Мийол-ученик (СИ)
В ближнем чернолесье, да с площадью сбора Природной Силы, радиус которой дорос до тридцати четырёх шагов — спасибо медитациям в зелёных зонах и эволюции до четвёртого уровня! — требовалось не столько восполнять ману, сколько сдерживаться от слишком быстрого её восполнения, не полезного для здоровья. Молодой призыватель собирался ограничиться примерно полусотней условных единиц в час, то есть компенсировать траты на Амфисбену Урагана где-то за треть суток или чуть больше.
Для подмастерья, притом на ходу, а не в покое — отменный результат… но не сказать, чтобы вызывающий вопросы. Это когда он экспертом столько восстанавливал, причём в куда менее плотном фоне — вот тогда да, скорость выходила за разумные рамки, наводя на уверенность в наличии сигила нужной направленности. Сейчас же…
Самый верх нормы, но не более.
— Ещё вопрос, — негромко, но внятно сказал Мийол спустя минуту после ухода со стоянки. Первым с неожиданной мягкостью, почти беззвучно шагал Конг во всей своей силе, пока над головой его крутил восьмёрки и круги Громогласный Ворон. Следом полз призыв Мийола. Затем шли, держа дистанцию в пару шагов, маги. Ну а замыкал, понятно, навьюченный Кошмарный Лось: тоже немалая туша, чёрная с бурым, но с «седыми» ногами, увенчанная массивными рогами характерного разлапистого вида. В холке он превышал призывателя более чем в полтора раза, а весил с полсотни пудов — прямо как Младший Демонический Конг.
— Какой вопрос?
— Стоит ли нам отвлекаться на зверя третьего уровня?
— А ты кого-то нашёл?
— Не я, Амфисбена. На пятом румбе от нас торчит какой-то некрупный скрытник.
— Лок? — перешёл на жаргон Пастырь. — Муты?
Вообще для таких ситуаций существовал специальный язык жестов. Но, как признался подчинитель, выученный когда-то набор сигналов он за годы самостоятельных рейдов подзабыл. Что ж, в уговор о сопровождении и совместной Охоте отдельным пунктом вошло дублирование сказанного жестами: Мийолу нетрудно, напарнику полезно.
— Семьдесят шагов. Справа от одиночной каменной сосны. Атрибутник. Кроме визуальной невидимости, другие свойства неизвестны…
«Вообще-то известны — но благодаря прицельной фокусировке моего Атрибута, а не тому, что доносит эхолокация… хм… невидимость, неслышимость и, кажется… прыгучесть? Даже видовую принадлежность могу предположить: скорее всего, это какой-то грызун-переросток».
— Ум-м, — протянул Пастырь. И сожалеюще вздохнул. — Нет. Не отвлекаемся.
— А что так? Тройка ведь, неплохой трофей…
— Ограничения моих чар мешают, — неохотно пояснил подчинитель. — Дистанция плюс невидимость… нет, оно того не стоит.
— Но ты мог бы приманить этого зверя?
— Конечно! Это же тройка, не четвёрка. Просто потратил бы столько маны, что…
Не закончив, Пастырь махнул рукой. И подытожил:
— Будут ещё достойные цели. Может, даже больше, чем достаточно.
«Что-то тут не то, — подумал Мийол. — Разочарование в голосе с какими-то оттенками… не очень достоверными. Чую недосказанность! Похоже, временный коллега-Охотник точно так же умалчивает о части своих возможностей, как и я.
Нет, в самом деле: он осилил заказать для своего зверодемона набор артефактов до пятого уровня включительно — и при этом не имеет талисмана незаметности вроде моего? Ха! Прямо-таки верю всем сердцем. Зачем чернолесскому Охотнику такой талисман? Ему ведь прятаться не надо, подкрадываться к добыче с подчиняющими чарами наперевес тоже не надо…
Однако всякий маг имеет право на скрытность. По обычаю и закону. Пусть его».
К тому же, как вскоре обнаружилось, магические звери третьего уровня в чернолесье чем-то редким и ценным не считались. За полчаса марша двоица подмастерьев обнаружила тут и там аж семерых таких, не считая самого первого скрытника. Четверо белохвостых оленей: самец, самка и пара молодых созданий, практически догнавших родителей по размеру — поспешили удалиться от странной группы длинными скачками и настороженно проводить Охотников взглядами из рощи Голоствольных Картисов. Оставшимися тремя были перепел, также улетевший подальше, и ещё пара каких-то зверей, каких ранее Мийол не встречал, в контрастном чёрно-белом меху.
