"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Значит, полночь… — задумчиво посмотрела в окно, где догорал закат, уже зная, это будет последняя, самая длинная в моей жизни ночь, наполненная ожиданием. И самая короткая ночь крови и нервов.
Весь отдел карателей, каждый маг в черном мундире сегодня будет сражаться. Но этой битвы не увидят мирные горожане. Надеюсь, что не увидят. И завтра утром они проснутся всё в той же империи. С тем же императором, так и не узнав ничего. Это если ворон рассчитал все верно. А если нет…
— У тебя все получится. Я верю. — Я прямо взглянула в разноцветные глаза.
— У нас. — Его рука легла на мое плечо. — Думаю, Тай, ты заслужила участие в операции.
— Спасибо. — Мой голос все же дрогнул. Еще недавно ворон ни за что бы мне этого не позволил. Связал бы арканами, запер в темнице, чтобы не помешала. А сейчас он делал мне самый щедрый подарок из всех, доступных для умертвия: возможность окончательно отправиться за грань, как настоящему боевому магу: сражаясь и мстя за свою смерть.
— Это всё… — договорить ворон не успел.
Звук кристалла связи перебил его. Ар извинился и, вставая, активировал амулет. Проекция, появившаяся в воздухе, заставила меня подобраться.
— Приветствую Вас, Великий князь Вильфред. — голос ворона звучал сухо и отстраненно.
— Арнс, брат, не до расшаркиваний. — Уже по одной этой фразе стало понятно, что случилось что-то чрезвычайное. Я вся обратилась в слух. — Через час начнется совещание. Ты должен на нем присутствовать. И предвосхищая твое возражение об опале: я клянусь, что сделаю так, чтобы отец тебя простил и дозволил быть на совете.
— Что случилось? — Всего два слова ворона, но столько в них было стали. Словно сошлись в поединке два заточенных до смертельной остроты клинка.
— Еще нет, но может. Объявление войны. Ящеры бьют крылом у границы и просят, нет, требуют пропустить их делегацию в столицу. Не объясняя причины такой срочности. Отец считает — это обманный маневр и что, как только он даст разрешение на влет в Эйлу, древние тут же воспользуются возможностью и спалят столицу дотла.
— И кто именно из драконов выдвигает требования?
— Сам Дьярвирон Пробужденный, — сказал как выругался его высочество.
Арнс сжал шнурок, на котором висел кристалл связи, так, что костяшки побелели.
— Понял. Буду. — С этими словами ворона амулет неярко вспыхнул и погас.
Ну вот, мало нам заговорщиков — еще и у границ империи объявились драконы…
— Ты знаешь этого пробужденного? — как только разговор братьев закончился, спросила я.
— Как же не знать. Твоя сестренка как раз его десять лет назад и угнала с площади, разнеся попутно несколько кварталов.
И вот почему он говорил о Нари, а стыдно было мне? Не то чтобы я столицу ни разу не разносила, но так масштабно — никогда! И драконов к жизни точно не возвращала. Я вообще больше по тому, как их лучше упокоить. Но вот за кузину было неловко.
Хотя не так, как однажды моей школьной подруге Рейчел, которая буквально чуть со стыда не сгорела: она со своим парнем уединилась в ее спальне, и тут в доме начался пожар. Так вот: ее ухажер выскочил в одних портках из окна второго этажа и был таков. А ей, видите ли, было неудобно, что она голая… В общем, пока Рей не опеньюарилась, в объятья огнеборца так и не сиганула. И хотя приземлилась ему точно в руки, но незаметно и быстро умудрилась очутиться на шее бравого мага-спасателя. Водник и сам не заметил, как, вызволяя девушку из пламени, оказался влюблен (правда не слепо, а слегка прищурившись от свалившейся на него радости), затем женат, а спустя два года и вовсе стал счастливым отцом.
— Тай, я вернусь через час, — тоном «меня вынуждают это делать добровольно» произнес ворон. — Пока оставляю тебя в компании одного из офицеров, который входит в штурмовую группу.
Что может случиться с обычным человеком за какие-то шестьдесят минут?? с физически сильной магессой, карателем, повидавшим в жизни почти всё, причем это «всё» не на чарографиях, а вживую? А если с ней рядом находится ну очень выразительно молчащее умертвие? Как показала практика, минимум, что грозит несчастной Майнок, — нервный тик.
