела на скамейку рядом. – Тебе подарили цветок? – она покосилась на украшение в волосах Уллиры.


Бездушная коснулась подарка, потом кивнула, и на её губах мелькнуло подобие улыбки.

– Я случайно услышала, Каратель сказал – ты заслужила? – продолжила расспросы Лессель.

– Наверное, – медленно ответила Уллира, снова погладив лепестки.

– А чем? – полюбопытствовала Лесси.

– Не знаю, – та подняла взгляд на собеседницу. – Может, потому что была послушной? – добавила Уллира, словно размышляя вслух.

Они помолчали.

– В Башне нам подарки не дарили, – тихо произнесла Лессель через некоторое время. – Даже если были послушными.

– Не дарили, – эхом откликнулась Уллира.

– Тебе здесь нравится? – снова спросила Лесси.

– Здесь лучше, чем в Башне, – ответила девушка, вынула цветок и провела пальцами по его лепесткам. – А тебе? – Уллира искоса глянула на Бездушную.

Лессель вспомнила озеро и свои ощущения, и её губы сами раздвинулись, и улыбка на сей раз вышла почти естественной.

– Мне понравилось плавать в озере, – немного невпопад ответила она. – Это интереснее, чем сидеть целый день в комнате и ждать приказов, – неожиданно добавила Лесси.

– А ты купалась в озере? – в голосе Уллиры проскользнула тень любопытства.

– А ты нет? – в свою очередь спросила Лессель.

– Я не думала об этом, – Уллира помолчала и встала. – Пойду, посмотрю на озеро.

Не прощаясь, она ушла. Лесси посидела ещё немного, пребывая в рассеянной задумчивости, а потом тоже вышла из садика.



Я смотрел на Финиру и не узнавал её. Расширенные зрачки, учащённое дыхание, яркий румянец и приоткрытый рот, и на лице такое странное выражение…

– Нира? Ты в порядке? – я медленно подошёл к кровати, не сводя с подопечной пристального взгляда.

Платье целое, то же, в котором она была во Дворце. Видимых повреждений, синяков или царапин я тоже не заметил. Но что-то в ней было не так.

– Мне жарко, Аллард, – тем же тягучим, томным голосом произнесла Финира, не торопясь вставать с кровати – она лишь приподнялась, глядя мне в глаза, и её пальцы коснулись щеки, медленно провели по шее и спустились в вырез платья.

Я выдохнул, признаться, немного растерянный её поведением, но решительно протянул руку и позвал:

– Пойдём отсюда, Нира. Здесь не слишком хорошее место…

Договорить мне не дали. Моя подопечная вдруг ухватила меня за запястье и дёрнула на себя, так, что я не удержался и еле успел подставить ладони, чтобы не упасть прямо на девушку.

– Нира!.. – хотел её одёрнуть, и это всё, что успел сказать.

Ненормально горячие, нетерпеливые губы прижались к моим, Финира обняла за шею, притягивая ближе, заставив практически лечь на неё, и поцелуй вышел жадным, голодным, такого напора я от неё не ожидал, уж точно. Тонкие пальчики вдруг с силой ухватили меня за волосы на затылке, причиняя боль, Нира чувствительно прикусила за нижнюю губу, и я от неожиданности отпрянул, тяжело дыша и уставившись на неё шальным, недоумённым взглядом.

– Нира, да что с тобой?! – нахмурился и попытался встать, но не получилось – она не отпускала.

А ещё, вдруг закололо татуировку, к моей полной растерянности. Не так, как обычно во время работы, когда я забирал чувства, но магия почему-то откликнулась, проснулась в ответ на странные действия Финиры. Что с ней тут сделали, в конце концов?!

– Жарко… – выдохнула она мне на ухо, и по спине скатилась целая лавина мурашек, затаившись внизу живота.

Я с нарастающим беспокойством осознал, что моё тело реагирует совершенно однозначно на такие недвусмысленные действия Финиры, однако разумом-то отлично понимал, что всё происходит совсем неправильно! Не так, как должно быть, а Нира вообще невменяемая почему-то! Хотя и не отстранённая и равнодушная, как раньше, и это обрадовало бы, если бы не другие тревожные признаки.

– Пойдём отсюда, – решительно заявил я, всё же поднялся и, опёршись коленом на кровать, легко подхватил Ниру на руки. – Здесь не самое лучшее место для разговора.

Она тут же обняла меня за шею, прижавшись лбом к виску, и горячее дыхание, щекотавшее ухо, а также мягкая грудь, прижимавшаяся к моей, заставляли мысли сворачивать только в одном направлении. А Финира вся горела, я это ощущал через тонкую ткань платья, и это казалось совсем ненормальным – неужто заболела, но чем?..

– Забери меня, Аллард, – пробормотала Нира, и от её низкого, чувственного голоса меня пробрала дрожь.

Шаловливые пальчики зарылись в волосы, и я чуть не зарычал от вспыхнувшего раздражения пополам с жгучим желанием, вспыхнувшем вдруг от этих простых прикосновений. И татуировка, она не пыталась вытянуть из Финиры чувства, но продолжала радовать странным щекочущим ощущением, которое нервировало не хуже поведения моей подопечной. Я вышел из комнаты, напряжённо размышляя, как добраться до Дворца в кратчайшие сроки и безопасно ли оставить Ниру на некоторое время одну, пока буду ходить в Собор за Любовью – пусть посмотрит Бездушную, всё ли с ней в порядке. Боюсь, дворцовый доктор тут не поможет.

Нас никто не остановил, удивительное дело, и до выхода из этого дома мы дошли без происшествий, если не считать, что губы Ниры мягко прижались к моему виску и начали медленное путешествие к уху. Я всё-таки не выдержал, тихонько зашипел от нахлынувших эмоций.

– Нира! – сквозь зубы одёрнул девушку. – Прекрати!..

– Я тебе не нравлюсь? – прошептала она, на мгновение отстранившись.

Наши взгляды встретились, и я утонул в чёрном дёгте её зрачков, полностью поглотивших радужку. В них не было дна, в них плескалось сплошное нездоровое желание, жаркое, плотное, обволакивающее. Чужая страсть, не Финиры, отчётливо вдруг понял я, и мои эмоции резко сменились, по коже продрал мороз. Что моя подопечная с перепугу сделала тут? Что с ней произошло? И почему тот человек в комнате остался в таком состоянии?.. Вроде живой, но так, словно из него… вынули душу. Я остановился посреди узкого переулка, крепче прижав её к себе, и возбуждение сменилось прежней тревогой за Финиру.