Белое солнце дознавателей

— … именно потому что притащил Второй Феникс… — пробурчал Тиль.

— … или теперь, после Севера, мы стали правильными — и каждый шаг будем делать по протоколу? Наша основная задача — искать, искать, и ещё раз искать, куда приведут нити, а не заниматься вытиранием соплей у юных сиров…

— Арена. И полигон.

— Шахрейн, шекки тебя побери, ты знаешь, что я прав! За Турнир отвечаем не мы!

— Идиот, — Бутч хлопнул на стол пачку свитков и они разлетелись вокруг. — Скажи, чем я думал, когда брал тебя в пятерку, Райдо? Ты ходишь по Грани, раз за разом ставя всю операцию под угрозу, раз за разом мы все — четверо, вынуждены прикрывать твою бестолковую задницу, почему? Потому что ты — свой! Но всему есть предел.

— Бутч, — совершенно безэмоционально прошелестел Таджо.

— Если ты не видишь это сам — кто-то должен сказать тебе, Шах. Ты — не прав, — продолжил Бутч. Райдо проследил как массивная ладонь Ашту прихлопнула свитки сверху, смяв их. — Он, — палец ткнул почти ему в лоб, — нарушает приказы Ведущего раз за разом. Что делаешь ты? Прикрываешь его задницу — ах, наш мальчик не хочет к Целителям душ, ах, наш мальчик боится! А когда он слетит с плетений, ты уверен, что мы будем рядом?

Таджо поморщился, но промолчал. Каро и Сяо отвернулись, сделав вид, что их заинтересовало что-то за окном, и только Тиль, согласный с Ашту полностью, сверлил его взглядом, скрестив руки на груди.

Как же они его достали! Моралисты хреновы!

— Если он сорвется, на дисциплинарную отправят всю пятерку, — продолжил Бутч устало. — В лучшем случае. Мне — уже все равно. Объясни им, — Бутч махнул в сторону Младших, — почему ты подставляешь всех ради одного? Потому что вы учились вместе?

— Райдо дал слово.

— Райдо дал, Райдо взял!

— Арена и полигон, — повторил Таджо, глядя прямо на него взглядом «только открой свой рот ещё раз», и он торопливо закивал.

Все понимали, что Бутч гораздо лучше справился бы с этой задачей, как южанин — но Шахрейн просто указал ему место.

Для испытаний Укрепителя выбрали южный полигон — за укрепитель им готовы простить и скостить многое — Управление высоко оценило куш, который они получили через Блау. Таджо предполагал, что Второго Феникса отправили наблюдать за испытаниями в условиях, приближенным к боевым — одно дело лаборатории и тренировочный залы, и совсем другое — марш-бросок по пустыне. Больше всего всех интересовала эффективность против пустынных шекков.

И Управление. И имперскую канцелярию. И Военных. И… Кораев. И все южные кланы, чьи земли напрямую граничили с пустыней.

— Аш-ш-ш…, — Каро поморщился, когда хлопнула дверь — оглушительно, как и прошлый раз, Бутч вообще разучился выходить тихо.

Райдо обиженно засопел — кожа шелушилась, пальцы чесались, он настрадался за целый день, в этом демоновом городе, а Ашту хлопает дверями, и выходит из себя ничуть не реже, чем он, Райдо, но ему никто не говорит — «срочно к Целителям душ».

— Ему недолго осталось, — Тиль пересел на место Бутча и кивнул ему напротив. — Ты произнес последние слова вслух.

Райдо стало стыдно. На доли мгновения. То, что Ашту осталось немного — знали все. Райдо предполагал что это одна из последних операций, и он видел — Шахрейну уже прислали новый список кандидатур из Управления на его место. А новый человек в пятерке — это всегда новые проблемы.

Ашту и Таджо что-то плели с Блау — он пару раз заставал обрывки разговоров, когда они не ставили купол…но… плетения не складывались, или складывались не так, как хотелось Ашту.