Хотя я была очень милым умертвим: даже не ехидничала с того момента, как она перешагнула порог моей палаты и сказала, чтобы я следовала за ней в оружейную. А ведь так хотелось… Но я держалась ради ворона.
Мы шли по коридору: я чуть позади, сверля взглядом спину Майнок, показывавшей дорогу. Несколько раз она дернула плечами, словно стараясь избавиться от того, что свербело ее меж лопаток.
— Тайрин, — оставив этикетные прелюдии из «вы», обратилась ко мне белобрысая. Ну правда, какие светские витиеватые расшаркивание могут быть между двумя девушками, которые ещё недавно столь мило побеседовали в женской уборной, что после их разговора не осталось собственно самой уборной? — Ты так смотришь на меня, словно дыру протереть хочешь. Так в темноте много ли увидишь… Может мне тебе помочь? Например, сделать освещение поярче… — наконец не выдержала каратель.
Она остановилась в коридоре, по которому мы шли, и резко развернулась на каблуках лицом ко мне.
Ее светлая коса чиркнула по каменной кладке стены, высекая искры и говоря без слов: в простой на первый взгляд прическе для кого-то скрыт смертельный сюрприз. Каратель подготовилась к облаве в прямом смысле от корней волос до пяток. Ранее я смогла увидеть, как она прячет в голенище форменного сапога короткий клинок.
— В смысле засветить в меня пульсаром? — невинно уточнила я, про себя отметив, что, судя по всему, кто-то не простил мне то, как я им протирала стену.
— Ты поразительно догадлива для трупа, — скрипя зубами, подтвердила догадку Майнок.
И получила в ответ мою самую широкую ухмылку. Белобрысая кашлянула, нахмурилась и подозрительно уточнила:
— Тайрин, я не смогла сейчас определить: ты улыбнулась или хотела меня сожрать?
— Поднять настроение. — Развела я руки в стороны с видом «я тут ни при чем, тебе все померещилось».
— Угу, — мрачно протянула Майнок. — А тебе никто не говорил, что, когда ты демонстрируешь клыки, у слабонервных может подняться не только настроение, но и дух…
— Боевой? — Я изогнула бровь.
— Нет. Просто дух. В небесные чертоги. Так что при зачистке это… лучше не улыбайся, нам нужны живые арестованные, а не трупы.
— Некроманты отлично могут разговорить и мертвых, — со знанием дела заметила я.
— Угу… Капитан Ортридж тоже так говорит, а потом вас, магов смерти, не напасешься.
— Просто ты не умеешь нас правильно запасть, — невозмутимо парировала я.
— Ты, вообще-то, труп… — Майнок нацелила на меня указательный палец, словно кинжал.
— Ну, подумаешь, — фыркнула я. — У всех есть маленькие недостатки. И тыкать в них пальцами некультурно, — с этими словами я демонстративно отвела перст белобрысой от своей груди.
— У-у-у… Как же хорошо было раньше в отделе! — взвыла каратель, явно имея в виду меня.
— Конечно, — я покладисто согласилась. — Раньше было намного лучше. Например, неделю назад я была ещё жива.
— Бесишь! — выплюнула Майнок, которая, видят пресветлые, давно бы упокоила меня, если бы не приказ начальства.
— Почту за комплимент, — в духе ворона ответила я.
Ответом мне была идеально прямая спина белобрысой, чеканившей шаг по коридору. Но я была бы не я, если бы вслед не прошептала:
— Судя по ее поведению, мне нужен новый враг. Этой я, похоже, начинаю нравиться…
Она все же не выдержала, резко обернувшись, запустила в меня водной сферой. Я, конечно, увернулась, и та врезалась в стену, окатив ее от пола до потолка.? вот выпрямилась я с поистине мертвецким спокойствием. Майнок же, уже жалея о своем срыве, лишь сжала кулаки. Развернулась и быстро застучала каблуками по коридору.
А я… Белобрысая меня тоже бесила. Взаимно. И даже не тем, что напала в уборной, а тем, что пыталась стать любовницей ворона.
Сделав неприятное для себя открытие: умертвие может быть не только влюбленным, но и жутко ревнивым, — я пошла следом за ней.