Расспросить Пастыря о резонах его действий (или, в данном случае, бездействия) он не поленился. А подчинитель ответил — и охотно, и подробно.
— Самая приятная цель, конечно, олени. И самая доступная. Мы хоть не копытные, но и не хищники. Колючий опад Голоствольных Картисов нам не очень-то страшен. Если в ближайшие пару часов не попадётся чего покрупнее и поценнее, вернёмся. Завалим пару более старых зверей.
— Только более старых?
— С них добыча слаще. А младших лучше оставить на развод. В чернолесье даже хищники редко атакуют молодь. Предпочитают хоть более жёсткое, но и более насыщенное праной мясо.
— Ещё одно отличие от низкомагических мест, понимаю. С перепелом тоже ясно: ловить летающих зверей сложнее, да и ценность его невелика: молодой, слабый, как для зверя-тройки. А что с той парой чёрно-белых? Почему их отпустили?
— Скунсы это, — скривился Пастырь.
— И?
— Что, не слыхал?
— Если бы слыхал, то не спрашивал, что к чему.
— Ну, тогда запомни на будущее: скунсов лучше не трогать. Вообще. Малейшая ошибка — и пожалеешь, что Охотником стал.
— Почему?
— Вонь. Эти твари при малейшей угрозе брызгаются дрянью такой вонючей, что просто словами не описать. Стоит хоть капле попасть на одежду — считай, пропала одежда. И даже если не попадёт, просто окажется рядом — будешь блевать дальше, чем видишь. До тех пор, пока не покажется, что кишки наружу лезут. Неописуемая мерзость!
— Но не яд?
— Да уж лучше бы это был яд! — прошипел подчинитель, непроизвольно сжимая кулаки.
…а спустя ещё полчаса они добрались до окрестностей малого узла сил.
И, как оказалось вскоре, не напрасно.
— Я, — Пастырь объяснялся очень тихо, полушёпотом — даром что до лёжки потенциальной цели им оставалось шагов семьсот, — карту потенциалов для здешних мест изучил, что твой градуир. Могу спросонья все пики перечислить и все ложбины. Тот лысый холм — одно из самых ценных мест. Не такое мощное, чтобы за него стали драться старшие зверодемоны. Но для зверей пятого уровня это — как личная башня для мага. Если кто из бродяг на такое наткнётся, то уже из него надолго не уйдёт. И вот, глянь: у холма снова есть хозяин!
— Странный какой-то, — Мийол невольно скопировал полушёпот временного напарника. — На цыплёнка-переростка похож и на попугая. Хм… цыпопугай?
— Обычное дело. Магия ещё и не так корёжит иной раз…
— Будем брать? А как?
— Тут лихим налётом не сладить. Надо подумать. Разведать. И ещё подумать.
Самый простой и прямолинейный способ не годился. Малый узел — это, конечно, ценное место, но жизнь ценнее. Если Конг попрёт в лоб, неведомый цыпопугай вряд ли примет бой. Хоп — и улетел, а там ищи-свищи. Чернолесье же вокруг, то есть смерть от недостатка фона младшим зверодемонам не грозит. Опять же: неясно, каковы у этого цыпопугая способности и на что он вообще способен в драке. Подавитель или атрибутник? Хищник или нет? Может он летать — или утратил такую возможность после эволюции?
Пока не найдутся ответы хотя бы на часть вопросов, атаковать рискованно.
Точнее, Младший Демонический Конг в своём комплекте артефактов может атаковать без особого риска, но… м-да.
Минуту понаблюдав за потенциальной целью, Мийол предложил план.
— Думаешь, сработает?
— Должно. Четвёртый уровень всё-таки: игнорировать нельзя, бояться уже как-то нелепо. Это от твоего бойца, — кивок, — не зазорно драпануть, а вот «наглость» моего призыва цыпопугай должен расценить именно как наглость и хилого «конкурента» прогнать. Ну, попытаться. Притом мой резерв после призыва почти опустеет, я угрозой не покажусь, а ты… затаиться сможешь?
— Я?!
— Извини, глупый вопрос. Тогда готовимся.
И в начале всё прошло, как по писаному. Беркут Угарана налетел на цыпопугая — конечно, без особого результата, летающему скрытнику просто не могло хватить «огневой мощи», чтобы всерьёз достать свою цель (оказавшуюся, кстати, подавителем). Цыпопугай в свою очередь не мог это проигнорировать: поднялся на голенастых ногах, растопырил короткие «цыплячьи» крылья, чтобы показаться больше и страшнее, заорал: