Рыцарь ночи и Луна (СИ)

Однако, у меня лично Верховный сангир не вызывал такого трепета, потому я вздохнула, извинилась перед купцами и пошла встречать высокого гостя. Один из приехавших, самый пожилой в этой группе, плотный, но ловкий, невысокого роста, с румяным добродушным лицом, чем-то неуловимо напоминающий Колобка, и оказался тем самым сангиром Гурено, о котором упоминал Верховный.
Чуть растерявшиеся слуги спешно принимали коней.
Ещё до отъезда я выслушала восторженный панегирик в честь этого замечательного сангира от санги Фасты:
— О, санги Алуна, это – замечательный человек! Именно он ведает всеми увеселениями двора, придумывает для каждого бала свои правила, а сколько удивительных вещей он ввел в моду! — она всплеснула руками.
Канцлер Ланто поймал кисть жены, поцеловал холеные пальчики и, засмеявшись, сказал:
— Всё несколько прозаичнее, санги Алуна. Сангир Гурено ведает ввозом предметов роскоши из других стран, умудряясь вводить в моду самые разнообразные диковинки. Именно за это его и обожают наши легкомысленные красавицы. А с этих диковинок в казну государства стабильно капает весьма приличный налог – за это к нему уважительно относится Верховный… — и канцлер ещё раз поцеловал пальцы жены.
Сейчас Верховный, поприветствовав Ольгерда и меня, представлял нам своих спутников. Кроме сангира Гурено, любезно кланявшегося, благодушно улыбавшегося и ведущего себя так, как будто об этом знакомстве он мечтал всю жизнь, Верховного сопровождали ещё три молодых парня.
Сангиры Веронто и Хайг – два молчаливых шатена, чем-то неуловимо похожих друг на друга. Как я потом узнала, двоюродные братья, личные друзья и личные же телохранители Верховного. И сангир Лукано – смазливый блондин с наглыми голубыми глазами, старший и любимый сын канцлера Грето.
Когда закончились поклоны и представления, Ольгерд обратился со стандартной приветственной речью и начал вежливо проговаривать что-то вроде:
— Верховный, для нас большая честь принимать в своём замке…
— Сангир Ольгерд и вы, санги Алуна, я даю вам право обращаться ко мне без титула.
Ольгерд чуть растерялся – по местным меркам, это можно было считать наградой, чем-то вроде небольшой медальки на груди.
— Благодарю Вас, сангир Мальто. — Ольгерд поклонился, а я присоединилась к его поклону.
— Ну что, санги Алуна, вы готовы показать нам вашу школу? — Верховный с любопытством оглядывал стоящую у входа в башню и непрерывно кланяющуюся толпу гостей, застывших от неожиданности горничных у полунакрытого стола и вытянувшуюся по струнке стражу.
Дальше произошёл мелкий инцидент, который остался незамеченным гостями и прислугой. Как только я согласно кивнула на вопрос Верховного, неожиданно оживился сангир Лукано и, ловко ввинтившись между мной и мужем, произнёс:
— Позвольте предложить вам руку, очаровательная хозяйка. Почту за честь сопровождать вас! — он нахально заглянул в мой скромный вырез, и я почувствовала себя неуютно под наглым оценивающим взглядом.
Всё же, навык придворной жизни у меня был близок к нулю, я растерялась.
Краем глаза заметила, как начал хмуриться Ольгерд, делая решительный шаг в нашу сторону. Не думаю, что муж устроил бы скандал на глазах у сангира Мальто, но наверняка он знал, что именно сказать, чтобы поставить наглеца на место.
Но сделать Ольгерд ничего не успел, с другой стороны ртутным шариком подкатился сангир Гурено, ловко подхватил меня под руку и с улыбкой произнёс:
— Нет-нет, Лукано, слишком уж вы шустры! Уверен, что, выбирая между бессмысленной красотой и солидным опытом, санги Алуна, — колобок почтительно поклонился мне: — предпочтёт опыт! Разумеется, с вашего позволения, сангир Ольгерд… — ещё один аккуратный поклон он отвесил в сторону мужа.
Ольгерд чуть улыбнулся и с благодарностью сказал:
— Думаю, сангир Гурено, вам будет интересно пообщаться с моей женой.
И мы, наконец-то, тронулись ко входу в башню.
Вряд ли сангирам было интересно слушать, какие занятия будут проводиться с ученицами. Только Верховный проявлял некоторое любопытство. Однако, сангир Гурено проявил неожиданный интерес, когда я показывала альбомы с образцами. Он даже притормозил всю экскурсию, задавая мне несколько странные, на моё взгляд, вопросы:
 
