Алла Пугачева. Жизнь и удивительные приключения великой певицы

Кстати, много позже Пугачёва, уже став звездой, поможет ему получить маленькую квартиру в Кузьминках, где он поселится с молодой женой.

…Борис Вахнюк погиб в июне 2005 года. Погиб нелепо: его сбила машина прямо возле дома, когда он с двумя маленькими дочками шел вечером встречать жену.





* * *


Вся тюменская компания часто собиралась в Театре на Таганке — тогдашнем клубе либеральной интеллигенции, эдакой большой «московской кухне». Аллу, разумеется, звали с собой.

Она ходила туда не столько ради смелых по тем временам бесед о политике и роли художника в жизни общества (не очень-то ее это занимало), сколько ради запаха кулис и вкуса богемы. Эти пьянки до рассвета, полуистеричные декламации стихов Маяковского и Пастернака и песни — в одиночку, хором, до крика. Таганка, все ночи полные огня…

Обаятельный молодой бонвиван Боря Хмельницкий по просьбе Аллы давал ей контрамарки, и она пересмотрела весь модный репертуар театра, щурясь в последних рядах (очки были выброшены из жизни, как некогда коса-селедка).

Так что на пирах духа она была завсегдатаем и по количеству художественных впечатлений вполне могла дать фору иному интеллигенту из НИИ.

Вопрос: насколько это сформировало ее собственную артистическую натуру. Все-таки пока она больше доверялась тем, кто рядом, тем, кто уверенно говорил ей, как надо.

Хотя само общение с живыми легендами вдохновляло.

Главным героем тех шумных посиделок на Таганке часто становился Высоцкий. Друг другу их представил Герман Соловьев, тоже непременный участник этих собраний. Алла познакомилась с Высоцким не без внутреннего трепета: тот уже был известным артистом и, самое главное, хрипел по всей стране на магнитофонах.

Как-то в июльскую жару небольшая компания в составе Высоцкого, Соловьева, Аллы и еще пары человек отправилась в Серебряный бор.

«Помню, лежим мы, загораем, — вспоминал Соловьев. — И вдруг ребята со спасательной станции завели на весь пляж записи Володи. Мы все шутили, что надо ему сейчас встать и запеть в унисон с самим собой, чтобы все обалдели».

Алла тогда часто говорила, что на самом деле мечтает не об эстраде, а о театре.

— Из меня получится великолепная комедийная актриса! — уверяла она.

Все смеялись.

Алла упрашивала Высоцкого, чтобы тот помог ей подыскать хоть какую-нибудь — пусть самую скромную — роль в театре. Самое забавное, что тот отчасти поспособствовал воплощению ее мечты. Он договорился, что в одном из спектаклей Пугачёва поучаствует в качестве статистки. Вся «роль» Аллы заключалась в том, что в какой-то массовке она просто продефилировала по сцене.

Можно сказать, внесла свой вклад в движение «шестидесятников».

Я несла свою беду

По весеннему по льду.

Обломился лед, душа

Оборвалася,

Камнем под воду пошла.

А беда, хоть тяжела,

Но за острые края задержалася…





Эту песню Высоцкого, написанную им для Марины Влади, она иногда будет исполнять на концертах после его смерти.





Глава 8




Кафе «Молодежное»

Жених Романов

Учительница пения




«А сейчас для вас выступит молодая певица Алла Пугачёва!». Алла подсела к роялю и запела что-то из репертуара Шульженко. Молодые люди за столиками вокруг отложили на время бутерброды с жестким сыром и с интересом посмотрели на певицу.

Дело было в кафе «Молодежное» на улице Горького.

В 1960-е годы место считалось культовым. Известный музыкант Алексей Козлов писал о нем в своей книге: «…Меня пригласили на встречу по поводу организации кафе "Молодежное". Здесь собрался будущий Совет кафе и актив, то есть те, кто должен помогать Совету. Было решено, что кафе будет работать как молодежный клуб шесть раз в неделю, с семи до одиннадцати вечера. Днем, как и раньше, там продолжала функционировать обычная общепитовская точка с постоянным меню: сосиски с горошком, яичница, кофе с пирожным, мороженое, красное сухое вино типа "Мельник". Но зато вечерами, в клубные дни, при том же меню, была намечена принципиально новая форма общественного времяпрепровождения под руководством московского комсомола. Она состояла в следующем. За каждый из вечеров отвечал кто-либо из членов Совета кафе со своими активистами, которых он подбирал сам. Член Совета должен был обеспечить в свой день присутствие и выступление в кафе так называемого "известного человека", будь то поэт, писатель, артист, космонавт, ученый, спортсмен, музыкант…

Выступить там в качестве гостя стало делом почетным. Ходили в основном "свои" люди. Что касается обычных посетителей, с улицы, то их попадало в кафе крайне мало. Кафе приобрело такую популярность, что войти туда в клубный день вечером можно было, главным образом, по блату, по знакомству, как это и было в советские времена по отношению ко всему дефицитному. В кафе было всего сто с небольшим посадочных мест, подставлять стулья и добавлять столы было некуда из-за неудобной планировки основного зальчика в форме "кишки" вдоль стойки бара».

