"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— А почему прицела нет? — спросил Прохор.
— Сейчас узнаете, — хмыкнул Геннадий Трифонович. — Так вот, здесь, как справедливо заметил наш кузнец, отсутствует прицел. А ещё — патроны. Зато есть энергоёмкость.
Инструктор похлопал по нижней части оружия.
— И чем оно стреляет? — скептически поинтересовался Громов.
— Маной, — последовал небрежный ответ.
— Чего? — вырвалось у блондинчика.
— Не только маной, — сжалился Вертинский. — И не совсем стреляет. Годится любая энергетическая субстанция, используемая волшебниками. Ёмкость преобразует энергию в ударную волну и разносит в клочья условного противника.
— Ударную волну, — тупо повторил я.
Вертинский неожиданно выбросил руку, целясь в один из дальних углов помещения. Пространство исказилось, словно кто-то протёр тряпкой лобовое стекло машины. Фронт изменений. По весьма приличной площади.
— Это выстрел? — очумел Прохор.
— Да, — невозмутимо ответил наставник. — Оружие забрало часть моей маны, преобразовало в ударную волну по площади и поразило условного противника. Ну, точнее, никого не поразило.
— А чем оно стреляет? — спросила Даша.
— Урон не физический, — признал Геннадий Трифонович. — Это эфирная атака, разрушающая вероятностные цепочки. Человека или зверя выстрел не убъёт.
— А кого убъёт? — хитро прищурился Нарбут.
Вертинский вздохнул.
— Плазмоида.
  
Глава 9
 
— Вот он, — сказал Демид Аркадьевич. — Плазмоид.
Демид Аркадьевич Чехов, профессор ксенологии, коснулся столешницы. Там располагался сенсор, запускающий голографическую проекцию. Немыслимая для Магикума технология, учитывая высокие ранги преподавателей. Впрочем, профессор Чехов мог пользоваться всякой электроникой, даже самой чувствительной — он не был одарённым. Более того, профессор не был россиянином. Я успел выяснить, что этот интеллигентный старичок получил имперское гражданство, перебравшись к нам с Моноземли. Уникальный случай. И вполне объяснимый, учитывая болезнь профессора. Демид Аркадьевич нуждался в наших целителях, квалифицированном ментальном сканировании и дорогих магических препаратах, не продающихся в альтернативных мирах.
Над кафедрой соткалось объёмное изображение.
Бледно-розовая клякса, очертаниями смахивающая то ли на краба, то ли на паука. Контуры плазмоида колебались и выглядели крайне неустойчивыми.
— Этот организм не является биологическим, строго говоря, — заявил профессор, увеличивая изображение. — По всем законам здравого смысла плазмоид не может существовать. Если обратиться к теории вероятностей, то порой случается и невероятное. Всё упирается в шансы, понимаете? Так вот, некто вмешался в пространственные... хм... настройки... и создал то, чего не может быть. Энергетического хищника, питающегося нашими психопрофилями. То есть — душами.
Повисла гробовая тишина.
Мы переваривали услышанное.
— С плазмоидами люди впервые столкнулись в мире под названием Стужа, — сообщил Чехов. — Портал в Стужу пробит случайно в 1957 году. Там у них случился ледниковый период, и вся территория условной России покрыта льдом. На Стуже есть магия, но очень своеобразная, с бытовым и вероятностным уклоном. Тамошние волшебники пользуются сложными письменами и картами вероятностей, чтобы сделать реальным... почти что угодно. Вместо стран на Стуже — враждующие между собой анклавы, вся цивилизация сконцентрирована на экваторе и в субтропиках. И да, там нет людей. Существа, с которыми мы имеем дело... выглядят весьма своеобразно.
— Это агрессия? — спросил Громов. — Маги, создавшие плазмоидов, атакуют Россию?
— Вопрос не по адресу, — улыбнулся профессор. — Природу конфликта изучают спецслужбы. У Вечерней Звезды, насколько мне известно, есть представительство на Стуже. Ведётся какая-то торговля. Благодаря этому, кстати, мы сумели получить технологию производства «питонов». И многое узнали о вероятностной магии. К сожалению, применить данную технику в нашей реальности не представляется возможным. Ни один известный подтип магии не позволяет это сделать.
 
