Бастион: поступление (СИ)
– Там несколько кроватей и комнат.
– А-а, тогда хорошо, – блекло ответил я.
Девушка спешит добавить:
– Но если хочешь, можно отдельный номер.
– Да нет, зачем, всё нормально. Просто, так неожиданно.
– Прости, – шепнула она.
Я вообще смутился и уже выходя из просторного и красивого лифта, отвечаю:
– Да не стоит, так даже лучше. Я тут впервой, поэтому давай держаться вместе. Доверяю тебе.
– А ведь и правда, – облегчённо выдохнула Вероника, – спасибо.
Тут пришло время оглядеться.
– Хм, – озадаченно осматриваю единственную дверь в небольшой комнате. – А где коридор и ещё номера?
– Это самый верх гостиницы, – взялась буднично пояснять председатель, но странно отведя взор, – и здесь расположен единственный номер, так называемый “императорский”.
– Э-э, – мозг впал в ступор, – не могу понять – всем такой полагается? Или мы по очереди будем тут жить?
– Хах-ха, – рассыпала неожиданно девушка колокольчики смеха. – Всё просто – отец считает, что мне нужно жить здесь. Для всех остальных представителей школ полагаются обычные номера. В сравнении с этим, конечно.
– Обалдеть просто! Блин, это какой-то сон…
– Давай зайдём, а то здесь всех красот сна не увидишь? – со смехом предложила она.
Глава 12
Можно долго рассматривать каждый элемент “императорского”, но проще сказать, что тут есть всё: прекрасная классическая мебель в гостиной, большие, украшенные портьерами окна, подернутые дымкой тюли. Организован умный и мягкий свет, три санузла, причём в одном джакузи и небольшой бассейн с ледяной водой – “Для принятия контрастных процедур” – пояснила Вероника. Также есть кабинет, кухня, зал для конференций, две спальни и детская комната, везде свой стиль, простор и роскошь, также, в распоряжении вытянутый, широкий балкон с панорамным видом на санаторий и хвойные дали.
– Смотрю, у тебя даже аппетит пропал. Может по чашечке кофе?
Слова девушки немного вернули в тело.
– Я и забыл совсем про голод, тогда, давай уже поедим всё-таки?
– Согласна.
Оказывается, можно даже заказать продукты в номер и приготовить самим на кухне, но мы предпочли общий зал, тем паче, там будет приветственная речь, знакомство и обед. Мы вышли из одного сосредоточения роскоши и, спустившись на лифте, попали в просторный, приятный глазу, роскошный зал.
Среди усаживающихся за ломящийся яствами стол, удивлённо отмечаю ехавших с нами в поезде, не все, конечно, но много. Улыбка тут же выскочила и прочно обосновалась на моём лице, аж щеки подламывает.
Томить никого не стали, поэтому сначала можно предаться пищепоглощению, благо, что разнообразие позволяет получить изысканное удовольствие. Меня беспокоил внешний вид – шорты и рубашка не совсем подходят для приветственной речи, но и Вероника, и остальные одеты также, желудок же устал ждать пока ум решиться взять в руки ложку, властно переведя управление на себя.
Когда первый голод ушёл, понемногу уступая место сытости, зазвучал голос:
– Уважаемые председатели и члены ученических советов, здравствуйте. Кто ещё не знает, меня зовут Себастьян Савельевич, – с микрофоном в руках, представился седой мужчина.
Пока глава Докладной Комиссии продолжает речь, я могу сыто оглядеться – большой прямоугольный зал для приёмов и торжеств, сегодня вместил чуть более ста человек, со слов Себастьяна. По ощущениям, здесь можно хоть самому Императору справлять события: высоченные потолки украшены лепниной, мозаикой и росписью, только речь из скрытой акустики удерживает от погружения в целый мир изображённый выше, колонны и ниши в стенах, сочетаются с современным умным освещением, а в дополнение – красивые, роскошные ткани на окнах, стенах и столах.
– Итак, с приветствиями и разъяснениями закончили, – вещал Себастьян. – Сегодня у вас свободное времяпрепровождение, а завтра уже доклады. Завтрак с восьми тридцати, до девяти тридцати, ну, а потом в бой. Не забудьте на столе буклетик с планом мероприятий.