Приглашение выступить в «Молодежке» было знаком особого доверия. И одобрения комсомольских органов. Молодым стоило этим гордиться.

Аллу, хоть она еще вовсе не была большой знаменитостью, позвали на вечер приятели из Конструкторского бюро имени Яковлева, в котором она уже не раз выступала. (Тогда именно физики были отчаянными лириками. Конструкторские бюро, технические институты, физические лаборатории превратились в «очаги культуры», куда с радостью приходили самые популярные персоны, от космонавта Леонова до поэта Евтушенко. Правда, далеко не все бескорыстно.) Одному из молодых работников КБ имени Яковлева Пугачёва в знак шутливой признательности за эти «ангажементы» подарит свою фотографию, на обратной стороне которой напишет: «Шар моей благодарности катается по коридору вашей любезности». Было тогда такое модное выражение.

Алла допела и объявила, что сейчас исполнит новую песню композитора Владимира Шаинского «Дрозды». На днях тот дал ей эту вещь, и Алла очень обрадовалась: с такой красивой мелодией песня была обречена на успех. Она даже сама приложила руку к аранжировке. И не ошиблась: первое же публичное исполнение «Дроздов» в «Молодежном» прошло на ура. Правда, потом Шаинский почему-то отдал «Дроздов» другому артисту — Геннадию Белову. И в его сладкоголосом исполнении песня и стали шлягером.

Алла очень расстроилась.

В конце декабря 1967 года ее снова пригласили в «Молодежное», на новогодний вечер. Алла уже чувствовала здесь себя привольно, поэтому позволила некоторое озорство. И весело пропела фривольную народную песенку:

Веет с моря ночная прохлада,

а меня пробирает уж дрожь.

Знаю я, знаю я, шо те надо.

Но не дам, я не дам, шо ты хошь.





Публика очень смеялась. После аплодисментов, испытывая приятное головокружение от успеха, Пугачёва села за свой столик.

Тут к ней подошли два комсомольских дружинника (тоже обязательный атрибут «Молодежного») и строго сказали:

«Вам необходимо пройти в Совет кафе».

Алла побрела за ними, мрачно думая, что с этими комсомольцами вечно попадает в истории.

Однажды она в училище также в шутку спела, чуть переиначив слова: «Не расстанусь с комсомолом, не расстанусь с молодым». Так ее вызвали на какое-то там бюро и долго, утомительно «прорабатывали».

В комнате Совета кафе за длинным столом сидел румяный комсомольский вожак. Он показал певице рукой на стул. Алла села с самым невинным видом.

— Вот что я вам хотел сказать, — начал вожак. — Вот вы у нас тут поете.

— Пою, — согласилась Алла.

— Это очень, знаете, хорошо! Скоро будет городской конкурс комсомольской песни. Мы предлагаем вам выступить от Фрунзенского района. Нам нужно одно из первых мест.

Перенервничавшая Алла, которая ожидала неприятного разговора о моральном облике, вдруг воскликнула:

— Да вы что тут себе думаете? Подошли, увели! Не сказали ничего толком! Надо уметь с людьми обращаться! Не буду ни на каком конкурсе выступать!

И вышла, цокая каблуками.

Наглость, конечно, была неслыханная. Почему она осталась без последствий, так и неясно. Вероятно, резиновый морячок исполнил свои обязанности ангела-хранителя.

Кстати, через тринадцать счастливых лет Алла поселится в двух шагах от «Молодежного», только кафе уже будет рестораном с другим названием. Комсомольский энтузиазм в сочетании с сомнительными ритмами приветствовался недолго.





* * *


Незадолго до этого Алла рассталась с другим комсомольцем.

«У меня был друг, Валера Романов, — рассказывал Евгений Борисович Пугачёв. — Мы с ним работали в комсомольском оперативном отряде. Он был старше меня и учился в инязе. Я познакомил его с Аллой».

Это была, можно сказать, любовь с первого взгляда.

Все, кто наблюдал тогда за их отношениями, говорят, что этот роман был «бурный и страстный». Валера очень красиво ухаживал за Аллой. Он был из респектабельной семьи и делал возлюбленной достаточно дорогие для студента подношения.

Зинаида Архиповна ворчала, что рано еще Алле получать такие подарки, но на самом деле очень радовалась за дочь: все-таки к ней ходит не бог весть кто, а воспитанный молодой человек из Института иностранных языков.