К сожалению?
Я бы сказал, к счастью. Магия, воплощающая любой кошмар в действительность, вряд ли сделает наш мир лучше. Человек не сможет это контролировать, и всё полетит к чертям собачьим.
— А как называть жителей Стужи? — спросила Аврора.
— У них есть самоназвание, — сообщил профессор. — Кварги.
Достаю телефон, вбиваю новое слово в поисковик и наслаждаюсь полученным результатом. На картинках видно, что кварги — это теневики.
Ошеломлённо пялюсь в экран и не сразу дорубаю, что профессор говорит нечто важное:
— По неподтверждённым данным, наиболее продвинутые ведуны кваргов способны путешествовать во времени, что роднит их с нашими хрономагами. Более того, каста ведунов, именуемых теневиками, научилась обитать в темпоральных пузырях. Об этих существах почти нет сведений, поскольку они весьма неохотно контактируют с внешним миром. Не исключено, что мы имеем дело с бессмертной расой.
— Плазмоиды — их рук дело? — спросил Прохор.
— Не знаю, — упрямо повторил профессор. — По одной из версий — да. Я же хочу обратить ваше внимание на другие моменты. Плазмоид не может поглотить вашу душу на расстоянии. Помните об этом. Тварь должна подобраться к вам вплотную, закрепиться на вашей спине или груди, и лишь после этого начнётся поглощение, которое занимает от десяти до пятнадцати секунд.
— А вырваться нельзя? — удивился Саймон.
— Они нематериальны, — покачал головой профессор. — И присасываются, по сути, к вашему разуму. Главное — иметь под рукой «питон». Тогда вы сумеете выстрелом разрушить вероятностные цепочки и отменить сам факт существования плазмоида. А теперь открывайте конспекты...
Остаток пары был посвящён нудной лекции по классификации плазмоидов, первым исследованиям в данной области, гипотетическим органам хищников и теориям, касающимся их жизнедеятельности. Я слушал вполуха и понял лишь одно — гипотез и предположений больше, чем фактов. Кварги охотно делятся своими мифами и легендами, но правда известна лишь теневикам... которые попрятались в своих темпоральных пузырях и не хотят ни с кем общаться.
Зато встали на место некоторые детали головоломки.
Теневики, бросившие вызов «Эскапизму», это нелюди из параллельной вселенной. Даже не так. Нелюди, научившиеся жить за пределами пространства и времени. Нечто заставило этих существ активироваться, покинуть свои укрытия и вступить в конфликт с эмиссарами. Влезть в нашу вселенную, атаковать хрономагов. И вряд ли нашествие плазмоидов — случайность. Теневики, бывшие кварги, хотят до кого-то добраться. Или кого-то уничтожить.
Кого?
По спине побежали мурашки. Нет, Макс. Успокойся. Ты — мелкая сошка. Не участвуешь в проектах МОРа, ничего не решаешь. Вряд ли ради тебя теневики начнут войну с сильнейшей державой этой реальности. Возможно, в Магикуме есть кто-то ещё... Или Академия тут вообще не при делах.
Когда мы шли на обед, я заметил нездоровую активность. Люди в камуфляже патрулировали территорию. Вдоль стены, отделявшей Академию от леса, что-то монтировалось. Периодически я наблюдал вспышки голубого и оранжевого пламени. По лесу ездили приземистые бронированные машины, смахивающие на вездеходы, с параболическими антеннами на крышах.
Академия готовилась к нашествию.
Я попросил Аврору собрать отряд за одним столом. Все ждали моих приказов и пояснений, но сказать я ничего не мог. Версий много, но озвучивать их нельзя.
Когда мы набрали еды и начали выгружать её с подносов у широкого окна с видом на озеро, я заговорил:
— Народ, вы видите, что происходит. Я попробую договориться с куратором, чтобы всем выдали «питоны». Будем их осваивать помаленьку.
— Не дадут, — уверенно заявил Вадик. — Это оружие, а мы — первокурсники.
— Физическим объектам «питоны» не вредят, — возразил я. — Следовательно, нет и опасности.
— А если потеряем? — не унимался ботаник.