Райдо вздохнул, спрятал толстые покрасневшие пальцы-сосиски под стол, и послушно наклонился над свитками — каждому выдали отдельную часть для работы.





* * *


Спуститься мне помогли — чьи-то чуткие руки подхватили снизу, придержав за талию, когда сапожки заскользили по краешку черепицы на последнем скате. И свистеть не пришлось — определенно, удобно, когда с тобой аллари.

Тюрбан, замотанный наспех, сполз на нос, и чья-то рука, решительно дернула его назад. В темноте светились белки глаз, сверкнули в усмешке зубы — сын Старика оценил мой вид.

— Уходим.

Ухоженная часть сада, дорожки, заросшие тропинки — где дикие травы взяли верх сплетаясь в причудливое покрывало цветов и линий. Первая невысокая стена, вторая, пропустить тройку охранников, пропустить ещё одну, и потом к незаметной калитке.

Один из аллари перебросил мне пирамидку-ключ на цепочке — разрешает выйти, не потревожив защиту, дверь скрипнула — пользовались калиткой нечасто, и дерево рассохлось, два шага, чтобы преодолеть ширину каменных стен, и мы в узком темном проулке, позади дома Тиров.

— Откуда? — я подбросила ключ на руке.

— Позаимствовали. У охраны.

Аллари были немногословны и хмуры. Очень хмуры. Сын Старика переступал с ноги на ногу — этот признак я уже выучила, молчун хочет говорить.

— Позже, — я сложила пальцы в жест «молчания». Кто знает, что Тиры наставили вокруг дома — нужно уйти в город.

В Хали-баде было людно. Вечерние лавки — те самые, что отрывались только с заходом солнца, светились приглашающими огнями — тут не явно не жалели артефактов на вывески. Ежегодная ярмарка, которая начиналась через пару дней делала общее настроение приподнятым и суетливым. Хитрые южане перенесли начало, чтобы дата открытия совпадала с Турниром. Таких ушлых торгашей, как на Юге, не было нигде во всей Империи.

Что делать гостям и участникам во время Турнира? Конечно, закупаться южными редкостями.

Лавки, лотки, уличные повозки, груженные разными мелочами и товарами.


— Четыре? — я подбросила на руке статуэтку Нимы, грубо вырезанную из кости. — Четыре империала вот за это?

— Это из кости пустынного варана, — оскорбился смуглый торговец, прищурив и так узкие глаза. — Три дня мы шли по пустыне и три ночи, чтобы поймать этого зверя…

— Мисси, — алариец крутнул меня за плечо и оттащил от уличного лотка перед лавкой. — Скажите, что нужно, мы купим… но… настоящее…

— Это настоящее! — возмутился торгаш и тут же заткнулся, когда двое молчаливых аллари синхронно шагнули вперед.

— Мисси, — снова вздохнул сын Старика, ловко лавируя в толпе — улицы были полны, как будто после заката жизнь в Хали-баде только начинается. Воздух был свежим и пряным, запахи южных специй смешивались с запахами дорогих масел и благовоний, ароматами жженого сахара и пахлавы, и цветов — которыми были увиты вторые ярусы большинства зданий. Время цветения, так называлось этот сезон на Юге.

Два проулка, чтобы обогнуть толпу, ещё два проулка — пока мы двигались правильно — точно в сторону Восточных ворот, я держала карту в голове, но на последнем перекрестке аллари свернули на запад, а «Сиреневый туман» был в другой стороне.

Мы остановились в безлюдном тупике, под пустующим навесом, где держат лошадей. Двойка встала на входе, а сын Старика вытащил пару свитков из внутреннего кармана.

— Вам идет, — я подмигнула ему, но вряд ли он видел в темноте — аларийцы тоже переоделись на южный манер, оставили только обувь и перевязь с оружием, верхние кафтаны были легкими, и даже тюрбаны и те, были умело повязаны так, что не отличишь от местных. Рост, смуглая кожа, если не будут открывать рот — могут сойти за своих.

Я щелкнула пальцами — маленький светляк вспыхнул перед лицом, и зашуршала пергаментом. Первый лист, второй — ничего нового. Точнее информация полностью подтверждала ту, что я помнила из прошлой жизни.

Пока ещё сир Иссихар Дан. Третий сын благословенного рода Данов, повелителей песков, и хранителей южных торговых путей. Старший и единственный ученик мастера-алхимика из рода Чи, которого взяли несколько декад назад.

— Где содержат Наставника Чи? — смуглый палец ткнул мне в третий свиток. — Когда будет слушанье?

— Уже, — алариец хмыкнул. — Приговор вынесен и обжалованию не подлежит. Ваш сир подавал прошение о выкупе, — пояснил он для меня.

Оу. Я соображала быстро, значит, мои империалы ему не пригодились, но… сначала должен быть аукцион, и только потом делу дали ход, именно поэтому Исси продал родовую собственность — чтобы вытащить Учителя. А аукцион только в конце декады! Ничего не понимаю.

— Почему они ускорили процесс? — я постучала пальцем по губам.

— Чернокафтанники, — алариец презрительно пожал плечами. — Наводнили город.

На этот раз вмешалось Управление? Сяо не писал мне.

— Сколько черных звезд прислали из Столицы?

Аллариец оттопырил три пальца, подумал, и добавил ещё один.

— Четыре звезды? — я тихо ахнула. Псаково невезение, псаково Управление. Тогда они разделят задачи — и можно будет нарваться на менталиста в самый неудачный момент.

О, за что Великий так не любит меня?

— Увлечения. Предпочтения. Отклонения, — смуглый палец указывал по-порядку. — Склонности, страхи — вы отдельно просили обратить внимание на этот пункт, мисси.

Я перелистнула на искомое — прочерк. В графе «страхи» — прочерк!

— Мало времени, — алариец развел руками. — Вы хотели результат к вечеру. И тихо.

Я хотела — результат, а пока здесь всё, что я знаю и так.

Свитки свернула в плотную трубочку и отдала обратно.

— Даны получили сообщение?

— Да, мисси. Только что, через десятые руки, — алариец коротко кивнул.

— Хорошо, у нас мало времени — нужно двигаться.

— Мисси, — алариец заступил мне дорогу — и пришлось задрать голову. Сын Старика был высоким, очень высоким даже для достаточно высоких аллари, выше Ликаса, выше практических всех в поместье. Меня всегда интересовал вопрос — действительно ли, щуплый и низкорослый Старик является его отцом? Или мать нагуляла его от какого-то заезжего алларийского красавчика? — Ещё не поздно отменить всё…

Я вздернула бровь.

— Вы читали, — он хлопнул по свиткам за пазухой, — это… плохой вариант, и со временем станет только хуже… Высшие не меняются…

— Именно поэтому, потому что станет хуже, он нужен нам на нашей стороне, — пояснила я очень терпеливо.

— Мисси, если бы мастер Сейр знал, он был бы против.

— Но он же не знает? — спросила я очень ласково — это мы отдельно обговаривали дома со Стариком, когда отбирали тройку аларийцев. Преданных только мне. Точнее мне и Ликасу. Точнее сначала Ликасу и потом мне, но сути это не меняло.

— Мастер Ликас тоже был бы против, — он решительно боднул головой.

— Несомненно, — кивнула я. — Но остановить меня смог вряд ли… именно по этой причине мы так хорошо ладим с мастером Ликасом и совершенно не ладим с Сейром. Именно по этой причине, у аллари столько прав и свобод у Блау, и именно по этой причине, я решаю, кто нужен мне, чтобы защитить всех, кто находиться под моей ответственностью, — рявкнула я тихо. — И аллари в том числе. Дан мне нужен — Дан у меня будет.

— Мисси…

— Дай сюда!