— Как быстро можно связать, ну, допустим, свитер? Есть ли в ваших работах одежда для дам?
— А я говорил вам, Гурено, что здесь вы найдёте для себя кое-что интересное! — с лёгкой насмешкой сказал Верховный.
Интерес сангира к вязаным образцам разъяснился только за лёгким завтраком, накрытым прямо во дворе замка. И, надо сказать, это был очень странный завтрак!
Длиннющий стол, сколоченный наспех и покрытый вместо скатерти огромным рулоном белого полотна, стулья и скамейки, собранные со всего замка, достаточно разномастная посуда, огромные блюда с пирогами всех видов и вкусов, плошки с мёдом, вареньем, кувшины с горячим взваром и напряжённо-молчащие купцы, несколько горожан, учителя и ученицы, которые стеснялись всё это есть, потому что во главе стола сидел сам! Верховный со своими приближёнными.
Ел, кстати, Верховный с завидным юношеским аппетитом. Ольгерд и сангир Хайг тихонько беседовали о качестве оружия, сангир Веронто внимательно слушал их, но сам в разговор не вмешивался. А красавчик блондин откровенно скучал.
Завтракать в замке, где, стараниями санги Брон, спешно был накрыт стол для высоких гостей, сангир Мальто отказался. Похоже, ему было в диковинку всё, что он видел здесь, в приграничных землях. А любезный санигр Гурено продолжал меня выспрашивать:
— Если бы я, санги Алуна, надумал заказать у вас… Ну, скажем, что-то вроде полного гардероба для юной санги, вы бы управились до весны? Признаться, меня просто восхитили ваши работы!
Сангир Мальто посматривал на нас с усмешкой, кажется, он прекрасно понимал, какой ответ ждёт сангира Гурено.
— Да. Если бы взялась за этот заказ. Но у меня будет много дел в школе и отвлекаться от своих обязанностей я не собираюсь. — я ласково улыбнулась медоточивому сангиру Гурено.
Он мне нравился, однозначно. Но было в нём что-то такое тёплое, но лукавое, плюс – слишком уж «наивный» взгляд маленьких голубых глазок. Это заставляло меня упираться и торговаться. Даже не из желания получить некий бонус, скорее, из некого соревнования – кто кого перехитрит.
Он удвоил количество комплиментов и любезностей, не забывая восхищаться и моей «редкостной красотой». Сперва я вежливо отнекивалась, ссылаясь, что на этот год курс набран, дел море, потом, поняв, что сангир не отстанет, перестала юлить.
— Сангир Гурено, может быть, вы честно скажете, что конкретно хотите? Тогда, возможно, мы с вами и договоримся.
Верховный снова по-кошачьи фыркнул и рассмеялся:
— Эта юная санги очень практична, Гурено, вряд ли вы добьётесь своего, не пообещав ей что-либо очень серьёзное!
— Но, сангир Мальто! Вы же понимаете, как необходимо показать в Вогенхальте, что…
— Не спорю, Гурено, не спорю, — сказал Верховный: — но, позвольте уж, я сам поговорю с санги Алуной. Думаю, у меня это получится несколько лучше.Беседовать мы решили в замке, и, встав из-за стола следом за Верховным, я краем глаза заметила, что притихшие и оголодавшие гости, наконец-то, робко начали брать с блюд пироги, а кто-то, самый нетерпеливый, уже поливал свой кусок мёдом.
Над столом поднялся тихий гул голосов – торговцы обсуждали визит правителя.
  
Глава 38
 
Разговор с Верховным привёл к серьёзным изменениям в моих планах, но я об этом не жалела.
Если не вдаваться в подробности, то военный конфликт, который был у государства в северных областях, завершился мирными переговорами. Все эти договоры решено было скрепить браком. Двоюродная сестра сангира Мальто готовилась выйти замуж за правителя Вогенхальта.
 
Дева была весьма довольна сложившимися обстоятельствами – в мужья ей доставался молодой и красивый воин, про которого, к тому же, говорили, что тот всегда верен своему слову. Характер у юной санги Мальтино – такая фамилия указывала на младшую ветвь семьи – был достаточно воинственный, так что козней придворных правителя Вогенхальта она не боялась. Но в то же время понимала, что впечатление на чужой двор нужно произвести с первых же секунд.