* * *Гуляем с Вероникой по аллее, прозванной Малой, есть и Большая, но это путь на километров десять вокруг холма, что служит постаментом для санатория, меньшая же представляет собой серпантин со множеством скамеек, фонарей, мест для кемпинга и площадок для игр. Уже вечереет и на дорожке довольно людно, есть даже очереди в три-пять человек возле лотков со сладостями, напитками и фастфудом, а по велосипедной части пронеслись пара ребят. Я взял нам по яблоку в карамели и медово-мятной воды.
– Как тебе Себастьян? – бросила Вероника любопытный взгляд.
– Вроде нормальный дед, – пробурчал я, – правда строгий, как мне показалось.
– Это очень верное замечание – завтра ещё покажет себя. А в прошлый раз чуть волосы рвать не начал, так мы спорили.
Я аж прервался от лицезрения красот, повернувшись к спутнице.
– Постой-постой, кто говоришь спорил?
– Я и Себастьян, – с улыбкой встречает мой ошалелый взгляд девушка. – Мы ведь не только читаем доклады, если у комиссии будут вопросы – нужно достойно ответить. Мог бы, кстати, сегодня ознакомиться с нашим?
– Хм, – озадачился я, – а что, могут чего спросить?
Девушка чуть смутилась и с тенью вины отвечает:
– Прости, Матус, эгоистично было втягивать тебя в это. Себастьян, скорее всего, спросит. Но ты и так во многом разбираешься, если пробежишься взглядом по докладу – всё будет хорошо.
– Да ладно уж, – поспешил успокоить я председателя. – И вообще, ты столько для меня сделала, что даже не знаю, как благодарить теперь. Вот придём, возьмусь за доклад и всё запомню!
– Большое спасибо, мне теперь спокойней.
Когда Вероника говорит – каждое слово отзывается в душе и груди, понять это невозможно, слова благодарности устраивают революцию в голове и моё существо бунтует. Как в замедленной съёмке, вижу плавные движения губ и чувственный трепет крылышек носа, но обрываю любования – опять в неловкое положение попадём.
– Тогда, может, доедим яблочки и назад? Если можно, то хотелось бы твоего кофе и уже печенье, – с надеждой обратился я.
– Это можно. Надеюсь, – с напускной надменностью начала она, – что не найдётся в мире более вкусного, кроме моего.
– Смею Вас уверить, госпожа Императрица – это невозможно.
* * *Да, обещания давать легче, чем претворять в жизнь – в электронном докладе уйма цифр, сравнений с прошлыми годами, а это опять цифры и планируемый успех по основным направлениям школьной деятельности. Пока Вероника принимает ванну, сел в гостевой, полагая быстро прочесть, но это просто нереально. Что ж, предстоит долгая осада…
Начинаю погружаться в доклад и вдруг:
– Как успехи? – девушка стоит напротив, в белом махровом халате.
– Вроде бы всё понятно… – задумчиво отозвался я. – Пока только треть освоил.
После взгляда на председателя, буквы на экране планшета начали сливаться, а цифры скакать, но, если и стоят на месте, никакого смысла в голову не попадает. Поднимаю голову, вновь окунаясь в милейший образ Вероники с влажными волосами: из-под халата видны изящные ступни, как верх творческого стремления и в том же ключе величия мысли, воплощением лаконичности и совершенства – линии ключиц и жилок на шее. Теперь понятно, почему буквы с цифрами затеяли танцы.
– Кажется, тебе что-то непонятно? – спросила, подходя, девушка.
– Ну-у, э-э-э… – совсем растерялся я. – Да, наверное, но вот чашечка кофе может помочь.
– О, конечно, погоди минутку!..
Вероника отошла, напоследок одарив прекраснейшей улыбкой, выдыхаю с облегчением, конечно, впечатления только приятные, но вот мощь образа лишает каких-либо возможностей осваивать доклад. Сердце, словно в рывке на рекорд, бешено колотится – это я вдохнул аромат свежести и нежности, когда председатель подошла. Аве мозгу, смог найти выход!
С каждой новой страничкой, открывается часть скрытой жизни Бастиона, “кухня”, так сказать, любой старшей школы, но мне информация идёт на пользу. Мечта быть чаще с Вероникой сбылась, ведь именно за этим шел в старосты, разве можно теперь отвергать сопутствующую ответственность? Да я и не хочу, зато теперь, когда столько статистики кирпичиками укладывается в памяти, могу глубже понимать процессы и, более того, ярче вижу роль Бастиона, как ведущего локомотива Империи в сфере моделирования будущего. Мы, черно-синие – главные в заявке на его наличие.